Александр Башибузук – Родезия. Рюмка студеного счастья (страница 42)

— Есть, — лаконично ответил Тим. — А в сложившейся ситуации, они станут еще прочней.

— С чего бы это? — Брежнев опять кашлянул.

— Португалия не решится на вторжение в Мозамбик, потому что у нее банально не хватит сил. Ее партнеры по НАТО тоже проигнорируют просьбу вмешаться. Особенно на фоне общих тенденций освобождения от колониализма. Но никто не помешает мировому сообществу ввести тотальные санкции. И они будут введены. В таком случае, Мозамбик немедленно становится нашим прочным союзником. Как говорится, санкции сближают. Вдобавок, охотно воспользуется возможностью наладить новые рынки экспорта и импорта. А мы подскажем им правильный путь — вы догадываетесь какой. Таким образом, Советский союз получит еще одного надежного партнера в Африке. Не вымогателя и нахлебника, а настоящего партнера. А в кооперации с Родезией, Мозамбик поможет нам навести порядок в Африке. Благо военные возможности бывшей колонии Португалии даже выше чем у Родезии.

— Что с режимом в Мозамбике? — недоверчиво проскрипел Суслов. — Угнетение чернокожего большинства продолжится? Это неприемлемо для нас.

Все кроме Косыгина и Андропова опять закивали.

— Они пойдут нашим путем, — Тим с трудом сдержал раздражение. — Ни для кого не секрет, что бесконтрольная передача власти черным ничего кроме разрухи не приносит. Конго, Гана, Замбия, Танзания и многие другие страны тому свидетельство. Выборы в Мозамбике приведут в парламент не менее тридцати-сорока процентов черных парламентариев. Будут приняты соответствующие законы облегчающие жизнь черных. А как среагирует ФРЕЛИМО — зависит от СССР, вы это тоже знаете. Почему бы Самора Машелу не получить пост в правительстве Мозамбика? Торговля со странами СЭВ — даст мощный прирост экономики, народ останется довольным. Опять же, порт Бейры, послужит не только экономике. Военные возможности Варшавского договора вырастут в разы в регионе.

Гречко машинально кивнул, но сразу же начал коситься на коллег из Политбюро, словно ища одобрения. Брежнев задумчиво молчал.

— Что до политического пути развития Мозамбика, — после паузы продолжил Тимофей. — Скажу сразу, это небыстрый путь. Но социалистический вектор возможен. Ищите и учите людей, которые будут способны не только бегать в джунглях с автоматом, а правильно влиять на пути развития государства.

Суслов не стал перечить и даже неожиданно кивнул, посмотрев на генсека.

— Но все это… — Тим обвел зал взглядом. — Это только прогнозы. Мне необходимо срочно вылетать домой, чтобы координировать взаимодействие наших стран. Однако, перед этим необходимо решить вопрос с вероятным вторжением Великобритании. Потому что это вторжение, напрочь перечеркнет вышеперечисленное мной.

Несколько минут в зале стояла тишина, которую нарушил Леонид Ильич Брежнев.

— А как отреагирует ваш новый союзник на агрессию сраных наглов? — он гулко хохотнул. Члены Политбюро немедленно захихикали.

— Они помогут нам, чем смогут, — спокойно ответил Тимофей. — Но, боюсь, Португалия под прикрытием бриттов сама попытается решить вопрос военным способом со своей колонией. Тогда Мозамбику резко станет не до нас.

— А эти расисты из ЮАР? — снова задал вопрос Брежнев. — Что они станут делать?

— ЮАР отреагирует сдержанно, — Тимофей пожал плечами. — Но тоже будет помогать, хотя и без прямого вмешательства. Мы попробуем их уговорить быть решительней. Но опять же, без помощи Советского Союза, мы не сможем нанести британцам быстрое и разгромное поражение. Мы не просим ничего бесплатно. Родезия всегда платила, и будет платить по своим счетам. Не поможете, мы все равно победим, но эта победа будет очень тяжелой. У нас практически полностью отсутствуют средства ПВО, кроме нескольких зенитных установок времен второй мировой войны. Дайте нам оружие и мы сделаем за вас работу. Поймите, наглов надо окончательно посадить на задницу, потому что они слишком зарвались. Это отвечает не только нашим, но и вашим интересам. И станет началом преобразования Африки. Уже две страны протягивают вам руку. Не надо пестовать орды черных и вкладывать в эти чертовы освободительные движение миллиарды. Причем без малейших шансов на отдачу.

Дальше вопросы посыпались как из рога изобилия, чиновники явно хотели сбить с толку и запутать Тимофея, но у них ничего не получилось. Встреча закончилась поздно, но никаких положительных решений озвучено не было. Тимофей вернулся к себе в номер злой как собака, хотя, глубоко в душе, все-таки надеялся на хоть какой-то успех.

Утром он вышел на веранду с чашкой кофе. Весна уверенно вступала в свои права, снег почти сошел, звонко стучала капель, весело чирикали птички.

Тимофей отпил кофе и достал из пачки первую сигарету. Подкурил, затянулся и попытался расслабиться и тихо чертыхнулся, когда не получилось.

«Уеду… — зло подумал он. — Уеду к чертовой матери, если сегодня не получу положительного ответа. Гребанные мудаки, накачивают черных и арабов современным оружием, а нам пару сраных ЗРК продать не могу. Причем продать, а не подарить. И хрен я вам сдам последнего шпиона…»

— Тимофей Тимофеевич, доброе утро! — внизу раздался приветливый мужской голос.

— Доброе… — не особо приветливо ответил Тим главному егерю Завидово.

— Не желаете с утра на охоту сходить? — егерь улыбнулся. — Тетерева уже вовсю на ток стали.

— Какая охота весной?

Егерь с уважением кивнул.

— Так мы косачей бить будем, тетерок не тронем, Тимофей Тимофеевич, все по правилам, браконьерствовать грешно. А если пожелаете, за селезнями можно. Утки у нас много.

Тимофей отрицательно мотнул головой.

— Благодарю, но не до охоты мне сейчас. Передайте, я прошу встречи…

— Так не с кем встречаться, — усач развел руками. — Уехали все с рассветом. Нет никого. Вы одни из гостей.

— Какого хера? Как уехали? — Тимофей со злости едва не запустил пепельницей в егеря.

— Уехали, уехали, а когда вернутся неведомо, нам не докладывают. Приказано вас принимать как самого дорогого гостя.

— Мне надо вернуться в Москву… — Тимофей про себя выматерился. — Немедленно.

— Приказано принимать, — терпеливо повторил егерь. — Иных распоряжений не поступало. Да не переживайте Тимофей Тимофеевич. Отдыхать-то тоже надо. А дела подождут.

— Свяжите меня с генералом Григоренко.

Егерь качнул головой.

— Иных распоряжений не поступало.

Тим сразу понял, что из Завидово его просто не выпустят. Связаться с зампредом КГБ тоже не получится.

Настроение испортилось окончательно. Мелькнуло желание самому выбраться из охотхозяйства, но сразу пропало из-за очевидной бесперспективности и глупости. Впрочем, Тимофей быстро успокоился. Глупо было бы думать, что все Политбюро во главе с самим Генсеком будет нянчиться с Тимофеем. Страна огромная, своих забот хватает. Возможно, решение прорабатывается, все-таки не автоматы Калашникова предстоит передать, а высокотехнологичное оружие.

— А не желаете охотиться, — настаивал егерь. — Можно на рыбалку. Щука и судак уже вовсю играют. Щуки у нас завидные, настоящие мамки. Говорят, еще при Сталине закольцевали несколько. Может, повезет вам выловить как раз такую. У воды и позавтракаете.

Тим немного помедлил и кивнул. Оставалось только ждать.

— На рыбалку.

— Отлично! — обрадовался егерь. — Переодевайтесь, а я машину подгоню.

К воде поехали на ЛУАЗЕ, Тимофей пообещал себе, после того как катавасия с бриттами закончится, закупить для Родезии партию таких машин.

У причала в беседке уже пыхтел самовар. Тим с удовольствием напился чаю с блинами, после чего невольно засмотрелся на окружающие пейзажи и даже ненадолго забыл о проблемах.

Темная гладь воды, стена леса по берегам, шелест камыша, остро пахнущий водой воздух — все это умиротворяло и успокаивало. Сразу захотелось забиться в избушку в глуши и забыть обо всех проблемах.

«А сможешь? — поинтересовался Тим сам у себя. — Хрен, не сможешь. Ты же и в Африку завербовался в прошлой жизни, оттого что не можешь жить спокойно. Через неделю волком взвоешь и попрешься искать проблем на голову…»

Из задумчивости вырвал голос егеря:

— Ну что, Тимофей Тимофеевич, будем начинать?

С окольцованными монстрами из сталинских времен не задалось, но Тим отлично провел время до самого вечера и вытащил несколько больших щук и судаков.

У утру следующего дня никаких известий не поступило, Тимофей от нечего делать сходил за тетеревами и глухарями.

Так прошло еще два дня, Тим уже отчаялся и попросил передать, что ему немедленно надо возвращаться домой в Родезию.

— Тимофей Тимофеевич…

— Что непонятно? — Тим с трудом удержался от матов.

— Тимофей…

— Немедленно сообщить! — гаркнул Тим.

— Так приехали уже… — с улыбкой развел руками егерь. — Сами и скажите. С утра уже здесь.

— Твою мать! — в сердцах выругался Тимофей и улыбнулся. — Хорошо, как позовут, мухой ко мне.

Ждать пришлось недолго, уже через час за Тимофеем прислали. Состав на встрече немного его удивил. Из гражданских присутствовали только Косыгин и Андропов, остальные все были военные. Министр обороны Гречко и с ним еще три незнакомых Тиму генерала, причем все с артиллерийскими эмблемами на петлицах.

А на стендах вдоль стен были расположены карты. Тим не поверил своим глазам, на картах угадывалась Африка и Родезия, причем военные, все покрытые пометками.

— Присаживайтесь, Тимофей Тимофеевич, — пригласил Андропов.