Александр Бережной – Ставр Створовски. Бедовый орк и рыжая бестия (страница 18)
– Пошли. – кивнул я.
Двинулись за волколаком.
Всё к том же построении: я спереди, а Ви – позади.
Оно ведь как – дело исполнено лишь когда ты награду в таверне с друзьями пропиваешь.
А многие другие, кто думал иначе, в земле лежат.
Живуч оказался зверь.
С полкилометра ещё продержался, валя на дороге деревца.
И подыхать не собирался.
Выл, низко, страшно, по земле катался, когтями и себя, и землю рвал.
– Что-то нет у меня желания к нему приближаться да добивать. – честно признался я.
Опасен такой зверь – непредсказуем.
– А у меня тратить ингредиенты – иначе совсем без штанов останемся. И это тебе, орк, без штанов нормально, а я девушка приличная – мне без штанов нельзя – тут же толпа принцев набежит да замуж возьмут и прощай жизнь моя вольная.
Покосился я на её наряд, на ножки, длинные, кожей обтянутые:
– Оно и в штанах всё видно, только не вижу я пока что-то толпы принцев.
– И спасибо скажи, орк, – слышала я, есть привычка у принцев головы чудовищам рубить, что с прекрасными дамами рядом обретают.
– У богатеев свои заморочки. – философски парировал я.
– Вот это же я себе повторяю, когда на тебя смотрю, но потом вспоминаю, что ты у нас ещё и маменькин сынок, и тогда всё на свои места становится.
– Я не понял – а когда это ты начала меня так бессовестно нахваливать?
Спокойно дождаться, когда зверь наконец затихнет на столько, чтобы я смог подойти и отделить его голову от тела, нам не дали.
Явились хозяева волколака.
Имперцы.
Я их почуял издали.
Боевой отряд. То ли хотели отловить нашего волколака и вернуть себе, то ли просто ликвидировать, чтобы не привлекать внимание к своим делам. Может даже отряд был направлен той лабораторией, которую Пройдоха с Мародёрами искать собирался.
Но я ж не дурак – сталкиваться с отрядом имперцев, где маг, а то и два.
Закинул на плечо Ви и припустил прочь, что было мочи.
И Проказница за нами – соображает кусок шерсти, когда сваливать надо.
Не к деревне я бежал, понятно дело, крюка дал, попетлял так, что вздумай имперцы по нашему следу хоть адских гончих пустить – те бы в узел завязались, а всё б ни смогли сообразить, куда мы делись.
Проказница хвостом свои по дороге махала, вроде как следы заметала.
Ну и Ви тоже своей дряни брызнула, чтоб никто след взять не смог.
Просидели мы так, втроём, в лощинке до заката.
Тихо всё.
Никто за нами гнаться не стал.
Или стал да со следа сбился.
Не прям без дела сидели, трясясь от страха, как зайцы.
Ви мне раны обработала.
Проказницу нагладили так, что она теперь предпочитала держаться от нас на расстоянии и поглядывала недовольно, будто зло какое ей сделали.
В деревню к полуночи вернулись, чем устроили переполох страшный.
Староста аж расплакался, когда меня с Ви увидел, – оно и не мудрено, утром старый уже собирался идти самому Святому Баско Освободителю сообщать, что внук его в лесу сгинул.
Рассказали мы о волках, о волколаке, о имперцах умолчали – нечего народ пугать.
И все кивали, мол, слышали вой, а потом ещё страшнее. По домам сидели – на улицу нос боялись высунуть.
Но всё это так… главное, что накормили нас.
А то я ведь весь день ничего не ел.
Спать завалились уже перед рассветом, прикинув, что надо отоспаться хоть до полудня, а потом тихо сходить на место боя, поглядеть, что там да как, и потом уж деньги за работу требовать.
Серьёзно рассматривать возможность того, что имперцы всё ещё на месте боя с волколаком или оставили какие-то следы своего там пребывания или пребывания волколака, было глупо – всё-таки это земли Вольного Города. Одно дело втихую, в обход международных договорённостей, выращивать в тайных лабораториях различных чудовищ, а совсем другое попасться за этим делом властям. Скандалы никому не нужны.
Но всё же в этот раз мы с Ви вооружились для серьёзного боя.
Я облачился в броню, что подарила мне мать. Лучшую. Просто лучшую, а не лучшую из тех, что можно купить за деньги, или ещё каких-то. Просто лучшую, ведь эту броню подарила мне мать.
В качестве оружия взял батину работу – «Честь и Милосердие». Круглый щит с креплением на предплечье и меч полуторник.
Ви же повесила на спину сумку-рюкзак и подвела трубки от него к соплам, что прикрепила к предплечьям. Теперь, если такая необходимость возникнет, она сможет превратить лес в кислотный ад, в котором даже воздух будет ядовит.
– Орк, у меня такой чувство, что как я стала работать с тобой, так для меня сработать хотя бы в ноль, а не в убыток, стало достижением.
– У меня тоже самое чувство, только ты себе другого напарника найти можешь, а я от себя сбежать не смогу.
По поводу того, что напарника Ви себе найти может это я, конечно, хорошо так пошутил. Кто в здравом уме работать будет с имперцем, да не просто имперцем, а с боевым алхимиком? Их оружие ведь – яды и кислоты. Одно неверное движение, одна ошибка, и ты уже умер. Обычно очень плохо так умер. Это деревенские ничего не понимают, так как не видели, а вот у нас, в Новой Вероне, люди всё знаю и понимаю, поэтому на такого напарника согласится только безумец, ну или орк типа меня, которого не так просто убить, как человека.
Проказница, как и вчера, увязалась следом.
Мне хотелось бы думать – из чувства большой любви и заботы о нас, а не потому, что её утомила деревенская детвора.
В этот перед входом в лес я использовал другую формулу.
Мне нужно было до предела поднять свои силу скорость, а также ярость, поэтому в землю в ритме начали вбиваться сапоги, а по металлу нагрудника стучать кулаки в латных рукавицах.
Учитель Орландо всегда снисходительно смотрит мои формулы.
Грубые. Простые.
Так же давно никто не делает, разве что дикие племена с их шаманами.
Примитив, а он ведь преподаёт мне высокое искусство, что на голову выше стоит всего этого.
Не то что бы я не любил и не восхищался высоким искусством, но всё же лучше я буду каким-никаким, а шаманом, чем посредственностью, у которого огненные шары выходят через один, да такие, что каждый раз они разного размера и летят не пойми куда.
Ви шла справа, в нескольких шагах позади – сопла позволяли выбросить смертоносное содержимое её рюкзака метров на двадцать, поэтому ей было лучше быть в первой линии, а для прикрытия имелся я.