Александр Баренберг – Последний поход Мессии (страница 10)

Мда, невесело! Поблагодарив Питера векселем на десять фунтов (огромная для оруженосца сумма, побольше стоимости дорогущего, специально выращенного рыцарского коня весом далеко за полтонны), который тот сможет обналичить в еврейском казначействе в любой удобный ему момент, проводил к выходу, взяв обещание сразу дать знать, если появятся новые сведения. Что со всем этим делать – надо думать, и побыстрее!

Срочно собранный военный совет разошелся во мнениях. Олег, как воевода, стоял за силовое решение, Цадок и Шауль – за переговоры. В виде немедленного обращения к королю с принесением богатых даров. Их можно было понять, особенно главу местной общины. Скажем, перебить посланных хранителем Королевского гардероба бандитов мы вполне способны. Без особого напряга даже. Это сир Роберт наивно полагал, что им будут противостоять несколько десятков еврейских приказчиков, более привычных к перу и чернилам, чем к рукоятке боевого топора. Поэтому вряд ли он пошлет более полусотни бойцов. Больший отряд за банальных бандитов уже не выдать, тут не каждый барон способен такое войско выставить!

Даже если Роберт и предполагал, что мы укрываем здесь дополнительно какой-то вооруженный отряд (а чрезмерно догадливый королевский прихвостень наверняка предусмотрел и такой вариант), то при неожиданном нападении не поздоровится и ему. Ну а на шум серьезной заварушки обязательно прибежит королевская стража. И цель провокации будет достигнута, «заговор» предотвращен. Даже обидно как-то, ведь мы ничего такого не замышляли! Но если обнаружатся запасы оружия, выйдет, как будто действительно собирались делать переворот!

Конечно, Роберт ошибся в расчетах. Во-первых, нападение неожиданным уже не будет, а во-вторых, его отряд напорется на залп из дробовиков и арбалетов, за которыми последует бросок гранат. Запасы соответствующего оружия мы уже пополнили. Так что даже до рукопашной скорее всего не дойдет. А если и дойдет, то противостоять нападающим будут хорошо вооруженные, обученные и проверенные в боях бойцы. Короче, никаких шансов.

Но это касается только самого нападения. Фактом успешного сопротивления мы сами же и подтвердим все подозрения. И тогда король, как пить дать, направит против нас свою армию, созвав вассалов. Воевать же со всей Англией мы явно не в состоянии. Так что единственным выходом останется быстренько погрузиться на «Царицу» и валить отсюда сразу же после боя, бросив все. А жалко! Все планы коту под хвост! И, кроме того, Иоанн с Робертом потом выместят нерастраченную злость на местной еврейской общине. Шауль это прекрасно понимал, почему и был категорически против военного варианта!

Однако и идти на поклон к королю не хотелось. Прежде всего, потому, что первым же его вопросом будет: а с чего вы это взяли, дорогие мои? Ни с того, ни с сего клевещете на уважаемого человека! И хотя нападение, скорее всего, отменят, но заплатить «за беспокойство» придется изрядно. И еще контролировать нас станут жестче. А уж моего информатора после этого точно вычислят на «раз»! Короче – тоже плохое решение!

Моше, сын Цадока и заместитель Олега, тоже склонялся к «военному» решению. Мол, найдем другое место пересидеть зиму, нечего на поклон идти. Анна тоже его поддержала, но скорее из-за скуки и общей вредности характера. А вот молодой Давид встал на сторону умудренных жизнью старцев. В итоге – поровну, и мой голос становился решающим. Впрочем, он по-любому решающий, однако хотелось бы разделить ответственность с другими. А вот хрен тебе! Сам решай!

Я распустил совет и стал думать. И придумал…

Глава 7

…Мы едва успели. Еще день – и неспешно (как и все, происходящее в тринадцатом веке) путешествовавший сир Роберт скрылся бы за прочными воротами своей родовой усадьбы Брейбрук. И нам бы оставалось кусать локти, бессильно рассматривая в подзорную трубу укрепления данного феодального гнезда с опушки ближайшего леса. Ибо идти на штурм полноценного средневекового замка вчетвером, даже имея в седельном мешке кое-что, сильно превосходящее по возможностям привычное местным оружие, выглядело абсолютно безумной авантюрой даже для уверенного в моей всесильности Олега.

Но мы успели. Успели лишь благодаря тому, что сир Роберт, даже спеша по делу государственной важности, не упустил случая взять с собой несколько телег, заполненных товарами, необходимыми в хозяйстве подвластного ему феода. И эти, запряженные медлительными быками телеги и сыграли в его судьбе роковую роль. Двигайся он налегке, мы бы его ни за что не догнали!

Мысль о том, что единственным способом без потерь разрулить непростую ситуацию будет устранение ее инициатора, пришла ко мне еще во время совещания. Но тут просматривались две проблемы. Во-первых, устранение должно быть «тихим». Если обнаружится наша связь с этим делом – все пойдет насмарку. А во-вторых – объект уже резво (как я думал) удалялся от Лондона. И если он успеет достигнуть Брейбрука и отдать приказ своим людям, устранять его будет уже поздно.

Такое архиважное дело я решил не доверять никому. Поэтому уже ранним утром, как только открылись Новые ворота в северно-западной части лондонской стены, в них проскользнул отряд из четырех всадников. Кроме меня, в его состав входили: мой верный воевода и телохранитель Олег, один из приказчиков Шауля по имени Шимон, знавший дорогу до Брейбрука и Винни-Пух. Последний, индеец майя по имени Ар-Альпух, к которому, однако, намертво прицепилась данная мной кличка, младший отпрыск одного из царьков с мексиканского побережья, присоединился к нам в качестве переводчика еще там, да так и прилип. Дома его ничего интересного не ждало, а тут неповторимая возможность повидать неведомый мир.

Я же оставил его благодаря прекрасным лингвистическим способностям и острому уму. Парень за неполный месяц на борту уже сносно трепался на иврите, а к данному моменту свободно общался еще и на немецком и норманно – французском! Кроме того, он научился и читать. Самостоятельно проштудировал написанный мной учебник математики и, под руководством нашего врача-философа Иосифа ибн Акнина успешно осваивал основы иудаизма. Короче, юноша был явным гением, и у меня имелись на него обширные планы.

Однако сейчас он вошел в состав «спецотряда» совсем по другой причине. Ведь отпрыск царского рода был, прежде всего, воином. И неплохим. А главное – помимо остального оружия, он в совершенстве владел и сербатаном – духовой трубкой. Помимо обычных для майя глиняных шариков, он стрелял из этого оружия еще и шипами, смазанными ядом, секрет которого передавался в семье юноши из поколения в поколение. Убивал яд быстро (в течение пяти-десяти минут) и верно, были случаи убедиться в этом еще в Америке. Винни-Пух умел уверенно попадать шипом в шею с двух десятков метров, и это решило дело. Других способов незаметно поразить человека с такого расстояния в моем распоряжении не имелось. Пневматический пистолет нужную точность и дальность не обеспечивал, а арбалетную стрелу незаметной не назовешь при всем желании.

Разумеется, этот ненадежный способ действий являлся резервным. Основным предполагалось банальное нападение на пустынной лесной дороге с использованием более конвенциональных средств. Однако я предполагал, что с этим могут возникнуть проблемы и оказался прав. Вместо пары оруженосцев, как мы рассчитывали, сира Роберта сопровождал десяток охранников и еще слуги на повозках. Это выяснилось тем же вечером, когда мы осторожно навели справки в трактире, где прошлой ночью останавливался вражеский отряд. Перебить их всех имеющимися силами представлялось затруднительным, да и спорным с моральной точки зрения. Сопровождающие же ни в чем не виноваты! Скорее всего, это соображение не остановило бы моих спутников, детей своей эпохи, но не меня.

С другой стороны, известие о повозках обрадовало, так как давало надежду нагнать врага за день-два, задолго до приближения к Брейбруку, расположенному в сотне километров от Лондона, в Нортгемптоншире. Однако надежды не оправдались. Причиной были наезднические способности двух членов нашего отряда. И если я еще как-то с трудом, но справлялся, то практически не имевший опыта верховой езды Винни-Пух уже за первый же день натер себе все, что только можно, и держался в седле исключительно за счет пресловутой индейской гордости. Я боялся, что он так и умрет, молча сидя в седле и упрямо сжав губы. Пришлось делать привалы каждый час, и средняя скорость движения просто удручала. Вот почему догнать сира Роберта и его людей удалось лишь на расстоянии одного дневного перехода до цели их путешествия.

Однако сунуться в трактир, где те остановились, было бы верхом неблагоразумия. Меня Роберт прекрасно знает в лицо, да и Олега видел пару раз. А наш индеец вообще выделяется внешностью, как сиамский кот среди обычных, сразу привлекая всеобщее внимание. Хоть мы и одели его в типично английскую шерстяную накидку с глубоким капюшоном, но в тесном помещении постоялого двора это не поможет. Так что пришлось заночевать в лесу. Но не возле трактира, а дальше по узкой лесной дороге, ведущей в злополучный Брейбрук. Там, уже в сумерках, подобрали подходящие для засады деревья.