И в первой снежинке от Бога.
Завяли цветы в серебре
И нам красоваться недолго…
Завянем, исчезнем: года
Растают, как эта минута.
Никто не вернётся сюда,
Уйдя ненадолго отсюда.
Забвенно гляжу в небеса,
Смотря на стеклянные лужи
И, слушая грёз голоса,
Я слушаю мёртвые души…
***
Из январской тёмной ночи
Смотрят звёзды на меня,
Словно ангельские очи,
Очи, полные огня…
Согревает вера в Бога
И молитва о душе,
Но лукавый у порога
Тихо точит нож уже…
***
Просто так помолиться – немного труда
За любовь и за совесть людскую,
Чтоб надежды звезда не упала туда:
В беспросветную полость земную…
Помолиться за жизнь, за горящие дни,
Что проходят сквозь чистую душу
И сжигают её, словно ада огни,
Оставляя лишь пепел и стужу…
Ангелу
Когда бессилье выпьет кровь
И упаду я на дорогу,
Напой мне, ангел, про любовь,
Про то, что я отправлюсь к Богу,
Про то, что жизни ад прошёл
И никогда не повторится,
Про то, что я взгляну на дол,
Летя в лазурь, как счастья птица.
Судя по всему
Закрыть глаза и утопиться
В полночной, вязкой тишине!
Ах, день, – томительный убийца,
Оставь меня наедине
С луною грустной, застеклённой,
С раскладом проклятого сна,
С печалью лермонтовской – чёрной
И с тем, в чём есть моя вина…
С триумфом мысли чужеродной,
Что мне едва ли по уму…
Я буду строчкой перелётной
По жизни, судя по всему!..
Мой крест
Люблю тебя, мимоза на столе,
Тобою сердце юное согрето.
На этой переменчивой Земле
Влачу я крест подпольного поэта.
Предметов забывая имена,
Я вспоминал младенческие грёзы.
Росли моих иллюзий семена
И превратились в астры и мимозы.
Я в то душой поверить не могу,
Что красота цветов не бесконечна,
Бутонов благородство берегу,
Которые завянут скоротечно.
Трагичен бытия сюрреализм:
