Моё сердце тронь!
Золотые пряди
Солнечных волос,
Просветленья ради
Её лик вознёс!..
Божье Вдохновенье
Воплотилось в ней,
И русалок пенье
В глубине морей…
Серафимов песни
В вышине небес,
И Благие Вести
Рождества чудес!..
«Давным-давно, за миллиарды лет…»
Давным-давно, за миллиарды лет
Мы были, словно Боги, вне времён,
Тела и души излучали свет,
Миры творя и их Святой Закон…
Кто мог тогда марионеткой стать?!
Мы были, как ветра небес, свободны,
Вселенная нежна, добра как мать,
И нам казалось, что мы превосходны…
Служили мы друг другу в доброте,
В гармонии вселенского движенья,
Но «всё проходит» – говорили те,
Кто видел всей Вселенной разложенье…
Поднялись дьяволы на статуи Богов,
Сбирая с каждого по капельке надежды,
И духи лис, хорьков или котов
Нам из страсти, чувств нам создали одежды!..
Им не видны высокие миры,
И потому их наглость беспредельна,
И в океане дьявольской игры
Мы ощущаем: наша жизнь бесцельна…
Ты помнишь звёзды в синеве густой
Над колыбелью вечности любимой?..
Я вспомню это, став самим собой,
В себе открою мир неповторимый!..
Самоубийство?!
На гору одиночества взойдя,
Присел я без пяти минут двенадцать
На камень грусти, раны бередя,
Чтоб с жизнью несчастливою расстаться…
Ночь, космос, девяносто третий год,
Мерцают звёзды – вечные пророки,
В двенадцать Новый Год сюда войдёт,
А я останусь в старом на все сроки…
Двенадцать на часах, тугой скользит затвор,
Утюжит дерзко дуло пистолета,
Оно к виску скользит, я жизни своей вор:
Украл концовку Божьего сюжета…
И Бог сказал: «Ты, мальчик, очень-очень глуп», —
Погладив свою бороду седую, —
«Во всех мирах ты жив, а тут оставишь труп,
Меня не слушай, я лишь существую…»
Очнулся я, увидев на курке
Свой палец указательный… Измерив
Всю жизнь мою, как пистолет в руке,
Решил не умирать, в себя поверив…
Пока я человек, тебя к нему ревную…
Мужчине, что стоит ко мне спиною,
Ладонь ты нежно положила на плечо,
Не называй такую жизнь судьбою,
Когда любовью дышишь горячо!..
Пока я – человек, тебя к нему ревную, 
