Александр Бирагов – 2088. Роман о борьбе за воздух свободы (страница 2)

Плотно сидевшую на глазах маску, не пропускавшую свет, резко сняли. Ричард на мгновенье зажмурился от света тусклой лампы на потолке. Он огляделся вокруг: в комнате, кроме сидящего напротив мужчины, был еще один, стоявший прямо за его спиной. Разглядеть второго Ричард не смог.

Сидящий жестом показал на дверь стоявшему позади человеку, и через пару секунду Ричард снова услышал шаги и скрип закрывающегося выхода из этой мрачной камеры.

– Итак, мистер Салливан, – протянул мужчина, поерзав явно не помещавшимся на стуле объемным задом.

Глаза Ричарда уже успели привыкнуть к свету, и он не стесняясь разглядывал собеседника. Тучный мужчина был одет в изрядно поношенный костюм мышиного цвета, сидевший весьма плотно на грушевидном теле. Темная рубашка с засаленным воротником, жирные волосы, слипшиеся в неестественные локоны, и зловонное дыхание, к которому Ричард не успел еще привыкнуть, кричали о низком уровне базовой гигиены и вызывали желание поскорее закончить эту встречу.

Впрочем, Ричард понимал, что это только начало и дальше Корпорация наверняка приготовила ему еще более неприятные сюрпризы.

– Вы понимаете, почему находитесь здесь? – продолжил толстяк после некоторой паузы.

– Единственное, в чем я могу быть уверен, так это в том, что я нахожусь не в следственном изоляторе округа, – уверенно ответил Ричард.

– Вы, мистер Салливан, обвиняетесь в очень серьезном преступлении, – проигнорировал его ответ мужчина в сером костюме, – таких, как вы, у нас посылают на смертную казнь, – презрительно «обнадежил» он Ричарда.

– Заканчивайте спектакль, – устало попросил Ричард, – мы оба понимаем, что все это фарс. Корпорация хочет меня запугать. Говорите прямо, что вам надо от меня! – повысил тон Ричард, с трудом сдерживая гнев и отвращение.

– Бойскаут, выпускник Стэнфорда с отличием, лучший трейдер Hurricane Ventures, первый миллион уже в 29 лет, миллиардер в 42 года! Выдающаяся карьера! – собеседник Ричарда хладнокровно продолжал свою речь, не обращая внимания на эмоциональный выпад бизнесмена.

«Подготовился и выучил объективку, которую ему собрали в аналитическом отделе Корпорации. Главное сейчас сохранять самообладание и попытаться понять, намерены ли они оставить меня в живых», – Ричард мысленно анализировал ситуацию и прикидывал варианты дальнейшего хода диалога.

– Вы подавали большие надежды, очень многие в правительстве верили в вас, – продолжал тучный мужчина.

– Простите, можно я задам вопрос? – прервал его Ричард и, не дожидаясь ответа, продолжил: – у вас в Корпорации так принято?

– Что именно? – ответил мужчина и осекся, осознав, что своим ответом выдал себя, однако почти сразу вернул лицу холодно-отстраненное выражение.

Ричард слегка улыбнулся и продолжил:

– Видите ли, я вырос в обществе, в котором представляться считается хорошим тоном, – перебросил мяч на сторону собеседника Ричард.

– Густав, мое имя Густав Майнц, но вы его вряд ли еще услышите в своей жизни, – с некоторым неожиданным сожалением произнес мужчина.

– Хорошо, Густав, давайте начистоту! Скажите, чем я могу быть вам полезен, – попытался перехватить инициативу в разговоре Ричард.

– Мистер Салливан, я понимаю ваше состояние, но поверьте, через мои руки проходит много разного люда, – Густав выразительно произносил каждое слово, явно гордясь своим служебным статусом, – это ведь моя работа задавать вопросы, а платят мне за ответы, которые вы мне определенно дадите.

– Я лишь хочу облегчить вашу работу, – подхватил Ричард, – у меня нет причин для конфликта с вами, я полностью осознаю, в какой ситуации нахожусь и то, что у меня не так много шансов выбраться отсюда живым.

– Все так, мистер Салливан, – толстяк улыбнулся и почти дружелюбно продолжил: – Вы не такой высокомерный, как мне сообщили, возможно, мы закончим наш диалог чуть раньше планируемого.

Ричард закрыл глаза: на какое-то мгновенье он представил себя на званом ужине у своих друзей танцующим со своей Кэти… «Где она сейчас, что они с ней сделали? Удастся ли еще увидеться с ней когда-нибудь?..» – Вопросы заставили его встряхнуться, вытеснив страх перед грядущим моментом.

– Хорошо, мистер Салливан, раз вы понимаете всю серьезность сложившейся ситуации, нам будет проще, – в тоне Густава послышалось некоторое облегчение. – Начнем с вашего интервью на канале CMTC, в котором вы критикуете Корпорацию за скупку компаний, исследующих вирусологию. Каков был ваш интерес в этом заявлении?

– Стоимость акций нескольких известных компаний, занимающихся схожими исследованиями, упала, и у меня появилась возможность купить их дешевле, вот и вся выгода, – пожал плечами Ричард.

– Но вы публично заявили, что обладаете неопровержимыми доказательствами того, что Корпорация умышленно скупает лаборатории и банкротит их, чтобы «никто не мог добраться до правды в изучении природы вирусов», – процитировал Ричарда собеседник.

– Но это же всего лишь интервью, мне надо было привлечь внимание публики, – лгал Ричард, честно глядя в лицо противнику.

– И вы стали скупать лаборатории? – вопросительно заглянул в глаза собеседнику Густав.

– Да, прикупил пару лабораторий, – небрежно буркнул Ричард, – я делаю деньги на подобных сделках, вы ведь и сами прекрасно это знаете.

– Хватит, мистер Салливан, эта комедия уже начинает меня злить, лаборатории убыточны и требуют огромных вложений на разработки и развитие, – прошипел Майнц, – не в ваших правилах заниматься подобным бизнесом. Кто спонсирует эти покупки?

Ричард не был бы успешным предпринимателем, если б не мог прогнозировать возможные варианты развития ситуации. Он понимал, что Корпорация рано или поздно «спросит с бизнесмена», зашедшего не на свою «поляну».

– Вы же не собираетесь выпускать меня из этой камеры, так ведь? – прямо спросил он.

– Вы нас явно недооцениваете, мистер Салливан, – не сдерживая смеха злорадствовал Густав, – не только вы, но и ваша семья познает могущество Корпорации, мы не допустим, чтобы какие-то коммерсанты мешали нам, и поверьте, вы будете молить о смерти своих детей, лишь бы не видеть их мучения, – нарисованная им картина явно доставляла ему удовольствие.

Ричард сжался как пружина, готовая выстрелить. Как бы ему хотелось растерзать этого мерзкого толстяка за одни только слова про детей! Но электронные браслеты с обжигающими кольцами намертво сковали его руки за спиной. Он на мгновение представил Ленни и Рика, свою жену Лору, их семейные вечера перед Рождеством: с праздничным столом, теплой дружеской атмосферой, с любовью выбранными подарками… От осознания того, что он их больше никогда не увидит, его стало тошнить, голова закружилась и кровь неистово застучала в висках.

– Ричард, конечно же, мы не думаем, что это вы организатор и самостоятельно решили противостоять Корпорации. И все же я повторю свой вопрос еще раз, – толстяк говорил железным голосом, будто вбивая гвозди в гроб Ричарда. – В чьих интересах вы действуете? Кто вас спонсирует? Во имя своей семьи, не дурите!

– Хорошо, я все вам расскажу, – взял себя в руки Ричард, – только мне нужны гарантии безопасности для меня и моей семьи.

– Все зависит от того, что вы нам собираетесь сообщить, – отреагировал Густав.

– Полгода назад ко мне обратились из Сопротивления, так они себя называли, – Ричард решил открыть некоторые карты этому дознавателю, – и потребовали от меня финансирования параллельных разработок в области вирусологии. В тот момент мне показалось это странным, и я хотел отказать им, но они прислали мою переписку с Кэти, моей любовницей. Мы общались только в зашифрованном мессенджере, я и не ожидал, что он будет взломан. Как бы вы поступили на моем месте? Понятно, что я не хотел потерять семью, но что делать, я тоже не знал… Тогда они прислали мне множество материалов о всем том зле, что творит Корпорация, и я решился помогать им.

– Как их звали, – коротко спросил Густав.

– Кого? – не поняв вопрос, переспросил Ричард.

– Людей из этого Сопротивления, – нарочито закатывая глаза уточнил Густав.

– О, я не знаю имен, они связывались со мной анонимно с рандомными именами в мессенджере, – отвечал Ричард.

«Все сходится с отчетами аналитиков, – подумал Густав, – он действительно говорит правду. Впрочем, ничего не мешает попробовать еще кое-что».

– Хорошо, Ричард, вашу семью не тронут. Но вот Кэти, очевидно, придется несладко, однако вы можете спасти и ее жизнь, дав нам что-то существенное взамен, – Густав проникновенно посмотрел в глаза Ричарда.

«Мою семью им уже нет смысла убивать, а тело Кэти наверняка стало обедом для акул, – стараясь не показывать вызванных этими мыслями эмоций, думал Ричард, – но ведь у меня остается еще пусть крохотный, но шанс выбраться из этой истории. Бедная Кэти…»

– Тридцать, – резко сказал Ричард.

– Что тридцать? – с недоумением взглянул на него Густав.

– Тридцать миллионов долларов на обезличенном счете в одном из банков Каракаса, – отчеканил Ричард, – нужно только назвать пароль к счету.

– Это всего в часе лета из этой дыры, – произнес Густав и невольно покраснел, поняв, что опять сморозил лишнее.

– Тебе просто нужно зайти и взять свои тридцать миллионов, – вкрадчиво звучал голос Ричарда.

– Выкладывай детали, а я уж посмотрю, что можно сделать, – пытался хитрить Густав.