Александр Богатырёв – Хулиганы города Китежа (страница 26)

Коля прямо физически ощущает, как усевшийся на своей подушечке Васька изображает невозмутимый вид и пожатие плечами. Почти что лапами разводит.

Коля мотает головой от такой навязчивой картины и обиженный натягивает штаны.

"А ведь действительно! - приходит ему в голову неожиданная мысль. - С Васькой вчера как раз и договорились, что он по мне больше не будет бегать, прыгать и вообще топтаться".

- Вот же зараза иезуитская! - бурчит Коля направляясь к умывальникам.

Но надо отдать должное: от Васькиного дикого воя в ухо ощущения такие, как будто зарядку сделал и здоровенным жбаном кофия заполировал -- аж подбрасывает на каждый шаг.

Коля берёт зубную щётку, смачивает под краном водой, снимает с полки круглую картонную коробку с зубным порошком и открыв макает в него сырую щётку. Порошок тут же набухает от воды и прилипает комом к щетине щётки. Остаётся только зачистить зубы.

И вот под мятные, от зубного порошка, ощущения во рту, Коля вспоминает вчерашние приключения.

Яркая демонстрация колдовства от маленькой ведьмочки сломала последнюю плотину в его восприятии действительности. Хоть и продолжали говорить в школе, что магии и волшебства не существует, что всё это сказки, но Коля просто знал, что таки и "не сказки", и "существует". Если быть честным перед собой, даже до того как он удостоверился, ему хотелось чтобы колдовство существовало. Чтобы можно было творить что-то эдакое, недоступное всяким прочим. То, чем он и так владел, что умел, что знал -- а знал и умел он не мало, гораздо больше чем сверстники -- было для него очень мало. Просто потому, что всё, что он умел и знал, воспринималось как самое обычное и тривиальное, "потому, что это любой сможет".

То, что далеко не любой сможет вот так знать и уметь, что большинству его одноклассников было не просто трудно, а откровенно лень овладевать теми знаниями и умениями - это как-то от Коли сокрылось. Он не знал, что большинству, чтобы даже то, что есть выучить, необходимо приложить просто неимоверные усилия на грани подвига, причём в борьбе с собственной ленью.

Для Коли же этой проблемы просто не существовало - ему было любопытно и он читал, изучал. А как известно если что-то человеку интересно, то лень отступает заменяясь на "давай-давай ещё" и "что там будет потом".

Может и колдовство он воспринимал как ещё одну очень любопытную область для освоения и познания?

Скорее всего да. Но вечером, после сказки бабушки всё в голове сложилось в новую систему представлений, где колдовство заняло хоть и необычную, но свою и достойную часть его картины мира.

После того как сделал уроки он обнаружил, что делать нечего. Читать оказалось, тоже нечего. Невеликая библиотека семейства Змиевых под его натиском таки кончилась. Потоптавшись по комнате, под насмешливым взором кота, наблюдавшего его метания с шифоньера, он вспомнил старые свои, как батя говорил "суровые проекты". Накинул на плечи куртку, вышел во двор в мастерскую.

На улице похолодало. Задувал противный холодный ветер уже успевший покрыть дорожки возле дома тоненьким слоем льда. Уши сразу же защипало. Пожалев, что не надел шапку, Коля быстрым шагом, насколько это было возможно на обледеневших дорожках, двинул к мастерской.

Мастерская встретила его таким же стылым воздухом.

Пахло какими-то химикатами, свежеструганными досками, аккуратно сложенными в углу, которые батя собирался куда-то пристроить на курятник - наверное собрался расширять поголовье содержащихся там кур.

Зажигать свет в мастерской Коля не стал. Хоть и сильно уже потемнело на улице, но для него всё было хорошо и ясно видно. Он обогнул верстак, весь в пятнах от химикалий, в порезах от инструментов и подошёл к полкам, прикрученным к деревянной стене. Там и лежал набор специальных маленьких стамесочек и ножей, сделанных для этих целей отцом, вкупе с так и недоделанным, точнее недовырезанным лисёнком.

Взял в руки деревянную скульптуру и вспомнил как долго выбирал на поленнице подходящее полено не только без сучков, но и конкретной породы дерева. Как объяснил папа, далеко не все породы годятся для вырезания из них чего-либо (Ну да, он дока -- ведь маме древко для метлы как инкрустировал!)

Взвесил в руках и осмотрел. За то время, что минуло с зимних каникул, когда он принялся долгими вечерами вырезать скульптурку, дерево осталось каким было. Коля боялся, что забытый чурбак рассохнется или ещё чего нехорошего с ним случится. Пристроив деревяшку под рукой он было собрался выходить, но тут заметил, что у входа сидит Васька и с интересом наблюдает что же молодой хозяин делает.

И тут вид кота и бабушкиной сказки для Коли сложились.

Теперь для него Васька не был той животиной, что для других содержателей домашних питомцев, является "бессловесной" или "просто пуфик на четырёх ногах чтобы гладить можно было". На него смотрело зелёными глазами совершенно иное существо, нежели всякие прочие представители семейства кошачьих. Ибо взгляд был осмысленным.

Коля отложил недоделку на верстак.

- Ладно Васька. Харе придуриваться. Ведь мы оба знаем, что ты умеешь говорить.

Наглый кошак просто поднял вопросительно бровь.

- Ну? Скажи хоть что-то.

- М-м-ну... Мяу! - глубокомысленно выдал тот состроив шкодную мину.

- Не хочешь говорить?

Котяра изобразил нечто типа "ну-у... понимаешь!..".

- Запретили. - как утверждение бросил Коля.

Тут же кот стал серьёзным.

- Ладно! Я тут о чём... Давай договоримся.

- ?

- Рыбка была сегодня вкусная?

- М-ну! - выразил согласие рыжий.

- Давай ты меня не будешь... подначивать и будешь чаще получать вот такие вещ-щи!

- ???

- А чо не понятного-то?

- Чито с-сначит не под-начивать? - потерял терпение Васька.

Голос кота, почему-то продрал до самых печёнок.

Что-то в нём было такое... Коля понял, что если эта скотина захочет, он одним только голосом может много чего наделать.

Возможно, не с самим Колей, но с другими.

Да и вообще:

Кошак!

С ним!

ЗАГОВОРИЛ!

Уже только последнее выглядело как признак натурального сумасшествия. Но...

Происшедшее в последние три дня дало Коле уже какой-никакой, но иммунитет на тот самый "отъезд крыши". Ведь творилось-то такое, что ни в какие ворота!.

- Ну... - собравшись с мыслями заикаясь, - Ты по мне не ходишь, не прыгаешь, и вообще не топчешься, когтями не полосуешь...

Кошак при этих словах прищурился, выпустил когти и полюбовался ими.

- ...а я тебя тоже никак не тираню и при случае даю чё-нить вкусненькое. И вообще -- чего бы нам не...

-... Угу. Сработаемся! - мявкнул кошак и снова прищурился.

- Во-во!

Самое интересное, Васька закруглил любимым словцом Колиного бати.

- Так договорились?..

- Мгм! - муркнул Васька, оторвал зад от холодного пола на ходу разворачиваясь и зашагал в сторону веранды.

-- Глава двадцать вторая,

где всё раскрывается и Коля чувствует себя виноватым.

Пока умывался и вспоминал вчерашнее, родители переговорив, пришли к каким-то выводам. Так что на входе в кухню его встретило настороженное молчание и внимательные взгляды.

- Так о чём это ты с Василием договорился? - прищурившись и уперев кулачок в талию спросила маман. Причём Коля заметил, что перед тем, как заговорить, мать подозрительно переглянулась с отцом.

Коля глянул на Васькино место и его там не обнаружил. Подушечка, на которой он обычно сидел, была пуста. Это уже было подозрительно.

- Ну... это... что он по мне топтаться не будет.

- Гм! - нахмурилась мама ещё больше.

- Я же говорил! - воскликнул отец.

- О чём?

- Что плут Васька ОБА договора выполнил!