Александр Астахов – Физика. Порядок вещей, или Осознание знаний (страница 20)

Е = Е₀ + Е_прис. = m₀v² / 2 + m_прис. v² / 2,

где (Е₀ = m₀v² / 2) – энергия разгона исходной массы.

После группировки массы получим:

Е = m₀v² / 2 + m_прис. v² / 2 ≈ (m₀ + m_прис.) * v² / 2

Сумма масс в скобках в правой части – это и есть релятивистская масса:

m_р = m₀ + m_прис. = m₀ / √ (1 – v² / с²)

Пусть для примера (v = 0,886 * c)

Тогда релятивистская масса равна (2 * m₀). Подставив это значение массы в формулу энергии получим:

Е = 2 * m₀ * v² / 2 = m₀ * v²

То есть усредняющий множитель (½) исчезает уже при скорости (v = 0,886 * c). Этот пример, по крайней мере, лишён релятивистского абсурда и опирается на нормальную классическую механику, в которой не хватает только физического механизма образования присоединённой массы. Но, если такой процесс действительно существует, то открытие этого механизма всего лишь вопрос времени. При этом формула релятивистской массы может значительно отличаться от существующей. А вообще приведённый нами пример, это всего лишь абстрактное на данный момент свидетельство того, что адекватные решения этого вопроса может существовать в принципе.

И раз уж мы всё равно отвлеклись от темы настоящей главы, то доведём начатую критику СТО до логического конца. Путенихин П. В. в статье «Три ошибки анти-СТО» пишет: «Многие из желающих опровергнуть СТО не стремятся изучить её. Математика СТО принципиально неопровержима (Выделение наше, авт.). Последняя возможность – это попытаться показать несоответствие математической теории СТО реальному физическому миру. И в этих попытках необходимо опираться на результаты опытов в стиле Маринова».

Но утверждать, что в природе могут якобы отдельно существовать правильная математика и правильная физика – это значит не понимать, ни того, что такое математика, ни того, что такое физика вообще. Математика это не природное явление. Это наше субъективное отражение физики природы. Поэтому математических теорий в природе вообще не существует, есть только физические теории и их записи математическими символами.

И если мы пока чего-то не понимаем в природе, то теоретически мы, конечно же, можем описать это непонятное явление природы правильными математическими формулами, но только случайно. Однако вероятность этой случайности не больше чем вероятность напечатания романа Л. Толстого «Война и мир» обезьяной, которую научили только нажимать на клавиши печатной машинки.

Но люди не обезьяны. Люди умеют не только нажимать на клавиши, они умеют ещё наблюдать и анализировать реальные явления природы, хотя бы по их внешним признакам, даже и не зная пока их истинного физического смысла. Поэтому правильные математические формулы в физике иногда, даже без четкого понимания людьми физики явлений природы появляются с вероятностью намного выше обезьяны.

Так, например, случилось и с преобразованиями Лоренца, которые правильно описывают оптические явления, проявляющиеся на больших расстояниях с учётом конечности скорости света. Однако «практически правильно» это не значит абсолютно правильно. Математика это не самостоятельная наука, это язык физики. Но у каждого языка есть не только прямой смысл дословного перевода, но и скрытый смысл переведённых дословно слов фраз.

Наблюдая за внешними проявлениями оптических явлений, люди правильно перевели их для себя дословно, как математические фразы в виде формул преобразований Лоренца. Но скрытый смысл этих фраз люди так и не поняли в виду отсутствия опыта перевода таких новых для людей фраз и сложности экспериментального приобретения такого опыта.

То есть люди так и не смогли убедиться в ложности принципа инвариантности скорости света на опыте. Поэтому в конечном итоге преобразования Лоренца в СТО оказались неправильным смысловым переводом языка природы. А неправильный перевод языка природы на человеческий язык физики математику – это неправильная математика.

У математики нет собственного смысла. Её дело правильно отражать смысл природы. И это убедительно показано в работе Соколова Г. и Соколова В. «Специальная теория относительности может быть опровергнута экспериментально». http://alaa.ucoz.ru/Skachivanie/sokolovr.pdf Так что напрасно Путенихин говорит о неопровержимости математики СТО.

Сам А. Эйнштейн критично высказался о результатах своих исследований. Отвечая почитателям своего таланта, он писал на склоне лет: «Им кажется, что я в тихом удовлетворении взираю на итоги моей жизни. Но вблизи все выглядит совсем иначе. Там нет ни одного понятия, относительно которого я был бы уверен, что оно останется незыблемым, и я не убежден, нахожусь ли вообще на правильном пути» (Ф. Гернек, «Альберт Эйнштейн Жизнь во имя истины, гуманизма и мира», М: «Прогресс» 1966, с 16).

Французский ученый Л. Бриллюэн отметил, что «…Общая Теория Относительности – блестящий пример великолепной математической теории, построенной на песке и ведущей ко все большему нагромождению математики в космологии (типичный пример научной фантастики)».

Российский ученый В. Рыдник в книге «Увидеть невидимое» отмечает, что представление об элементарных частицах составляют путем синтеза информации упругого и неупругого рассеяний при экспериментах на ускорителях элементарных частиц. Сложность этой задачи, по его мнению, сравнима с ситуацией, описанной в притче о слепцах: «Один потрогал хобот слона и сказал, что слон – это что – то мягкое и гибкое, другой дотронулся до ноги и заявил, что слон похож на колонну, третий ощупал хвост и решил, что слон – это нечто маленькое, и т. д.». Именно такие «научные» результаты сейчас получают учёные на Европейском ускорителе в Церне.

Крупнейший физик XX столетия П. Дирак сказал: «Мне кажется весьма вероятным, что когда-нибудь в будущем появится улучшенная квантовая механика, в которой будет содержаться возврат к причинности и которая оправдает точку зрения Эйнштейна. Но такой возврат может стать возможным лишь ценой отказа от какой-нибудь другой фундаментальной идеи, которую сейчас мы безоговорочно принимаем. Если мы собираемся возродить причинность, то нам придется заплатить за это, и сейчас мы можем лишь гадать, какая идея должна быть принесена в жертву».

Беспричинность базируется на принципе неопределенности, который был введен Гейзенбергом. Согласно этому принципу, невозможно с заданной точностью определить одновременно координату и скорость частицы. Значение этого принципа кратко и ёмко определил американский физик Дж. Б. Мэрион: «Если когда-нибудь будет доказано, что принцип неопределенности неверен, то мы должны будем ожидать полной перестройки физической теории».

«Вне всяких сомнений, – считает итальянский физик Тулио Редже, – квантовая механика будет, в конце концов, преодолена, и, возможно, окажется, что сомнения Эйнштейна были обоснованы. В настоящее же время, похоже, нет ни физиков, которые видели бы дальше собственного носа, ни конкретных предложений, как преодолеть рубежи квантовой механики, ни экспериментальных данных, указывающих на такую возможность».

1.2.3. Физический смысл гравитационной постоянной

В классической физике приводится наглядный смысл гравитационной постоянной. Так, например, С. Э. Хайкин в Общем курсе физики Т1, Механика, издание второе, дополненное и переработанное, государственное издательство технико-теоретической литературы ОГИЗ, Москва, Ленинград 1947 г. на стр. 268 пишет:

На наш взгляд, наглядный «смысл» гравитационной постоянной, приведенный Хайкиным не соответствует ее физическому смыслу. Ничего наглядного, а, значит, и понятного в этом «наглядном смысле», а точнее в наглядной бессмыслице нет.

Принцип эквивалентности масс или сил гравитации и инерции это эвристический принцип, использованный Альбертом Эйнштейном при выводе общей теории относительности. Приведём один из вариантов его современного изложения:

«Силы гравитационного взаимодействия пропорциональны гравитационной массе тела, силы инерции же пропорциональны инертной массе тела. Если инертная и гравитационная массы равны, то невозможно отличить, какая сила действует на данное достаточно малое тело – гравитационная или силаинерции».

Однако сам А. Эйнштейн говорил только о пропорциональности масс: «…пропорциональность между инертной и тяжелой массой соблюдается без исключения для всех тел с достигнутой до настоящего времени точностью, так что впредь до доказательства обратного мы должны предполагать универсальность этой пропорциональности…».

А. Эйнштейн. Собр. науч. тр. в 4 Т.– М.: Наука, 1965. Т.1.

Но, как это ни странно, в современной физике под принципом эквивалентности масс преимущественно понимается не пропорциональность, а именно равенство масс. Это мнение основано на том, что при помощи различных систем физических величин и систем их измерения гравитационная постоянная может быть численно сведена к единице. Однако даже сама по себе необходимость совершения каких-либо действий для того чтобы свести огромную численную разницу между этими массами к единице неопровержимо свидетельствует об отсутствии их численного равенства.

Добиться такого равенства можно только устранив из системы измерения физических величин само понятие массы и соответственно её размерность. Но тогда не будет и принципа эквивалентности массы. Именно по такому ложному пути идут сторонники системы измерения физических величин LT. О правомерности или скорее, о неправомерности упразднения гравитационной постоянной мы подробно поговорим в главе (2.). Однако есть более разумный и естественный путь к пониманию принципа эквивалентности и без упразднения гравитационной постоянной.