Александр Башлачев – Как по лезвию (страница 18)

Кричала с места станция Октябрьская Весна.[95] — Ответим по-рабочему. Чего там церемониться. Мол, на корню видали мы буржуйские харчи! — Так заявила грамотный товарищ Усть-Тимоница, И хором поддержали ее Малые Прыщи. Трибуну отодвинули и распалили прения. Хлебали предложенья, как болтанку с пирогом. Объявлен был упадочным процесс пищеварения, А сам Шиши — матерым, но подсознательным врагом. — Пущай он, гад, подавится Иудиными корками! Чужой жратвы не надобно, пусть нет — зато своя! Кто хочет много сахару — тому дорога к Горькому! А тем, кто с аппетитами — положена статья... И населенный пункт 37-го километра Шептал соседу радостно: — К стене его! К стене! Он — опытный и искренний поклонник стиля «ретро», Давно привыкший истину искать в чужой вине. И диссидент Шиши горел красивым синим пламенем. — Ату его, вредителя! Руби его сплеча! И был он цвета одного с переходящим знаменем, Когда ему товарищи слепили строгача. А в общем, мы одна семья — единая, здоровая. Эх, удаль конармейская ворочает столы. Президиум — Столичную, а первый ряд — Зубровую, А задние — чем бог послал, из репы и свеклы. Потом по пьяной лавочке пошли по главной улице. Ругались, пели, плакали и скрылись в черной мгле. В Мадриде стыли соусы. В Париже сдохли устрицы. И безнадежно таяло в Брюсселе крем-брюле.

Подвиг разведчика

В рабочий полдень я проснулся стоя. Опять матрац попутал со стеной. Я в одиночку вышел из запоя, Но — вот те на! — сегодня выходной. И время шло не шатко и не валко, Горел на кухне ливерный пирог. Скрипел мирок хрущевки-коммуналки, И шлепанцы мурлыкали у ног. Сосед Бурштейн стыдливо бил соседку — Мы с ней ему наставили рога.[96] Я здесь ни с кем бы не пошел в разведку, Мне не с кем выйти в логово врага. Один сварил себе стальные двери. Другой стишки кропает до утра. Я — одинок. Я никому не верю. Да, впрочем, видит Бог, невелика потеря — Весь ихний брат и ихняя сестра. Экран, а в нем с утра звенят коньки... В хоккей играют настоящие мужчины. По радио поют, что нет причины для тоски, И в этом ее главная причина. В «Труде» сенсационная заметка О том, что до сих пор шумит тайга. А мне до боли хочется в разведку, Уйти и не вернуться в эту клетку, Уйти — в чем есть — в глубокий тыл врага. Из братских стран мне сообщает пресса: Поляки оправляются от стресса. Прижат к ногтю вредитель Лех Валенса,[97] Мечтавший всю Варшаву отравить. Да, не все еще врубились в суть прогресса И в трех соснах порой не видят леса.[98] Бряцает амуницией агрессор, Но ТАСС уполномочен заявить:[99] «Тяжелый смог окутал Вашингтон.