Александр Авраменко – Поля надежды (страница 24)
– Сьере Рогов, вы готовы?
Николай набрал больше воздуха в грудь:
– Да, мы идём.
Створки начали расходиться, и Николай торопливо водрузил узкую ладошку девушки себе на локоть. Она попыталась убрать руку, но он прижал и не позволил ей это сделать, шепнув:
– Так положено. И не будет лишних вопросов.
Саури смущённо кивнула, не обращая внимания на удивлённое лицо слуги в проёме дверей. Ещё бы! Гостя императора укладывали спать одного, а утром он уже с необыкновенной красавицей, соплеменницей императрицы… Николай окликнул фиорийца, приводя того в чувство:
– Веди, если пришёл.
– Простите, сьере Рогов. – Слуга торопливо склонился в поклоне, затем поспешил вперёд, показывая путь.
Завтракали царственные супруги в саду, благо стояло лето. Пусть не середина, а только начало, но всё-таки лето. Уже цвели клумбы, вились огромные фиорийские бабочки, весело перекликались птицы. Необычную пару провели по посыпанной мелким розовым гравием дорожке к беседке, в которой был накрыт стол.
Едва человек и саури появились на пороге увитого ползучими растениями лёгкого открытого строения, как брови Ооли, успевшей определить, кто является спутницей Рогова-младшего, искривились в презрительной гримаске. Впрочем, при виде Николая её лицо вновь приняло обычное выражение. Зато Атти даже растерялся на миг – мелкий, как говорится, учудил! Да ещё как! Но самое главное, где он её выкопал?! Надо будет поинтересоваться у старины Ольта. И заодно узнать, как это саури шастают по дворцу, словно по собственному двору? И никто их не остановит, не поинтересуется, что они тут делают…
– Доброе утро, Коля! И вы, юили…
Яяри вздрогнула от неожиданности – к вдовам не обращаются словно к благородным дамам. Слово «юили» им слышать в свой адрес не положено. Да и принцесса удивлённо покосилась на мужа, возмущённая столь явным нарушением светского этикета кланов, на что тот ответил жене сердитым взглядом, показав глазами на Рогова-младшего. Поняв, Ооли улыбнулась обоим:
– Присаживайтесь, пожалуйста. – И обратилась к слугам, застывшим за пределами беседки, благо резные стены не скрывали звуков: – Подавайте.
Через порог тут же шагнул первый слуга, поспешивший разложить приборы для всех присутствующих.
Николай с улыбкой наблюдал за своей неожиданной подругой, чувствующей себя явно неловко в таком обществе. Но всё-таки тоненькая даже для саури девушка ела, а не сидела просто так, не зная куда деть глаза.
Ооли, будучи любопытной, как все женщины, всё-таки решилась:
– Как вас зовут, юили?
Девушка чуть вздрогнула, потом ответила тихим голосом:
– Яяри, юили… Яяри уль Сахрия аль Амини, вдова… – И совсем упавшим голосом добавила: – Изгнанная из клана…
Николай не выдержал, вмешавшись в разговор:
– Меня меньше всего волнует общественный статус Яяри среди высоких и истинных, Ооли, и куда больше она сама. А Яяри для меня – такое же чудо, как вы для… – Хотел по привычке сказать «для Макса», но вовремя вспомнил, что тот попросил называть его местным именем, и торопливо закончил фразу: – Атти. Вашего венценосного супруга, – и кивнул тому, на что фиорийский владыка ответил тем же жестом.
Ротик Ооли округлился от удивления, но она так и не успокоилась:
– Даже так?
– Именно, пресветлая. – Рогов-младший начинал потихоньку закипать, изо всех сил сдерживаясь, чтобы эмоции не отразились на лице.
– Надеюсь, Яяри окажется вам полезной в делах вашей фирмы, а не только…
Фраза осталась незаконченной, потому что дель Парда неожиданно для всех стукнул по столу ладонью:
– Ооли, ты переходишь границы, оскорбляя моих гостей…
Но жена фиорийца не успела ответить, как разгорающуюся ссору потушил тихий голос Яяри:
– Думаю, смогу, юили. Два года назад я окончила Чемье…
Мгновенно оба застыли на месте, что сам Атти, что его супруга, глядя на девушку с таким изумлением, что Николай забыл об обиде. Ооли, словно не веря услышанному, даже переспросила:
– Чемье?!
– Да, юили. Курс профессора уль Зарра. Если не верите, можете навести справки…
От избытка чувств Ооли замахала руками. И на этот раз её голос был полон настоящего радушия:
– Простите, ради всех богов, светлых и тёмных, юили! Просто, увидев вас вместе с Николаем, я подумала совсем о другом. Но раз вы выпускница Чемье, то все вопросы снимаются. – И обратилась к Николаю: – Вы счастливчик, Коля! Заполучить к себе выпускницу университета Чемье может позволить себе не всякий клан! – И опять перевела глаза на Яяри: – Я не понимаю вашего главу, юили, если он решил избавиться от той, кто закончил столь престижное учебное заведение…
Девушка потупила глаза…
Наконец с завтраком было покончено, и все двинулись провожать гостей. Ворота уже были готовы к отправке, сияние переходной мембраны слепило глаза. Николай подвёл свою спутницу к воротам и почувствовал, что та дрожит мелкой дрожью. Его охватила нежность к испуганной саури рядом с ним, и, наклонившись, он шепнул:
– Не бойся. Я тебя не оставлю.
Девушка благодарно вскинула голову, но он уже шагал в слепящий свет, увлекая её за собой. Следующий шаг они сделали уже в империи, столичной планете Руси, в приёмной кабине. Рогов-младший выругал себя последними словами – покажи он сейчас Яяри, скандала не избежать, если не сказать больше… Впрочем… Помедлив мгновение, решительно потянул с шеи девушки длинный шарф. Та непонимающе вскинула огромные глаза, отчего его сердце зашлось, и он успокаивающе кивнул:
– Не волнуйся. Это ненадолго…
Николай повязал ей шарф так, как носят в халифате. Ткань скрыла острые ушки, и можно было надеяться, что они проскочат до такси, не привлекая внимания.
Боги словно хранили их, и паре действительно удалось без проблем пройти через переполненный пассажирами зал, благо фаири саури было очень похоже на те платья, что носили девушки в арабских государствах. А учитывая, что Руси из-за того самого генетического перекоса приходилось добывать слабый пол где только возможно, в том числе и на рабских рынках халифата, девушка в длинном платье с закутанным лицом, держащаяся за типично русского мужчину, никого не удивила. Рогов со спутницей сели в автоматическое такси-глайдер, Николай назвал адрес, и в тот же миг аппарат устремился ввысь. Как только машина устроилась в потоке транспортного коридора, мужчина наконец с облегчением вздохнул. Получилось! Получилось! Получилось! А главное – перспективы! Как только мирный договор будет подписан… Николай улыбнулся – аль Сахрия тоже с нетерпением ждут этого дня! Потому что экспорт и импорт товаров в оба мира принесёт колоссальные прибыли всем, участвующим в проекте… С нежностью он взглянул на доверчиво прильнувшую к его боку тонкую фигурку. Но самое главное – она. Вдова, от которой отказался её клан…
Пропели трубы. Император Руси медленно взял в руки отделанную драгоценным деревом ручку и, чуть наклонившись к столу, вывел свою подпись под договором. Сделал шаг в сторону. На непроницаемом лице мужчины средних лет нельзя было прочесть никаких эмоций. Холодная маска человека, привыкшего с раннего детства нести ответственность за миллиарды подданных и самое большое государство человеческого сектора галактики. Засветились тысячи голокамер, транслируя происходящее во все миры, засуетились секретари, подсекретари и надсекретари, срочно копируя в тысячи экземпляров документа его подпись.
Узкая рука серого цвета перехватила ручку, которой делали подпись, чуть подержала её в пальцах, затем оставила твёрдый росчерк непривычными людям письменами на бумаге. Снова короткая пауза, а затем удивительно плавное движение, и второй, точно такой же автограф появился на втором экземпляре договора о нейтралитете планеты Фиори. Высокий саури, с виду намного старше императора Руси, также сделал шаг в сторону и застыл на месте. Снова сияние камер, шевеление тысяч придворных, затем человек сделал лёгкий поклон в сторону вождя кланов. Тот ответил точно таким же движением. В зале пронёсся едва слышный ропот, и вновь воцарилась тишина. После этого ритуала оба владыки разошлись в разные стороны.
Глава 10
Дмитрий проснулся сразу, от ярких, слепящих лучей солнца, бьющих через панорамное стекло кабины грузовика. Получается, он так и заснул в кресле? Теперь понятно, почему чувствует себя так скованно. Поднялся, ощущая боль в мышцах от неудобной позы, сделал несколько движений, разгоняя застывшую в жилах кровь. Потом бросил взгляд на планшет, показывающий прогресс запуска комплекса, удовлетворённо кивнул и двинулся на кухню, благо нужно было сделать всего пару шагов. Там справил утренние дела, поскольку удобства были совмещённые, умылся, потрогал подбородок. Щетины не было, депиляционным кремом он пользовался всего три дня назад. Приготовил себе лёгкий завтрак из копчёного мяса, сыра и кофе и приступил к трапезе, одолеваемый беспокойством за сбежавшую от него саури. Он-то в тепле, сытый, чистенький, в полной безопасности. А ушастая? Жива ли вообще? Кое-как дожевав очередной кусок, не выдержал. Совесть отбила аппетит начисто. Помедлив, вернулся обратно в кабину, включил рацию.
– «Тигровый-четыре» вызывает базу. «Тигровый-четыре» вызывает базу, – дважды повторил он в микрофон передатчика.
Дворец откликнулся сразу:
– База на связи, «Тигровый». Проблемы, Дима?
Рогов облегчённо вздохнул – это Атти. Хоть и непривычно было звать друга этим именем после стольких лет. Но раз тот хочет, почему бы и нет? Тем более что реальный Максим и фиорийский отличались друг от друга, и довольно сильно.