Александр Авраменко – Волк. Стая (страница 5)
Босые ноги неприятно холодит камень пола. Зато могу идти бесшумно. Эх, где там мои новенькие сапоги?! Тихонько поднимаюсь по лестнице к двери, прислушиваюсь. Ни звука. Терпеливо жду. Не может такого быть, чтобы у темницы не было охраны. И моё терпение вознаграждается – едва слышный писк кожаного доспеха по камню. Стражник либо прислонился к стене, либо решил почесаться. Это его сгубило…
Харк!
Слышу голос откуда-то со стороны, напрягаюсь. И тут же, буквально над ухом, ответ:
– Чего орёшь, Гуг?
– Иди отдыхать. Я на смену.
На сердце отлегает. Вовремя я. Как раз… Часовые меняются, громко переговариваясь:
– Скотина Гугнявый опять надрался.
– Допрыгается. Барон с него три шкуры спустит, если кого упустит.
– Как? Сервы побоятся побег устраивать, а этот, новенький, вряд ли. Не зная окрестностей, не побежишь. Сразу отловим.
– Тоже верно.
Наконец сменившийся воин уходит, а новенький некоторое время стоит, потом вдруг поворачивается к двери и приникает к ней глазом. Не знаю, что он пытается тут рассмотреть, но мне этого хватает – лезвие ножа входит точно в его любопытный глаз. Он дёргается, но я тяну створку на себя, и охранник валится мне на руки. Тоже пикнуть не успел, даже странно! У этого экипировка получше: кроме кожаного панциря, средней длины меч скверного железа, нормального вида кинжал в деревянных ножнах, обтянутых кожей. И – мои сапоги! Как удачно! Быстро затаскиваю очередного покойника в коридор, сдираю с него мою обувку, на портянки пускаю его штаны, которые распускаю ножом. Шуметь нельзя, а то бы порвал. Но кинжал отлично наточен, и спустя пару минут я уже крадусь вдоль стены. Благо луна скрылась за тучами, и во дворе хоть глаз выколи, настолько темно.
Наверх стены ведут ступеньки. Странно, что так тихо. Даже очень странно. И нет факелов. Обычно, насколько мне известно, охрана ходит с ними по ночам. А тут… Едва не падаю, но удерживаюсь на ногах. Что за… Опускаюсь на корточки – передо мной лежит труп. Это кто же его? Причём труп ещё тёпленький. Но располосованное надвое горло снимает все сомнения в его жизнеспособности. О-ля-ля… И мгновенно отпрыгиваю в сторону, потому что в следующий миг темнота взрывается рёвом сотен глоток:
– За императора! За Неукротимого!
Твою же мать! По глазам бьёт свет десятков факелов, вспыхнувших практически одновременно, и из-за моей спины, благо отпрыгнул я к стене, стремительно появляется фигура в доспехах необычной формы, изготовленных словно из мрака. С грохотом падает подъёмный мост, подпрыгнув пару раз, и невесть откуда взявшиеся всадники врываются во двор замка Симса. И начинается резня. Выбегающие из казармы воины барона падают, словно скошенные, потому что десятки арбалетов мгновенно реагируют на их появление, превращая только что живых людей в решето. Мощь их оружия просто невероятна! Короткие болты прошивают туши насквозь, рикошетят от камня, пробивают дерево дверей. Но поражает меня не это, а то, что все они одеты в одинаковые чёрные доспехи! И оружие у нападающих одинаковое, словно сошло с конвейера! Выпрямляюсь и тут же жалею об этом, поскольку в следующее мгновение на меня откуда ни возьмись прыгают двое. Ловкие, быстрые и – умелые. Потому что, невзирая на моё сопротивление, в следующий момент я уже упакован, скручен и уложен на ледяной камень стены. Но видеть я могу, а света теперь хватает, потому что во дворе уже горит воз, гружённый хворостом. Судя по всему, дровяная подать сервов. Меня подхватывают под руки, тащат спиной вперёд, и я только успеваю считать ступеньки своими пятками. Внизу меня быстро обшаривают и, увы, находят мою проволочку, что очень и очень странно. Дёрнув головой, обыскивающий показывает рукой в сторону, и вот меня уже тащат в указанном направлении. Но что самое поразительное, кроме коротких команд, ничего лишнего. Выучка у этих ребят выше всяких похвал. Насколько я могу судить, потерь у них вообще нет. Зато охрану замка положили всю. Целиком.
Во двор въезжает всадник на громадном вороном жеребце, в таких же доспехах, как у остальных. Воины выпрямляются, звучит команда, и… У меня отвисает челюсть – сотня кулаков синхронно грохает по груди, и я слышу дружный рёв:
– Во славу Империи!
Всадник отвечает точно таким же жестом и заканчивает:
– И во имя её!
Затем красивым плавным движением спрыгивает с седла, ему подносят неизвестно откуда взявшийся стул, на который тот усаживается и чуть расслабляется:
– Взяли?
Возникший возле стула воин кивает в ответ.
– Привести!
В главной башне распахивается дверь, и двое выволакивают безвольное тело барона, тащат к сидящему, швыряют на землю. Воин чуть наклоняется:
– Вот мы и встретились, сьере барон.
– Ты!
– Разумеется. – На строгом красивом лице воина появляется ненависть. – Как верёвочке ни виться, барон, но платить по счетам приходится.
– Я дам выкуп!
– У тебя нет столько денег, Симс.
– По закону Фиори…
Кованый сапог врезается ему в грудь, и фиориец буквально захлёбывается в словах. А воин сгребает его за рубашку, приближая к себе:
– Ты, тварь! Скажи это тем, кто умер в Ганардбе! На кол его!
Я не верю своим ушам, но захватчики, показывая, что делают это не впервые, споро обтёсывают откуда-то вытащенную оглоблю, барона ставят на четвереньки, и направляемый сильной рукой кол входит в зад Симса. Тот утробно воет, но поздно, дёргающееся тело вздымают вертикально. Он воет и кричит, изо рта вытекает струйка крови. Я всматриваюсь в лица солдат, но вижу лишь удовлетворение содеянным. Боги, какая жестокость! Между тем разбор продолжается. Подтаскивают нескольких раненых. С теми поступают милосердно, если можно так выразиться. Попросту отрубают голову. А барон уже хрипит…
– Что тут у нас?
Я отвлекаюсь от созерцания казни, на которую глазею, словно загипнотизированный, перевожу взгляд на вопрошающего. Внутри всё холодеет…
– Ваше величество, взяли на стене. Из оружия – меч, кинжал и вот это.
В секторе обзора появляется рука с зажатой в ней моей проволочкой. Главный молчит, хотя я больше чем уверен, что он уже решил для себя всё.
– Интересно. Кто такой?
– Молотобоец из города, сьере. Вчера меня там похитили.
– Молотобоец? Похитили? Придумай что-нибудь получше, серв!
Исхитряюсь принять гордую позу:
– Я горожанин, сьере! И работал у Хольса! Можете его спросить. Меня вчера огрели по башке и привезли сюда. Хотели заставить служить барону. Посадили в темницу. Проверьте! – Меня осеняет. – Там, на лестнице, лежит труп, его в глаз ножом ударил. Тюремщик за поворотом, его шилом в ухо. Сами убедитесь!
– Гляньте там…
Кто-то, невидимый мне, убегает. Торопливо добавляю:
– Тот, что на лестнице, без сапог! Посмотрите на мои портянки – они из штанов мертвеца вырезаны!
С меня сдёргивают сапоги, затем срывают одну портянку. Слышу неразборчивое бормотание за спиной. Потом резкий голос приказывает:
– Освободить его.
Щёлкают разрезаемые верёвки. Выпрямляюсь. Тот, кто приказывал, тоже. Ничего себе – их главный с меня ростом! Вот это редкость. Лицо воина спокойно и даже выглядит довольным.
– Не соврал. Значит, решил сбежать, да мы помогли?
– Да, сьере. Уж простите, не знаю, как вас величать.
– Атти. Атти дель Парда. Император Фиори.
– Император?! – восклицаю я в изумлении. Потом начинаю соображать. Кое-что я слышал… – Прошу прощения, ваше величество… Это вы вернулись осенью из Рёко?
– Я. Значит, догадываешься, с кем имеешь дело?
Киваю. Если это действительно тот самый Атти Неукротимый, то я попал как кур в ощип. Мужчина смотрит на меня:
– Ты слишком здоровый для простолюдина. Бастард?
Отрицательно мотаю головой:
– Нет. Как уже говорил – молотобоец.
Глаза Атти чуть прищуриваются.
– Хорошо. Верю. – Кивает на мои руки: – Мозоли не подделаешь. Хочешь знать, за что я их так? – показывает на кол с уже обвисшим трупом Симса.
– Надеюсь, за дело… – тяну я.
Самозваный император вдруг бешено рычит:
– Эти твари вместе с наёмниками вырезали всю Ганардбу до последнего живого! Включая детей, женщин и стариков! Так что пришла пора платить долги!
Меня словно бьют по голове.
– Как?! И детей, и женщин?
– Всех. Без жалости и пощады. Поверь слову дворянина.
– Верю… – еле слышно выдыхаю я. Даже саури щадили гражданских…