Александр Башибузук – Родезия. Рюмка студеного счастья (страница 46)

— Вас немедленно вызывают к полковнику Моозесу! — наконец, выпалила Сьюзен. — Немедленно… — она наклонилась к Тиму и шепотом наябедничала. — На аэродроме базирования британских бомбардировщиков в Кении и в группировке британских ВМС объявили суточную готовность…

В общем, путь на работу тоже прошел на огромной скорости и в сопровождении копов. По дороге Тимофей раз за разом прокручивал в голове сложившуюся обстановку.

В Мозамбикском заливе Великобритания сконцентрировала огромную военно-морскую группировку. Два авианосца и два десантных вертолетоносца, эсминцы, и множество судов обеспечения, а на базах в Кении двадцать пять стратегических бомбардировщиков и около полусотни транспортных самолетов. Власти Португальского Мозамбика и Ботсваны, несмотря на сильное давление, не разрешили проход сухопутных сил через свою территорию, но все-таки выделили воздушный коридор. ЮАР объявила о нейтралитете.

Действия бриттов читались очень легко. Сначала бомбардировщики и штурмовики с авианосцев сотрут с лица земли всю военную инфраструктуру Родезии, затем пойдут отряды САС на вертолетах и захватят аэродромы, правительственные здания и радиостанции, а потом начнется массированная десантная операция.

Силы вторжения превышали армию Родезии больше чем в десять раз.

Тим знал, что военное руководство Великобритании было категорично против операции, потому что прекрасно осознавало риски. Но политики… все-таки могли отдать приказ на начало вторжения, понадеявшись, что в мятежной колонии произойдет переворот и родезийское сопротивление окажется символичным.

До того, как Тим вошел в кабинет директора ЦРО, он все-таки сомневался, что бритты решатся.

И ошибся.

Все уже было давно обговорено, обсуждать было нечего, поэтому через полчаса Тим уже мчался на аэродром, а еще через тридцать минут вертолет сел на аэродроме Булавайо, где был расположен командный пункт управления легкой пехоты и команды Селуса.

Пригибаясь, Тимофей подбежал к входу и спустился вниз.

Пищали и моргали огоньками рации, светились экраны, возле огромного планшета скучали планшетистки.

— Ну что, сынок… — майор Рональд Ред-Дейли, с неизменной сигарой в зубах хлопнул Тима по плечу. — Похоже, началось. Не думал, что доживу и увижу весь этот бред своими глазами. Но ты знаешь, все это к лучшему…

Он еще раз выругался и отошел.

Тим кивнул, шагнул к лавке, поставил сумку с оружием и снаряжение, после чего принялся быстро переодеваться.

Потянулось время, в бункере стояла спокойная деловая обстановка, через пару часов Тим почувствовал себя статистом и вышел на поверхность покурить. Медоед тоже вышел с ним, а потом потопал по своим делам.

Тим раскурил сигарету и хмыкнул, глядя на демонстративно выстроенные на стоянках самолеты.

С виду они выглядели абсолютно настоящими. Впрочем, они и были настоящими, только совершенно непригодными для использования. За годы эмбарго летная техника Родезии сильно износилась, выходящие из строя самолеты стали донорами, а останки использовали для наглядной дезинформации.

А находящаяся в строю техника, по первому сигналу должна была подняться в воздух и перелететь на запасные аэродромы.

Тим затянулся, выпустил дым и зажмурил глаза. Думать не хотелось.

— Мистер Бергер…

Тим посмотрел на капитана Джефа Шепарда, высокого, плотного офицера. Он был одет в родезийскую полевую форму, выглядел абсолютным англосаксом, говорил по-английски идеально, но при этом… являлся советским офицером, одним из советников, присланным для координации из СССР.

Тим молча подвинулся на лавке, давая место Шепарду.

Советник тоже закурил и с усмешкой сказал.

— А вы знаете, мне здесь очень нравится.

Тим улыбнулся.

— Добро пожаловать. Обещаю звание на ранг выше, вашу военную профессию, комфортабельный коттедж, достойную зарплату и рост по службе.

Шепард улыбнулся.

— Вы все сами знаете, мистер Бергер.

— Знаю, — хохотнул Тим. — Но я хотя бы попытался. Ладно. Скажите, мы готовы?

— Мы готовы, — кивнул советник. — Все что можно было сделать — сделано. Если британцы все-таки решатся… — он сделал паузу.

— Мы их нахлобучим, — Тим перешел на русский язык. — Но война никогда не идет по плану. Так что… нахлобучить могут и нас.

Русский вместо ответа только кивнул.

Остаток дня и ночь прошла без неожиданностей и спокойно, но Тим не смог ни на минут сомкнуть глаза.

На рассвете он опять вышел покурить, с наслаждением вдохнул прохладный воздух, достал пачку сигарет, немного помедлил, а потом…

Потом увидел, как из ангаров одна за другой в облаках выхлопных газов с ревом выскочили две «Шилки». Одна стремительно проскочила сотню метров и заняла позицию в капонире, а вторая помчалась на другой конец аэродрома.

— Бля… — Тим от неожиданности даже выронил сигарету.

Резко нарос гул самолетных движков, на взлетной полосе начали выстраиваться штурмовики.

Подхватив винтовку, Тимофей ринулся в бункер, в котором уже потоком неслись короткие отрывистые доклады.

— Групповая цель…

— Эшелон шесть тысяч метров…

— Скорость девятьсот километров в час…

— Пеленг сто тридцать градусов…

— Идентифицированы, как стратегические бомбардировщики, предположительно «Avro Vulcan», наблюдается одиннадцать единиц…

— Расчетное время выхода на боевой курс…

— Фиксируются взлеты с вертолетоносцев и авианосцев…

От бессилия Тиму стало душно, горло забил горький комок. Он понимал, что сейчас ничего не может сделать и оттого, все чувства забивала бешеная злость.

Легкая пехота, расчеты ПЗРК и все части спецназначения были рассредоточены в местах вероятной высадки британского спецназа, они прекрасно знали, что делать, силами ПВО командовали советники, а Тиму предстояло только формальная роль координатора и наблюдателя.

— Надерем задницу засранцам!!! — кровожадно осклабился дядюшка Дейли, — На, хлебни, сынок.

Он протянул флягу.

— Надерем, обязательно надерем, — Тим хлебнул и опять выскочил на улицу, чтобы все-таки успеть покурить.

Парой затяжек прикончил сигарету и своими глазами увидел, как вдалеке в небо взмыло несколько пушистые струй.

Тимофей как завороженный уставился на горизонт и не удержался от восторженного вопля, когда рассмотрел едва заметные вспышки на горизонте.

Одну, вторую, третью, пятую, шестую…

Вспышки, быстро распадающиеся на опадающие вниз огненные кляксы…

Тимофей понимал, что надо спускаться вниз, но не мог заставить себя.

В чувство его привели снопы алых трассеров, сорвавшиеся в небо со стволов «Шилки». Почти сразу же, заработала вторая.

А через мгновение, вверху возник огненный смерч и с грохотом врезался в землю, распадаясь на горящие обломки.

Дальше в голове у Тимофея все смешалось, картинка распалась на отдельные кадры.

Дымные вспышки в небе, пунктиры трассеров, рев автоматических пушек, разлетающиеся по сторонам обломки британских штурмовиков, грохот кассетных боеприпасов…

Зрелище выглядело ослепительно красиво и одновременно ужасно.

В очередной раз, пересилив себя, Тимофей сбежал в бункер, забился в угол и принялся жадно слушать доклады.

И дождался того, что очень хотел услышать.

— Наблюдатели докладывают, что уцелевшие самолеты и вертолеты с десантом разворачиваются…

В бункере плеснулся радостный рев. Тим тоже очень хотел вскочить и заорать как бешенный, но не смог — отказались слушаться ноги.

Вдруг, кто-то его толкнул в плечо.