Александр Башибузук – Прознатчик (страница 9)
По его периметру стояли такие же идолы, что и перед входом, только здесь они простирали над залом свои руки, соединенные каким-то странным колесом. В стенах неизвестные строители расположили много ниш, больших и маленьких, из которых торчали… ссохшиеся ступни в обрывках бурых покровов.
Вокруг возвышения посередине зала стояли составленные кольцами столы с множеством разной посуды. Создавалось такое впечатление, что когда-то, очень давно, здесь неожиданно прервался пир, а сами гости исчезли. Даже еда сохранилась в своем первозданном состоянии. Вот запеченные целиком бараны, вот окорока, большие круги сыра — все кажется свежим, только покрыто паутиной и пылью.
А в самом центре… В самом центре расположился большой каменный трон. Спинкой ко мне.
— Очень интересно. Только не надо мне говорить, что на нем кто-то сидит… — Я на всякий случай взял наизготовку рогатину и, стараясь не отрывать взгляд от возвышения, стал обходить зал.
Десяток шагов — и стал виден краешек стола перед троном…
Еще немного — и показались подлокотники трона, украшенные мордами непонятных рогатых животных…
Еще пару метров — и…
И внезапно погас светлячок…
Все мгновенно погрузилось в кромешную, в буквальном смысле могильную темноту. Я на мгновение замер, а потом, перехватив рогатину, передвинул суму на живот. Рука нащупала склянку, как вдруг из центра зала донеслось скрежетание. Зловещее такое скрежетание, очень похожее на…
Светляк взлетел над залом, я сделал несколько быстрых шагов…
— Старшие Сестры!!! — невольно воскликнул я… перед троном стоял закованный в доспех человек с длинным мечом в руках…
Глава 5
«Кикимора вид имеет вельми мерзкий и не здравый, образом всегда женский, облаченный в ряднину из тины и водорослей. Обиталище оной — в глухих топях болотных, всегда подали от людства, однако ж, встречаются сии монструмы и поблизости от жилищ людских. Станом кикиморы тонки, руками и пальцами вельми длинны, чем отличны от шишиг и мокриц. Подтверждаю свидетельства обладания оными некой природной силой наводить весьма сильный морок, но отрицаю наделение кикимор способностью к человеческой речи. Мнение о наличии у оной жабер, подобных рыбьим, також отрицаю, ибо кикиморы никакого сходства с навами и мокрицами не имеют».
(Преподобный Эдельберт Великоградский. «Бестиарий и описание рас Мира Упорядоченного»)
Неподвижная фигура возле трона когда-то очень давно была человеком, а сейчас превратилась в высохшую мумию. Но живую мумию — как бы странно это ни звучало. В провалах глазниц светились красные огоньки, а заросшая длинной грязно-серой бородой челюсть мерно шевелилась, исторгая монотонное зловещее бурчание.
Сказать, что я испугался этого древнего воителя, нельзя. Страха, в прямом понятии этого слова, не было. Меня не тянуло убегать, не хотелось кричать от ужаса, но тело все равно налилось ледяным оцепенением. Я себя почувствовал мышкой, загипнотизированной удавом.
— Тебя, что ли, я должен принести? — сам того не ожидая, поинтересовался у него. А потом добавил: — Может, сам пойдешь? — и сделал шаг в сторону, ожидая, что ноги откажутся выполнять приказ.
Но, к счастью, не отказались. К счастью — так как древний воин, лязгая доспехом, двинулся вперед. Немного неловкими, деревянными шагами, но довольно быстро.
Пользуясь тем, что рогатина почти вдвое длиннее меча, я быстро ткнул его прямым выпадом в грудь. Ничего не произошло: с равным успехом я мог бить и в каменную стену. Скрежетнула сталь о сшитые внахлест щитки доспеха, полыхнуло несколько голубых искорок, а драугр молодецким замахом, сверху вниз, разрубил стол между нами. Очень быстро и ловко разрубил.
Следующего удара я не стал ждать, и отпрянул за другой стол, лихорадочно ища в голове знания, которые могут мне помочь в борьбе с чудовищем. И не нашел; клятый Эдельберт с любовью и очень подробно написал свой бестиарий, но ни словечком не упомянул о способах борьбы с «оными монструмами». Ну и не сволочь он после этого?..
Куда же тебя пырнуть, скотина? Доспех очень смахивает на кольчато-пластинчатый, только с сегментными наплечниками и длинными полами, закрывающими ноги ниже колена. А еще поножи. Все прикрыто…
Ткнул его в лицо, стараясь попасть в глаз, но не попал. Лезвие звякнуло о шлем, а сама рогатина, весело звеня, покатилась по каменному полу, выбитая ловкой отмашкой мертвеца. Я постарался проскользнуть за ней мимо драугра, но вынужден был отступить — клятый мертвяк умело сманеврировал и загородил дорогу к оружию.
— Чтоб ты сдох, скотина! — с чувством пожелал я ходячему трупу — и чуть не рассмеялся от нелепости пожелания. Успел уже сдохнуть, давно успел…
Пришлось теперь прятаться за столами — с одним ножом, при моем-то умении, тягаться с мертвяком было бы полным сумасшествием. Вот через пару месяцев, когда подчиню себе это тело…
Неожиданно приметил на каменных плитах пола несколько разобщенных человеческих скелетов и даже одно мумифицированное тело, скрючившееся под столом. А потом увидел на столе перед троном целую груду оружия и доспехов, превратившихся в изъеденный ржавчиной металлолом. Получается, я не первый прихожу сюда, за этим «то, что должно»? Ах ты, сука!..
— Коллекционируешь трофеи, урод? — поинтересовался у драугра и, не получив ответа, запустил громадным медным блюдом ему в башку.
Мертвяк небрежно, играючи отбил блюдо и стал обходить столы, зажимая меня в угол, между идолом и стеной. Даже стало казаться, что он ехидно усмехается.
— Смеешься?! — Я примерился к длинной массивной деревянной лавке, и поднапрягшись так, что даже кости хрустнули, с размаху двинул ею драугра.
Лавка с грохотом сломалась, но свое дело сделала — мертвяк, звеня железом, кубарем полетел на пол. Спотыкаясь и почти ничего не видя из-за кровавого тумана в глазах, я кинулся к рогатине, с торжествующим ревом поднял ее… и сразу был вынужден убраться за столы — драугр нереально быстро встал на ноги и бегом кинулся в атаку.
Не знаю, сколько мы петляли — скорее всего, немало времени: за это время успел погаснуть еще один светляк. Но долго так не могло продолжаться. Тело налилось свинцовой тяжестью: казалось, что сам могильник высасывает силы, словно громадный упырь. Тем более что у меня осталась последняя скляница — в темноте шансов вообще не будет. Надо спешить…
Я все-таки несколько раз умудрился попасть рогатиной по древнему воителю. Но ничего из этого не получилось, доспех пробить не удалось, а достать открытые части тела категорически не хватало умения.
Уже почти отчаялся, но неожиданно вспомнил об амулете. Немного поколебался и решительно сжал фигурку кота.
— Буян! Буянушка! Спасай, животина!.. — закричал, уже ни на что не надеясь. И зря…
Перед мертвяком мгновенно вспух клубок дыма, а когда он рассеялся, на его месте возник… Нет, не Буян… Я даже не знаю, как назвать этого зверя. Рысь?.. Тигр? Да, громадный тигр, с длинными слегка желтоватыми клыками, похожими на сабли. Абсолютно молча он прыгнул на мертвяка, изогнулся в полете, уходя от удара, и обхватив лапами, покатился с ним по полу. Драугр отчаянно барахтался, стараясь скинуть с себя зверя, даже несколько раз ударил его рукояткой меча, но ничто не помогало: казалось, что зверь раздерет труп на куски. И вдруг тигр с легким хлопком бесследно исчез.
Проскрежетало железо: живой труп, опираясь на меч, медленно встал. На мгновение мне даже показалось что он совершенно не пострадал — доспех выглядел неповрежденным. Но скоро выяснилось, что это не так. Правая рука драугра висела плетью, а левая нога постоянно подламывалась — труп даже несколько раз упал.
Ну что же, больше надеяться не на кого.
— Ну, все, дружок — теперь ты мой… — я медленно вышел на открытое пространство.
Мертвец, потерявший возможность двигаться, переложил меч в левую руку и стоял на месте, поворачиваясь вслед за мной и подволакивая при этом сломанную ногу.
Должно, должно тело справиться — ведь ничего сложного… Мах, уход в сторону, выпад понизу, меч уходит вслед за рогатиной, переход и еще один выпад!.. Пробил!!! Клинок, скрежетнув о наносник, с треском влетел в глазницу и уперся в заднюю стенку шлема…
Не знаю, что ему там повредило — вряд ли у трупа были живые мозги, глаза или какие-нибудь другие человеческие органы. Но я его все-таки убил. Нет, не верно — нельзя убить мертвеца. Я его
Драугр с лязгом грохнулся на пол. Сквозь железо потянулись струйки дыма, и вскоре передо мной, в кучке черного праха, остался лежать один доспех.
— И что же теперь нужно здесь забрать?.. — пробормотал я и, совершенно лишившись сил, присел на скамью.
Но не успел себе ответить, даже не успел об этом подумать. Под потолком что-то ослепительно полыхнуло, и мое сознание обволокла мягкая, пушистая темнота.
Когда глаза открылись, все вокруг заливал яркий, почти солнечный свет. Светился круг в руках идолов, практически превратившись в маленькое солнышко. Ничего больше не изменилось. Дела, однако… Но надо идти…
Встал и поднял с пола меч драугра.
— Странно: оружие твоих «гостей» превратилось в груду ржавчины, а ты как новенький… — сообщил я мечу и провел рукой по клинку. Так же, как и на рогатине, на нем проступила рунная вязь, но только не серебряная, а аспидно-черная, и совершенно другого вида.