Александр Богатырёв – Путь богов (страница 29)
Аррестли сделал небольшую паузу, прошел на середину подиума.
– Сразу предупреждаю, что в разных ситуациях этот ритуал осуществляется по-разному.
Наставник отсалютовал визиткой, как будто поставил восклицательный знак в воздухе, и продолжил:
– Вот варианты. Первый: вы подаете визитку кому-то, кто стоит выше вас на социальной лестнице.
Лицо Аррестли мгновенно преобразилось. Улыбка сделалась шире, превратившись в угодливую, даже где-то виноватую. Он сделал короткий поклон и стыдливо протянул визитку. Причем держал он ее в одной руке, большим и указательным пальцами.
– Обратите внимание, здесь каждая деталь очень важна. И глубина поклона, и как вы держите визитку, и как ее подаете, и что при этом говорите. Даже если в вашу задачу входит скинуть напыщенного индюка, который стоит перед вами, вы обязательно должны продемонстрировать готовность ему подчиниться. Полезно даже слегка полебезить, но чтобы это выглядело естественно и к месту.
Аррестли снова преобразился. Угодливость на лице слегка усилилась. Он рассыпался в куче комплиментов, непрерывно кланяясь.
На мгновение даже представился некий толстый, заплывший жиром, важный чиновник, стоящий перед наставником. С отвисшей губой и презрительным выражением лица «милостиво» принимающий визитную карточку какого-то плебея.
Впрочем, все эти ужимки почему-то выглядели в исполнении наставника по-своему изящно, утонченно.
Аррестли стер с лица улыбку и выпрямился.
– Теперь – равный вам человек.
Новое мгновенное преображение. Теперь перед группой стоял и ослепительно улыбался эдакий бравый рубаха-парень. От униженно кланяющегося льстеца и следа не осталось.
– Моя визитка, господин служащий.
На этот раз визитка подавалась так, как будто это был предмет некоего мелкого, но хвастовства, наподобие: «Смотри-ка, какая интересная вещица!». Не как нечто малозначительное, как в предыдущем случае. При этом цветной прямоугольник с несколькими строчками на нем держался по-прежнему большим и указательным пальцами, но надпись на нем прямо демонстрировалась принимающему.
– И, наконец, подача визитки тому, кто стоит ниже вас на социальной лестнице.
Улыбка Аррестли стала высокомерной, с некоторым налетом пренебрежения. Визитку на этот раз он держал зажатой между указательным и средним пальцами. Даже в движении руки, которой он подавал визитку воображаемому собеседнику, сквозило высокомерие.
Секунда – и перед группой снова прежний наставник. То, как он играл роли, просто завораживало. Даже то, как он смотрел на группу после всех этих демонстраций. Цепкий взгляд, отмечающий все.
– Предвижу вопрос, возможны ли вариации самих вариантов… – Аррестли хитро посмотрел в сторону обычного вопрошателя. Тот, в свою очередь, тоже улыбнулся.
– Да, возможны. Но фундаментальные контексты, – наставник особо подчеркнул последнее слово, – которые вы видели во всех вариантах, обязательны.
Взгляд Аррестли скользнул по группе и уперся в Лоя Арвани. Взгляд тому не понравился. Похожий взгляд он видел у хищника на «пятом миллионе»: оценивающий, и явно с гастрономической точки зрения.
Наставник видно угадал строй мысли Лоя, так как еле заметно улыбнулся. Улыбка еще больше насторожила юношу.
– А теперь пусть Лой повторит то, что я только что продемонстрировал.
Аррестли подошел к студенту и протянул ему визитку.
Под пальцами того визитка оказалась не просто цветной, но и рельефной. Голографический узор на ней играл всеми цветами радуги, но, тем не менее, все выглядело органично. Даже имя некоего «господина-инженера», выдавленное на ней.
– Итак, я, возможно, ваш будущий начальник. Вам нужно произвести благоприятное впечатление при первой встрече. Вы себя назвали, теперь подайте мне свою визитку.
Новое преображение. Теперь перед Лоем стояло нечто чванливое и туповатое. Подбородок слега задран вверх, взгляд из-под слегка прикрытых век.
«Испытания продолжаются, – пронеслось у юноши в голове. – Но играет он, конечно, высококлассно. Что бы такое изобразить? Копировать нельзя. Это будет достаточно примитивно и пошло… Ладно. Что-нибудь из «стандартного набора»? Или этого «инженера» сыграть?».
Спустя мгновение чванливому начальнику смиренно подавал свою визитку инженер. Эдакий бравый, с налетом испорченности, но с готовностью подчиняться.
Аррестли вышел из образа и усмехнулся.
– Ну что же… Неплохо! Только имей в виду, что хулиганистых инженеров начальники обычно встречают с большой настороженностью. Любые свои таланты стоит демонстрировать к месту. А остальные скрывать.
Группа с готовностью хохотнула. Все наблюдали за испытанием очень внимательно. И то, как справляется с заданием новичок, было интересно.
Аррестли забрал визитку и передал ее Ти.
– Кстати, играть буду разных людей. Так что оценивайте, какого характера человек перед вами. И выстраивайте ритуал в соответствии.
Многообещающее заявление. Оставалось предположить, что таких образов у наставника много, тем более что играл он их мастерски. Это предположение Лоя было тут же подтверждено предметно. Для Ти у Аррестли был приготовлен совершенно иной образ, нежели тот, что был предъявлен ее брату. Секунда – и перед девушкой, нависая над ней, сгибался зверь в человечьем обличье.
Ти, увидев такое, вздрогнула, но, быстро взяв себя в руки, проделала необходимые ритуалы.
Наставник хмыкнул.
– Э-э-э… Конечно, продемонстрированный мной типаж заслуживает наказания, но так явно демонстрировать свою готовность его прибить при первой возможности…
Аррестли хмыкнул, но продолжать не стал.
Группа с готовностью хохотнула тоже. Ти смутилась.
Для Кера у него нашелся «аристократ», смеривший его оценивающим взглядом, словно жеребца на базаре. И приподнял бровь. Кер попробовал было что-то сморозить, но был прерван на середине. Видно, день у него совершенно не задался. Аррестли, даже не особо выходя из образа, изящным жестом руки остановил его.
– Стоп! Совершенно неверный подход. Изначально неверный. А значит, полностью провальный. Ты ему не в лакеи набиваешься, а на серьезную работу. Службу. Ответь на вопрос: кто перед тобой был?
– Аристократ.
– Какую подготовку проходят все представители этого сословия? – не отставал наставник.
– Военную! – тут же, без запинки и паузы, ответил Кер и сразу понял свою ошибку.
– Вот именно! А что видит перед собой этот аристократ в твоем лице? Он видит человека, не брезгующего серьезными физическими нагрузками. С хорошо прокачанными мышцами. Тренированными рефлексами. Это сквозит из всех твоих повадок и телодвижений. Следовательно, для того, чтобы на этого дегенерата произвести впечатление, нужно ему прямо показать, что ты солдат, признающий его неоспоримое первенство и право командовать. Согласный выполнять его приказы четко и аккуратно. Все ясно?
Кер совладал с собой и вытянулся.
– Так точно!
– Вот! Еще раз.
На этот раз Кер выполнил упражнение без замечаний. Собственно, в его случае все было очевидно – соответствие типажу, который он представлял.
Помахивая визиткой, Аррестли наконец приблизился к Ийе. Пару секунд он просто молча смотрел ей в лицо, видно, решая, кого же сыграть. Наконец решив, кого, он выговорил:
– Предупреждаю: очень опасный типаж, ибо психически неполноценен. Постарайся меня не разочаровать. К сожалению, с такими там часто приходится иметь дело. Особенно таким, как ты.
Ийя кивнула. Личность, которую разыграл перед Ийей наставник, оказалась воистину омерзительной. Но даже поразительное мастерство, с которым роль была сыграна, отошло на второй план. Перед ней стоял человек с сальным взглядом, откровенно и похотливо разглядывающий все ее совершенные формы.
Ийя тоже преобразилась. Ее аристократичное лицо как будто заострилось, заледенело. Девушка еще больше выпрямилась, и даже поза ее стала несколько надменной. Пара ничего не значащих фраз, сказанных походя, тем не менее четко распределили все сферы. Установили барьеры и границы, за которые не то, что нельзя, но и невозможно зайти. Сам образ, установленный Ийей Орр, говорил больше, чем было сказано на словах.
– Отлично! – воскликнул Аррестли, выйдя из образа. – Если кому было плохо видно, как сыграла наша новенькая, или то, кого играл я, особо упираю: таких типов надо всегда держать на расстоянии. Ледяное спокойствие, отстраненная вежливость, строгое разграничение полномочий и прав. Любые поползновения на сближение – пресекать строго. Кем бы ни был по социальному статусу этот тип, с которым вам не посчастливится иметь дело!
И что бы ни говорили другие дурочки, которых вокруг вас там будет много. Очень много. Лучше слыть снежной королевой и сохранить себя, чем работницей борделя, и потерять все.
На несколько секунд воцарилась мертвая тишина.
Аррестли обвел взглядом притихших студентов, слегка задержав его на Ти. Но, кроме нее и брата, на это никто не обратил внимания.
– И… запомните! – вдруг резко начал он. – Ни в коем случае не обращайтесь как к равному к тому, кто выше или ниже вас по социальной роли, которую исполняете! Никаких исключений, кроме разве что между родственниками. Да и то, не на глазах посторонних.
Наставник снова окинул студентов пронзительным взглядом.
– Камеры наблюдения, – добавил он, – тоже к последнему относятся. А это значит, что вам придется вести себя так практически везде. Ибо камер вы можете просто не заметить.