Александр Богатырёв – Проект "Венера" (страница 25)

Раман покатился со смеху.

Пока он смеялся, Василий Иванович напротив стал серьёзен.

— Я вот начинаю думать, а не зря ли мы её так сразу — просто грохнули? — С сомнением, как бы в пространство спросил он.

— Нет. Все её тайны я знаю. И ты тоже знаешь. А что не успели вытянуть сразу — реконструировали только что.

— Тогда… — Василий Иванович тяжело вздохнул, — пусть покоится с миром!

Кардинал

Центральный Азиатский Офис Святейшей Инквизиции находился в чудом уцелевшем комплексе правительственных зданий Дели.

Теперь, спустя двести лет после Первого Апокалипсиса, Инквизиция не только отстроила многое из того, что было вокруг него и возле, но и расползлась в ширь. Искусные надстройки над древними зданиями вершили ныне кресты, а барельефы и фрески на внешних стенах и внутри зданий отображали как картины Жития Христова, так и картины Последней Битвы. Правда, довольно часто попадалось и то, что осталось от почти погибшей ныне индийской цивилизации. Но здесь, в Азиатской цитадели католицизма, её следы были минимальные. Ибо многое из того, что провозглашал индуизм, католики считали проявлением Греха. Так же, впрочем, как и в веке двадцатом.

Каждый раз Василий Иванович, прилетая на аудиенцию к Кардиналу Святейшей, видел эти следы уничтоженной некогда красоты и сожалел. На юге, в зоне ответственности «Интаком», он старался препятствовать актам вандализма и наоборот способствовать попыткам восстановления древних храмов, что иногда предпринимали местные жители. Он даже делал некоторые поползновения распространить эту самую свою программу защиты и помощи чуть далее. По образцу и подобию ещё тех ООНовских программ, эпохи до Первого Апокалипсиса.

Здесь же — в цитадели Инквизиции — что-либо спасать было уже поздно. Можно было ещё что-то спасти на территории подконтрольной Дому Блэр. Но это было из разряда фантастики. Разве что если сам этот Дом изничтожить и получить его земли под собственный контроль.

Василий Иванович улыбнулся этим своим мыслям и с этой весёлой улыбкой зашёл в кабинет Кардинала. Таким образом, он предстал пред ним с загадочной, блуждающей улыбкой, чем слегка заинтриговал Кардинала. Обычно он видел Великого Координатора Корпорации «Интаком» в весьма серьёзном и суровом виде.

Сопровождавший Координатора священник молча поклонился и так же молча вышел вон.

Кардинал подождал, когда за ним закроется дверь, и медленно, испытующим взглядом просверлил Василия.

После дежурных расшаркиваний и приветствий Кардинал «взял быка за рога».

— Вы, Великий Координатор, наверное, мысли читать умеете? — С подвохом и ехидно задал он вопрос.

— Никак нет, Ваше Преосвященство! Я всего лишь угадал, что Вам понадобятся какие-то объяснения, да и мне лично нужна сейчас помощь Святой Инквизиции. Особенно Ваша.

— Ну, пара вопросов к вам у меня действительно имеется. А насчёт помощи… Мы ценим помощь, которую вы и ваши Охотники оказываете Святой Инквизиции. Но вы сами должны понимать, что мы не можем становиться на чью-либо сторону в конфликтах между Домами.

— О! Я совершенно не то имел в виду… — тут же потупился Василий Иванович. — Я хотел помочь Церкви. А для этого как раз и нужна помощь Святой Инквизиции. Тем более что дело, в котором я прошу помощи, непосредственно завязано на последние происшествия в Бомбее.

— Вот как? — Кардинал поднял бровь.

— К тому же наша Служба Охотников ещё со времён Первого Апокалипсиса является как бы частью отдела расследований Святейшей Инквизиции. Уж вашему-то постоянному партнёру вы не откажете в помощи?

— Смотря в чём, — уклончиво ответил Кардинал, — смотря в чём.

— Я думаю, что вас заинтересует часть информации, которую получил от Хелен наш Охотник перед тем, как включил запись.

— У нашего Отдела Расследований есть серьёзные подозрения, что вы утаили от нас первую часть записи.

— Так вот, чтобы уважаемый отец Клемент так не думал, мы и решили предоставить вам некоторую дополнительную информацию. Не только по тому, что услышал наш Охотник, но и кое-что, что весьма хорошо с ней согласуется. Из наших собственных расследований.

— И что же это?

— Хелен говорила об экспериментах, которые ведутся учёными Дома Блэр. Не прямо, но намекала. К тому же поиск и нахождение того самого склада, на котором она была убита, случайной акцией быть не может. Боевой «призрак» слишком серьёзная штука, чтобы его мог открыть некто со стороны, не знающий кодов доступа.

— Вы намекаете мне, что Дом Блэр ведёт исследования в Запретном?

— У нас слишком много данных, которые на это указывают.

— Например?

— Вот, что мы сняли с некоторых подручных Хелен, — Василий подошёл к столу и, многозначительно показав зажатый двумя пальцами накопитель, положил его в центр.

— Что там? Кратко.

— Кратко, на этом накопителе информация об исследованиях, которые проводил Дом, под руководством Хелен.

— Вот как? Это ТВЁРДАЯ информация?

— Там есть координаты одного места, где, возможно, вы — если поторопитесь, конечно — найдёте что-то интересное. Как минимум — тайную лабораторию, которую Дом Блэр скрыл от вас.

— Гм… Как-то оно слишком шатко и похоже на подставу… не ударим ли мы там лицом в грязь?

— Я понимаю, — поспешил тут же оправдаться Василий Иванович, — что после того, как Хелен погибла, и погибла от наших рук, а её подручные у нас… лаборатория либо уничтожена, либо перестала проводить те опыты. Но если вы уделите этой информации достаточно внимания, то, возможно, найдёте тех, кто убил два наших патруля.

— А вы уверены, что это были именно люди Блэр?

— Да. Уверены. А также уверены в том, что патрули погибли потому, что стали свидетелями чего-то из ряда вон выходящего.

— Доказательства?

— Там же, — Василий Иванович указал на накопитель. — И ещё кое-что… У нас есть серьёзные подозрения, что у кого-то из Домов есть искин.

— О-у! — поскучнел Кардинал. — У нас такая информация тоже есть… только вот где искать?!

— А вот где он может находиться, мы, возможно, сможем узнать, если поймаем некоторых ренегатов от Блэр. Мы считаем, что они либо экзоты высокого класса, либо уже оборотни.

— Вы сегодня фонтанируете весьма тяжкими обвинениями в адрес Дома Блэр, — констатировал Кардинал.

— Они убили два наших патруля.

— Жажда мести? — хмыкнул Кардинал. — Хотите отомстить за убиенных Охотников?

— И это тоже. Но, в первую очередь, желание довести до конца то дело, из-за которого погибли эти шестеро ребят. А дело — вот здесь. То, что мы уже добыли.

Василий Иванович показал снова на накопитель.

— Так вы решили нас прицепить к этой мести? — начал смеяться Кардинал.

— Почему же? Я предлагаю Вам просто проверить всю информацию, что мы предоставили. Пока Дом Блэр будет целиком занят Вашими инспекторами, наши Охотники успеют выловить тех самых ренегатов. Или, по крайней мере, постараются. Далее мы передаём их Вам и считаем, что месть свершилась.

— Вот теперь понятно… А то как-то оно всё было расплывчато. Это мы можем сделать. Тем более что вы наш весьма давний партнёр.

— Так как? Я могу надеяться, что вы свяжете их своими действиями?

Кардинал снова поколебался, взял накопитель и повертел его в руках. Видно ему эти все обязательства перед Корпорацией изрядно не нравились. Но, придя к определённому решению, он коротко ответил.

— Да.

Василий Иванович тут же поблагодарил и приготовился, что его отпустят, но не тут-то было.

Кардинал неспешно подошёл к окну и выглянул наружу. Не найдя там ничего особо интересного, повернулся к собеседнику.

— Очевидно, что вы хотели бы что-то у меня спросить? — тут же напомнил Василий Иванович.

— Естественно! — лукаво ответил Кардинал, — Вы, как нам давно известно, большой любитель пофилософствовать!

— Всегда к вашим услугам! И смею припомнить, что вы в самом начале нашей встречи хотели задать мне «пару вопросов».

— Именно.

— Я вас внимательно слушаю!

Кардинал снова посмотрел за окно на безоблачное небо, прищурился и спросил.

— Вопросы у меня по той записи, что вы предоставили нам… Почему на записи оборотень постоянно называет вашего Охотника не иначе как… Рэм-предатель?

— Если кратко — то в своё время он под видом мерка проник в группу, что формировала Хелен. Как агент. И этот его поступок дал нам возможность не только разгромить формирующееся подполье, но и чуть было не схватить саму Хелен. Тогда она очень красиво инсценировала свою гибель, почему мы и решили, что её укокошили.

— Напомните, когда это было.

— Десять лет назад.