Из пруда выныривали рыбки.
Пепел всё, за что ни зацепись,
Только звёзды в небе неподдельны,
Видят исчезающую жизнь,
И порыв души моей бесцельный…
Бессонница
Бессонницы нудная проза,
Читаю семнадцатый том:
Под снимками памяти косо
Ползёт алфавит чередом…
Плывут не рождённые фразы
Обрывистой лентою слов,
А вот и безумья гримасы,
А вот и «One peace» и «one love…»
Раздумье спонтанное плоско,
Как зеркало озера, но
Видна в нём созвездия блёстка,
Луны золотое руно…
В бессоннице образов много,
Они безобидны, пока
Не явится образ острога,
Который затмит облака…
***
Смотрю я вдаль, не видя ни строки.
Роняет звёзды синеокий космос.
Сангина сардонической тоски,
Острога вырисовывает образ.
Бессонница, открытое окно…
– Такая безысходная морока.
Невыразимо пусто и темно
На сердце, погибающем без Бога!
Сидишь вот так и думаешь: «Когда
Своим лицом осветит эту бездну
Евтерпы неземная красота
Или, когда, отмучавшись, исчезну…»
Неизвестному поэту
Он был поэтом неподдельным,
Жила в нём пушкинская честь…
Несла созвучием капельным
Ему весна благую весть.
Дешёвым греясь алкоголем,
Смотря в окна немой экран,
Он очарован был раздольем,
Просторной родиною пьян…
Кострище города ночного
Вдыхал он, форточку открыв,
Рождалось искреннее слово
И романтический мотив…
Пространства вешнего историк
Писал о пламенных цветах,
Читал этюды летних зорек,
Держал мгновения в руках.
Он рано умер, но оставил
В стихе застывшую зарю,
Мотивы самых честных правил
И мир, в который я смотрю…
Песочные часы
Снятся мне жёлтые дюны пустыни,
Сыплются крохи в песочных часах…
Сны – это ангелы в пламенной сини,
Сны – это демоны в алых огнях…
Справочник, нет в тебе этих картинок,
Я убеждаюсь, что сонники лгут…
Падают глыбы секундных песчинок,
В тонкой стекляшке в барханы минут…
