Александр Богатырёв – Там, где нас нет... (страница 8)
После она молча взяла в одну руку горячую чашку чая, которую протягивал ей слуга, а другой принялась плести жесты. Холод в груди отозвался колючей болью. Как будто тысячи ледяных иголок проткнули изнутри грудь. Но она всё равно продолжала.
Она видела как Ашока таки закончил заклинание и первые ряды атакующих смело. Что-то из заклинаний земли.
Натолкнувшиеся на внезапно выросшие заросли каменных шипов воины разделились на две части и атаковали снова. К ним также присоединились показавшиеся из леса лучники -- поддержали огнём. И большая часть из них атаковала именно Ашоку. Как мага.
Майя не задумываясь повесила на него "щит". Стрелы бессильно ткнулись в воздушную завесу и отскочили в стороны. Ашока взвыл что-то радостное и с удвоенным энтузиазмом рванул в атаку. Видать понял кто его прикрыл. Да и сложно было не определить. По характеру каста.
Принцесса не обращая на радость умалишённого, молча переключилась на основную массу атакующих. И только сейчас заметила среди них мага.
Тот был умным. Наверняка наученный горьким опытом, так как стоял за редкими зарослями на краю леса. Позиция его была компромиссом -- либо ты видишь, что происходит на поле и имеешь возможность поддержать атакующих, но тогда тебя видят и враги, либо тебя не видят враги, но тогда ты не имеешь возможности эффективно атаковать.
Судя по нарукавным нашивкам маг был пятого уровня. А значит...
Майя собрала всё, что у неё было, но в самый последний момент ей припомнилась древняя техника, которую ныне никто не применял. Так как считал слишком сложной и опасной. Да ещё и слишком отличной от тех, которые преподавали магам. О ней знали лишь отдельные высокоучёные, типа дедушки Соя. Да и то... Далеко не каждый из них мог её повторить.
Но Майя могла. И выложилась от всей души. От всей накопившейся злости, от всего накопившегося горя и отчаяния.
Чаша в руке треснула и разлетелась на куски. Под ноги упал цельный кусок льда. В ушах хлопнуло, и вокруг всё заволокло сверкающей мглой подсвеченной яркими сполохами огня со стороны нападающих.
Теперь холод жёг не только изнутри, но и снаружи.
Майю из "круга опустошения" выволок старый Сой. Зелёная трава под ногами крошилась в ледяную труху, а ледяной воздух, обрушившись вниз растекался по поляне большой клубящейся блямбой.
Там, же где стоял вражеский маг, казалось горит всё. В том числе и земля. Подобный удар не мог выдержать даже седьмой уровень. Вражье войско, увидев такое не выдержало и побежало. Ашока пару раз кастанул в их сторону что-то из-за чего общая численность уменьшилась ещё на десяток. Но памятуя о том, что придётся держать оборону против наступающего большого войска, сдержался, предоставив возможность добить врага перешедшим в атаку мечникам охраны.
Майя пришла в себя от того, что возле неё опять были слышны рифмованные завывания. Опять в её честь и славу. Ашока, решил воспеть гимн своему "спасению от руки Прекрасной Принцессы" и снова расстарался. Что отдать ему должное, лепить рифму для него не представляло никакого труда. Сходу составлял вирши. Но вот содержание... Лучше бы он кое-чего вообще не говорил. А то получается, что именно она напала на шунгу и тот теперь радуется что жив остался. И всё -- от глупо скроенных фраз имеющих два, а то и три смысла.
Но не только это её бесило.
Если постоянно есть только сладкое, очень сладкое и ничего кроме сладкого, то рано или поздно вырабатывается к этому "кушанью" лютое отвращение. Почему до сих пор это было недоступно для Ашоки, Майя терялась в догадках. Хоть не раз и не два намекала ему об этом. Даже говорила прямо. Всё без толку.
Она разлепила покрытые инеем ресницы и оглядела себя. Одежда была покрыта невероятным количеством инея, который целыми пластами сейчас таял и как штукатурка отваливался.
Кистей рук она не чувствовала -- они тоже были все в инее. Также быстро таявшем. Даже волосы, свисавшие на плечи были все седые от инея.
Ашока потянулся к её рукам. Чтобы отогреть теплом своих рук. Майя это заметила и брезгливо отдёрнула свои, всё ещё бесчувственные кисти с отвращением отметив, что и гнутся руки с большим трудом.
- Отстань! - процедила она сквозь заиндевевшие губы и перевела взгляд на деда. Тот, обгоняя слуг нёс ей новую порцию горячего чая. Лично. Не доверяя никому эту миссию. И когда он увидел рядом Ашоку, услышал то, как его внучка обошлась с ним, искренне предложившим помощь, лицо его стало совсем печальным.
- Иди к своим! - еле ворочая непослушными губами вымолвила принцесса и перевела взгляд на склонившегося возле него Соя.
Ашока изменился в лице. Тяжело поднялся. Глянул умоляюще сначала на принцессу, а потом на Главного Хранителя Печатей. Сой лишь молча и печально развёл руками -- мол, ничем не могу помочь. Воин-маг развернулся и понуро побрёл в сторону большого тракта. Туда, где его ждала родная пятёрка с воинами, вызвавшимися защитить. Задержать врага. Дать принцессе и Хранителю уйти. Дать шанс им остаться в живых.
Как её усадили в седло, Майя не помнила. Только придя очередной раз в себя она обнаружила, что её ноги крепко ремнями прикручены к седлу не давая ей упасть. И вся группа движется довольно быстро по какой-то совсем уж малозаезженной тропе в лесу.
Сопровождающих стало гораздо меньше. Как объяснил дедушка, основной отряд во главе с воеводой пошёл дальше по той дороге, что вела от большого тракта в сторону перевала Трёх Пальцев. Чтобы отвлечь на себя преследователей. А прошедший дождь должен был стереть небольшое, и малозаметное по этой причине, количество следов ведущих в сторону.
- И куда мы теперь? - слабым голосом поинтересовалась Майя.
- Если удастся достичь перевала Герин, то к Руинам. Там -- княжество Герин. Они наверняка задержат этих...
В голосе деда не было слышно уверенности. Но в чём была эта неуверенность, Майя не поняла. То ли в том, что им удастся достичь Руин, то ли в том, что князь Герин удержит захватчиков. В любом случае, ближайшее будущее представлялось ей в чернейших тонах.
Да и всё что случилось до этого было как непрекращающаяся казнь. Или казни.
Нет, не "тысяча кусочков", но что-то очень близкое.
Сначала гибель матери от предательства во Дворце, которое она сама еле пережила.
Потом эта безумная атака на Дворец элитных воинов, которую она лично спалила получив серьёзный шок. И бегство...
Бегство по подземным ходам, блуждание по закоулкам дворца Древних, и, наконец вот эта стычка с обошедшими горный кряж передовыми частями войска захватчиков.
Странно, но последний выплеск ки, она почему-то не воспринимала настолько катастрофичным как тот, первый, который во Дворце. Даже применение Техники Древних как-то её совсем не впечатлило, хотя говорят, что от того мага даже угольков не осталось. Всё вокруг того места, где он стоял, спеклось в стекло.
Может потому, что шок не усугубился?
Хотя странно: если бы она применила что-то из общеизвестного то... может быть её уже похоронили. Там же. На той полянке.
Но с Техниками Древних, всегда так: чудовищная сложность, непонятность и... совершенно дикие последствия. Почему их и забыли. Только и остались такие вот ошметки древних знаний, как то, что она когда-то нашла в древних свитках. А дед, Хранитель Сой Кирин, ей помог освоить.
Она лежала на вонючей шее лошади, не в силах подняться. Смотрела как мимо под мерный перестук копыт проплывают деревья, цветы, птицы. И слушала ворчание старого Соя.
- Две казни... - вырвалось у неё.
- Что? - не понял старый Сой прервавшись на середине витиеватой фразы.
- Две казни. Как в древнем эпосе. - Буркнула принцесса тихо переживая и своё бессилие, и боль утраты и злость. Злость на врагов, на предателей, на... Да и на Ашоку, в самый последний момент испоганивший всё, что только можно. Своими тупыми виршами.
И почему-то жёг стыд.
За что -- она сама не понимала. Но какая-то глупая мысль стучалась где-то там, на задворках сознания, бессильная пробиться к свету. От этого ещё и страшнее становилось.
Принцесса тяжело вздохнула. И как ей ни было плохо, резанула таки мысль, что она поступила недостойно. Да и дедуля тут... преуспел в убеждениях.
Теперь предстояла третья казнь -- моральная.
И за что ей такое? За что Неназываемый, так зол на неё?!
Дед всё нудил. Что, мол, ты сейчас четвёртая. А значит, для тебя не о троне думать надо, а о хорошем муже. А шунга, если бы не она, мог бы стать таковым. И земли у него, и ранг. Как раз под стать ей.
Он ещё много чего говорил.
Упирал на разум. И сыпал
Но разве сердце убедишь какой-то логикой?!
Нет!
Вот хоть на куски её режьте, но не бывать этому стихоплёту её мужем! Никогда!
Да впрочем, о чём это она? Будто мёртвые ещё имеют какой-то шанс...
- Я ненавижу его! - процедила принцесса сквозь зубы.
Главный Хранитель печатей поперхнулся на полуслове.
-- Проблемы выживания в чуждом окружении
Утро следующего дня после смерти дедка и казни стражей было тяжёлым. Мало того, что не выспался, да ещё на мозг давили картины экзекуции. Скорой и беспощадной.
Именно последнее меня больше всего шокировало. Ну не привычны мы, жители мегаполисов к такому отношению к людям! И как стало ясно, никакие фильмы, ни с какими показами "кровищи и дерьмищи" не дают полного иммунитета вот к таким зрелищам.