Александр Бирюков – Беспощадные сны. Киносценарий (страница 1)
Беспощадные сны
Киносценарий
Александр Бирюков
© Александр Бирюков, 2026
ISBN 978-5-0069-3730-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В кадре – узкая загородная дорога, лес. По ней гонит белая «Тойота», за рулём – Рэм. На ходу он тщетно пытается кому-то дозвониться. Наконец, это ему удаётся.
Рэм: Галчонок, слушай меня внимательно и не перебивай!
В кадре Галя с тележкой и покупками в супермаркете.
Галя: Что с тобой, Рэм?
Рэм: Слушай и не перебивай! Срочно иди домой, собери в одну сумку самое необходимое – деньги, документы и смену белья. Только одну сумку, поняла?
Галя: Рэмчик, ты меня пугаешь! Что случилось?!
Рэм (резко): Выполняй! При встрече всё объясню! С этой сумкой идёшь туда, где мы с тобой встретились во второй раз! Во второй раз! Ждёшь меня там, поняла?
Галя: Рэмчик, мне почему-то страшно…
Рэм: Если сделаешь всё, что я сказал, будет не страшно, всё будет хорошо. Повтори, что ты должна сделать!
Галя: Быстро иду домой, собираю в одну сумку самое необходимое и иду туда, где мы встретились. Правильно?
Рэм: Где мы встретились во второй раз! Во второй раз! Всё, бегом! Целую!
Рэм убирает телефон, оглядывает в зеркала дорогу, съезжает на грунтовку, въезжает на лесную полянку. Выходит из машины, оглядывается, прислушивается. Убедившись, что никого нет, открывает багажник, достаёт лопату, выбирает место и начинает копать. Лопата во что-то упирается. Он встаёт на колени, роет землю руками. Наконец, вытаскивает из земли спортивную сумку, отряхивает, расстёгивает молнию. Сумка полна пачек долларов. Закидывает лопату в багажник, а сумку – на сиденье справа от водительского. Садится в машину, заводит её, разворачивается, едет обратно.
Ему навстречу едет «БМВ» с тремя парнями. Рэм давит на газ, объезжает «БМВ», несётся дальше и выезжает на загородную дорогу. «БМВ» резко разворачивается и бросается в погоню. Начинается погоня. Рэм никак не может оторваться от «БМВ», который чуть ли не висит на бампере «Тойоты», мигает, сигналит, требует остановиться. Рэм резко тормозит, рассчитывая, что преследователи въедут в багажник Тойоты, пробьют радиатор и тогда удастся уйти. Но от удара «Тойоту» заносит, она летит в кювет, переворачивается, и Рэм повисает на ремнях безопасности.
Трое крепких парней из «БМВ» вытаскивают его из машины и начинают избивать – сначала руками, потом ногами. Один достаёт из машины сумку с деньгами, открывает молнию и, убедившись, что доллары настоящие, кивает остальным.
Крестовый (Рэму): Это ты кого хотел отыметь, чмо немытое? А? Это меня, Крестового? Да я тебя сейчас заставлю твои яйца сожрать! И на видео это сниму, чтобы никому в башку не пришло со мной шутить!
Рэм: Это мои бабки! Это я тащил дурь через границу! Это мои люди толкали её в городе!
Крестовый: Всё, что находится на моей территории – моё! Ты должен был приползти на коленях ко мне и умолять, чтобы я взял девяносто процентов. Теперь у тебя нет десяти процентов, нет ничего, даже жизни! Понял?!
Продолжают избивать Рэма, он крутится, прикрывает то голову, то живот руками, корчится от боли.
Крестовый (второму парню): Хватит. Кончай его.
Второй парень (достаёт пистолет, передёргивает затвор): Извини, браток, ничего личного. Просто бизнес. (нажимает на курок, выстрел.)
В кадре – купе поезда, стоящего на вокзальных путях.
На нижней полке сидит девица лет 22 – 25, крашеная блондинка в вязаной розовой кофточке с глубоким декольте и в чёрной мини-юбке. Она роется в своей сумочке. Над ней, на верхней полке, лежит Рэм в джинсах и в коричневой рубашке. Он читает книгу. Открывается дверь. Входит Виктор Борисович, лет 55 – 60, с сединой на полголовы, одет соответственно возрасту и поколению, с небольшой дорожной сумкой.
Виктор Борисович: Добрый вечер! Вы не против, если я составлю вам компанию?
Рэм: Здравствуйте! Будем вам рады!
Виктор Борисович: Спасибо!
Девица только неопределённо повела плечами, словно говоря: «Да какое мне дело?». Она занимается своим макияжем – брови, губы, носик. Виктор Борисович садится на своё место, ставит рядом сумку, смотрит в окно вагона. На перроне стихает суета. Провожающие машут руками отъезжающим, посылают воздушные поцелуи, делают жесты руками типа «Звони».
Наконец, поезд трогается, постепенно набирает скорость. За окном меняются виды – с привокзальных до огней вечернего пейзажа. Стук в дверь, дверь открывается. В дверном проёме – проводница, крашеная, кудрявая, лет 45 – 50.
Проводница: Чай, кофе будете?
Девица отрицательно мотает головой.
Рэм: Спасибо, нет.
Виктор Борисович: Пожалуй, да. Принесите, пожалуйста, чай!
Проводница: Может, к чаю что-нибудь?
Виктор Борисович: Спасибо, не нужно. Есть своё.
Проводница: Как скажете.
Проводница уходит, закрыв дверь. Виктор Борисович открывает свою сумку, достаёт бутерброды, раскладывает на столике.
Виктор Борисович (соседям): Угощайтесь, пожалуйста!
Девица передёрнула плечиком, что означает «Нет». Она слишком занята своей внешностью.
Рэм: Спасибо, я уже сыт.
Виктор Борисович: Жаль, придётся управляться одному. Пойду помою руки. (выходит).
Дверь опять открывается, заходит проводница, ставит на столик стакан с кипятком, пару пакетиков чая и сахара.
Проводница: Пейте на здоровье!
Рэм: Спасибо!
Проводница уходит. Возвращается Виктор Борисович.
Виктор Борисович: А вот и чай принесли. Отлично!
Виктор Борисович распечатывает сахар, бросает в чай, размешивает, ест бутерброд, запивая чаем. Девица начинает одеваться, собираться. Поезд тормозит. Девица выходит.
Рэм (ей вдогонку): И вам счастливо! (Смеётся.)
Виктор Борисович: Ну что же делать? Видимо, мы не в её вкусе. А я, грешным делом, уже размечтался, что она прихорашивается для меня. (Смеётся.)
Рэм спускается с полки. Он довольно высок, блондин, крепко, по-спортивному сложен, одет не броско, со вкусом
Рэм: Меня всегда поражает в людях скупость на вежливость. Кажется, Сервантес говорил: «Ничто не даётся нам так дёшево и ничто не ценится так дорого, как вежливость». (Подаёт руку.) Рэм. Рэм Игнатьевич.
Виктор Борисович: Виктор Борисович. Очень приятно.
Рэм: Взаимно.
Виктор Борисович: Далеко едете?
Рэм: В Иркутск.
Виктор Борисович: Далековато. И почему на поезде? Самолётом быстрее и не так утомительно.
Рэм: Мне нравится поездом, особенно если попадётся приятный собеседник. А ещё мой племянник поступил в авиационный институт на факультет… Ну, в общем, авиастроение. Год проучился, на втором курсе их направили на авиационный завод на практику. Он там всё посмотрел, везде полазил, вернулся и забрал документы из института. Я его спрашиваю: «Ну почему, Лёша?» А он отвечает: «Дядя Рэм, если бы вы видели это производство! Я вас умоляю – ради бога, не летайте на наших самолётах! Это русская рулетка!» С тех пор я предпочитаю железную дорогу. А вам далеко ещё ехать?
Виктор Борисович: Нет, до Омска. Утром приеду. Интересное у вас имя – Рэм. Отдаёт двадцатыми годами прошлого века.
Рэм: Да, это оттуда. Мой отец был из редчайшей породы честных коммунистов, целиком посвятил свою жизнь стране, он и выбрал мне такое имя. Правда, сейчас оно уже отдаёт больше чем-то иностранным. Но я уже привык. Друзья иногда называют меня рым-болт. Мне сначала это не нравилось, но они сказали, это потому, что на мне всё держится. Ну, если они так считают, то пусть будет так. А вы в Омск домой?
Виктор Борисович: Да, ездил повидать внучку. Ей пять лет. Прелестное создание!
Рэм: Как это, наверное, приятно иметь внуков!
Виктор Борисович: Ещё бы! А когда она бежит мне навстречу, раскинув руки, и кричит: «Деда!» – это вообще не передаваемо!..
Рэм: А ещё у вас есть внуки?