Александр Беляев – Всемирный следопыт, 1926 № 03 (страница 14)
Чудовищная маска
Наша фотография изображает прекрасную молодую певицу в ужасной маске, делающей се каким-то чудовищем. На самом деле эта маска является научным аппаратом, который в целом служит для научного определения голосовых данных лица, подвергающегося испытанию, и полного и всестороннего учета его артистической карьеры.
Гигантский авио-маяк
К юго-западу от г. Дижон (Франция), в местности со средней высотой в 600 метров над уровнем моря, поднимается изолированный холм, на котором раньше был форт Мон-Африк. Теперь на этом холме построен гигантский авио-маяк, величайший в мире. Маяк отбрасывает в противоположные стороны два огромных пучка света, мощностью в миллиард свечей. Зона его действия распространяется вокруг него на 500 километров. Маяк представляет собой башню высотой в пятнадцать метров при шести метрах в диаметре. Башня разделена на пять этажей. Два верхних застекленных этажа занимает «фонарь». Два следующих представляют вспомогательные помещения, а самый нижний занят машинным отделением. Верхняя часть башни, представляющая «фонарь», может вращаться со скоростью 3–6 оборотов в минуту при помощи центрального стержня. Источник света маяка — четыре огромных лампы, снабжаемые током в 120 ампер при 65 вольтах.
Путешествие Кнута Расмуссена
по полярной Америке
Очерк
Если мы взглянем на карту Северной Америки, то мы увидим, что к северу от Канады, по ту сторону магистрали Канадо-Тихоокеанской железной дороги, простираются обширные пространства, где почти нет никаких постоянных и более или менее значительных человеческих поселений.
Только в западной части этой необ’ятной страны, на полуострове Аляске можно встретить несколько селений, наиболее значительным из которых является город Номе.
Эта огромная пустынная область полярной Америки, начиная с громадного, покрытого вечными льдами полуострова Гренландии и кончая побережьем Берингова пролива, — страна эскимосов.
Занимая площадь почти равную европейской части РСФСР, покрытая в течение 9-10 месяцев снегом и льдом, эта область, где во время долгой зимы мороз иногда достигает
Действительно, здесь, в особенности в северной половине страны, на побережьи Ледовитого океана, нет ничего, кроме камня, снега и льда.
Вот почему эта обширная область мало привлекает белого человека, и только эскимосы, оттесненные сюда более сильными племенами индейцев, бродят по ледяным пустыням, занимаясь рыбной ловлей, охотой за тюленями и за полярной лисицей.
Негостеприимная суровая страна отпугивала своим холодным дыханием путешественников и исследователей, и лишь немногие из них, наиболее смелые, отважились путешествовать по этой великой полярной пустыне.
Одним из таких смельчаков за последнюю четверть века был знаменитый исследователь полярных стран, норвежец Роальд Амундсен, проехавший в 1903 году на небольшой паровой шхуне вдоль всего северного побережья американского материка. Амундсен открыл «северо-западный» проход из Атлантического океана в Великий. Этот проход мореплаватели тщетно искали целых три века, и десятки отважных мореходов нашли себе могилу в ледяных пустынях полярной Америки.
После Амундсена никто не отважился об’ехать Америку с севера, и только в 1921 году датский исследователь доктор Кнут Расмуссен решил произвести исследование в стране эскимосов и в июле 1921 года отправился из Дании в Гренландию.
В августе месяце Кнут Расмуссен в сопровождении четырех молодых датских ученых и нескольких гренландских эскимосов, взяв с собой семьдесят две эскимосских собаки, отправился из Гренландии на небольшом судне на запад. После трудного плаванья среди ледяных гор Расмуссен пристал в сентябре к Датским островам, лежащим в глубине Гудзонова залива, близ американского материка.
Здесь экспедиция решила зимовать. Путешественники собрали разборный дом, привезенный ими из Дании, разгрузили с судна припасы, и затем судно с несколькими членами экспедиции отправилось обратно в Гренландию, а Расмуссен со своими спутниками остался на каменном острове, чтобы здесь переждать трехмесячную полярную ночь.
Расмуссен — сам северянин. Он родился в Гренландии, и в его жилах течет эскимосская кровь. Его мать была эскимоска, и сам Расмуссен, хотя и получил высшее образование в Дании, но тем не менее не разучился говорить по-эскимосски и не забыл эскимосских обычаев. До пятнадцати лет он жил в Гренландии среди эскимосов и, еще будучи мальчиком, отличался сметливостью и смелостью. Он один на собаках совершал большие поездки по Гренландии и закалил себя как бы специально для полярных путешествий.
Пережив суровую зиму 1921–1922 г.г. на Датских островах, Расмуссен ранней весной 1922 года предпринял свои исследования полярной Америки. Расмуссен надеялся открыть в этих необозримых ледяных просторах неизвестные племена эскимосов, так как в этих местах полярной Америки еще не ступала до этого момента нога ни одного исследователя.
Разделившись на две партии, путешественники исследовали побережье Баффиновой Земли и других соседних островов. И за этими исследованиями промелькнуло короткое полярное лето 1922 года. Осенью часть спутников Расмуссена направилась вдоль побережья Баффиновой Земли и полуострова Лабрадора к югу, в Канаду, а сам Расмуссен с несколькими товарищами вернулся снова на свою стоянку на Датских островах. Здесь путешественники устроились на вторую зимовку.
Новая зимовка потянулась так же, как и первая. Однообразие полярной ночи лишь иногда прерывалось северным сиянием. Почти все время свирепствовали бури, и крошечная хижина путешественников, едва лепившаяся у каменных скал и полузанесенная снегом, вся трепетала под напором ветра.
Путешественники питались, главным образом, тюленьим мясом и консервами, захваченными из Дании. При свете тусклой лампы Расмуссен составлял план своего большого путешествия через все побережье полярной Америки.
Исследования предыдущего лета были лишь предварительными экскурсиями, только своего рода маневрами. Главная цель экспедиции была еще впереди. Расмуссену предстояло пройти пешком и проехать на собаках по ледяной пустыне почти четыре с половиной тысячи километров — расстояние, отделяющее Датские острова в Гудзоновом заливе от побережья Берингова пролива.
Чтобы лучше представить себе это расстояние, мы скажем, что оно равняется расстоянию от Москвы до Мадрида. Но это огромное пространство, которое предстояло преодолеть Расмуссену с его товарищами, было почти безлюдно, покрыто снежным покровом, перерезано бесчисленными реками и речками, гранитными горами и обширными болотами, непроходимыми в течение лета.
Расмуссен решил отправиться в путь только в сопровождении эскимоса и эскимоски, нанятых им в Гренландии.
11 марта 1923 года Расмуссен, нагрузив припасами двое эскимосских саней, запряженных собаками, в сопровождении эскимоса и эскимоски двинулся в путь, на запад.
При благоприятных условиях на собаках в день можно сделать около семидесяти километров. Но Расмуссен, чтобы не утомлять своих собак, решил делать не более сорока пяти километров в сутки.
В конце марта, после пятнадцатидневной езды по снежной пустыне, Расмуссен достиг побережья Ледовитого океана. Здесь он сделал остановку, чтобы дать отдохнуть собакам. В первых числах апреля Расмуссен снова отправился в путь. Во время своего путешествия он не встречал ни одного живого человека и только однажды, в апреле месяце, он увидел среди снежной поляны на Земле Вильгельма двух эскимосов, шедших навстречу.
Расмуссен направился к пришельцам и, подойдя к ним на расстояние шагов ста, громко спросил по-эскимосски, кто они.
Эскимосы, увидев его, крайне удивились и ответили, что они жители этих мест. Расмуссен рассказал им, что он и его товарищи — мирные путешественники, идущие на запад. Он пригласил эскимосов подойти поближе и угостил их табаком и едой.
Эскимосы все время рассматривали Расмуссена. По их словам, они никогда не видали белых людей. Во время еды эскимосы сказали Расмуссену, что недалеко находится их становище, и пригласили его посетить их.
Расмуссен направился вместе со своими гостями в их становище и провел среди эскимосов несколько дней.
Расмуссен убедился, что эти эскимосы, действительно, никогда не видали белого человека. Это племя эскимосов вело самый первобытный образ жизни. Становище их состояло из нескольких десятков снеговых хижин, похожих на звериные норы. Никаких металлических вещей и орудий у эскимосов не было, они не имели никакого понятия о том, что такое железо. Все их орудия составляли большие луки, из которых они ловко убивали оленей и даже медведей.
У этих эскимосов не было даже дерева, и они, чтобы заменить его, употребляли кости животных и кожу тюленей. Так, например, чтобы сделать полозья саней, эскимосы сшивали из тюленьей кожи нечто вроде узких рукавов, набивали эти рукава мясом лососины, затем замораживали рукава, обливали их водой, и полозья были готовы.
Главной пищей у эскимосов было тюленье мясо. В этой области Америки даже северные олени, кормильцы полярных народов, сравнительно редки, и тюлень служит единственным средством не только для пропитания, но и вообще для поддержания всей жизни эскимоса.