Александр Асмолов – Царское имя (страница 7)

– Только не смейте падать в обморок. Я вас назад на себе не потащу.

– А что, оставите? – язвительно отреагировала девушка.

– В воспитательных целях, – белые зубы крепыша блеснули на грязном лице. – Вентиляция есть, вода недалеко. Глядишь, оклемаетесь.

– Но мы же дорогу не найдем!

– А я вас на Него оставлю, – диггер снял перчатку и воздел указательный палец кверху. – Здесь обитает дух Кремля. Он помогает хорошим людям.

– А остальным?

Серый Волк молча развел руками. Потом демонстративно медленно достал большую пластиковую бутылку из своего необъятного рюкзака и открутил пробку.

– Прими мой поклон, великий Дух, – голос звучал тихо и серьезно. – Храни Кремль и нас, рабов грешных.

По запрокинутой пластиковой бутылке от горлышка побежали вверх один за другим большие пузырьки. В тишине было слышно, как проваливалось куда-то в утробу проводника пиво. Поставив бутылку на пол, он отер тыльной стороной ладони губы.

– Передумаете, пиво еще есть. Будьте проще. А вот Кремлевскому Духу поклониться стоит. Стесняетесь вслух, валяйте про себя. Положите монетку и попросите его о чем-нибудь… Это святое место.

Иван первым медленно двинулся к нише в кирпичной стене. Она была с метр глубиной и почти в человеческий рост. Прямоугольная. Возможно, здесь когда-то за тонкой перегородкой было спрятано что-то очень ценное, а может быть, кого-то замуровали навечно. Сейчас в углублении стояла статуя странного божка, вокруг которого были огарки потухших свечек, монетки, амулеты, бусы, миниатюрный молитвенник и много еще чего. Очевидно, что приношения скапливались веками. Неизвестно, кто сделал этот тайник и что в нем хранил, но вот оставленные здесь забавные вещицы до сих пор берегли просьбы их обладателей. По всему видно, что хозяева давно умерли, а желания, овеществленные в предметах, наверное, так и живут. Это так, потому что жива легенда о Кремлевском Духе. Страшилки о нечисти и рассказы о красоте существуют в народе вечно.

Высокий парень порылся в складках одежды и достал монетку. Она блеснула в свете фонаря, когда легла в общую горку. Девушка вопросительно взглянула на спутника и протянула ладошку. Он отыскал еще монетку и протянул ей. Они постояли молча вдвоем, рассматривая странного божка, вырезанного из большого куска дерева. Круглый лоб его обрамляли курчавые волосы, а окладистая борода прикрывала грудь. На широком лице были круглые добрые глаза. Он не грустил и не смеялся. Он смотрел из прошлого.

– Я всегда прошу его еще раз позволить мне вернуться сюда, – ни к кому не обращаясь, вдруг произнес диггер. – И знаю, что буду жив, пока не приду, а потом снова прошу.

– Сережа, – девушка обернулась, – а вы часто приходите сюда?

– Не очень. Дорога дальняя… Вернее, побаиваюсь: вдруг он больше не разрешит.

– А как вы узнаете, что он разрешил?

– Чувствую.

– И сейчас?

– Нет, сейчас он его разглядывает, – диггер кивнул на Ивана.

– А вы знаете, зачем мы пришли?

– Лиза пропала.

– Как вы думаете, почему?

– Это мне не известно.

– Но она была с вами здесь в прошлую пятницу?

– Конечно. Наташка ее упросила. Ей одной было боязно… Как Ивану сейчас.

– А почему Наташа сегодня не пошла с нами?

– Наташка – светлая душа, но не диггер. Она старалась стать моим напарником, но это не для нее… А вылазку в пятницу затеял я. Так сказать, смотрины устроил для Духа, но что-то не сложилось.

– Вы себя вините в пропаже Лизы?

– Карлсон, ну ты даешь. Если бы я считал себя виновным, то вас бы тут не было.

– Почему?

– Предательства он бы не простил, – диггер кивнул в сторону маленького божка. – Не думай, что я свихнулся. Просто за двадцать лет все предчувствия сбывались.

– А Лиза жива? – неожиданно спросила девушка. – Да.

– Откуда ты знаешь? – Иван дернулся вперед.

– Подожди, – Варя остановила его.

– А, правда, Сережа, почему вы так уверены?

– Ее монетка блестит, а у покойников быстро темнеет.

– Но прошла всего неделя…

– Это неважно. Впрочем, можете не верить. Ваше дело. Наташка попросила, я вас привел, а дальше как хотите.

– Сережа, если не секрет, какую монетку положила Лиза?

– Вон, «пятерик» сбоку блестит. Отсюда вижу… Только не трогайте!

Оба новичка наклонились, разглядывая горку подношений. Действительно, справа отсвечивал большой кругляшок номиналом в пять рублей.

– Сережа, а тут без наших всего три монетки не ржавых. Почему?

– Не все кладут монетки. Я вам свой талисман не покажу, и не просите… Самый верхний рублик видите? Потемнел уже… Месяц назад Викарик положил…

– Не может быть! – в один голос воскликнули новички, разглядывая появившуюся на новеньком пятачке ржавчину.

– В среду машина сбила на Дмитровке… Дорогу по «зебре» переходил. В понедельник похороны.

Все замолчали, осмысливая сказанное. Действительно, мало кто из нас верит в приметы, а те, кто верит, никогда не будет спорить. Для них это данность, которую нужно принимать или не трогать, но смеяться нельзя.

– Сережа, – первой решилась Варя, – а многие сюда дорогу знают?

– Нет. Я еще двоих знаю. Да и то один из них лет десять как в Канаду свалил. Остальная шушера вокруг Неглинки и Пресни топчется. В метро да в подземных гаражах блудит. Умники из МГУ скопировали схемы коммуникаций под высотками и в Интернет выложили. Пятками в грудь стучат. Мы великие диггеры… Но Боровицкий им не по зубам. Когда бизнес-центр на Тверской строили, аппарель из Кремля до Сухаревой башни откопали. Знатная была подземка. В свое время там тройка бегала. Шум долго не умолкал. Менты каждую ночь дежурили, пока с обеих сторон стенки бетоном не залили. Броня, только динамитом рвать. Жаль, такой маршрут загубили!

– Сережа, а вы здесь не курите? – Варя была просто неутомима.

– Нельзя. Думаю, эти казематы строили при Иване III. А тогда на Руси только мед и пиво пили, но не курили. Кремлевский Дух этого не любит.

– Вы так часто упоминаете об Иване Васильевиче…

– А кто русские земли собрал? Иван I, Калита лишь задумал это. Кстати, знаете, почему его так прозвали?

– Нет.

– Калита – это кошель. Впрочем, он не только жадный до денег был. Многие источники его представляют как хитрого и жестокого. Дык тогда Золотая Орда силу имела. Хочешь править – крутись, а он сумел митрополита всей Руси в Москве расквартировать. Политик.

– Но был же Дмитрий Донской, – напомнила Варя.

– Это внучок Калиты. Княжить начал после смерти брата, Семена Гордого. Впрочем, там вся история во мраке… А Иван III стал Великим московским князем в 22 года. Присоединил Ярославль, Ростов, Новгород, Вятку, почти все Рязанские земли. Стал строить централизованное государство. Первый Судебник составил.

– А татаро-монгольское иго? Это же при нем свергли…

– Карлсон, это вернее называть протекторатом. Степняки не уничтожали поголовно местное население, как римляне, которые стерли с лица земли кельтов и галлов, а облагали налогом. Десятина деньгами или кровью.

– Что значит кровью?

– Мужиков брали в ханскую армию… Тогда Русь сама не воевала, она находилась под протекторатом Орды. В походах Олега и Владимира русских полегло гораздо больше.

– А Куликовская битва?

– Кроме берестяных грамот о ней ничего не нашли.

– То есть? – не выдержал Иван.

– То поле вдоль и поперек перекопали, нашли пару сабель. А, согласно «старым грамотам», там тьма погибших была! На местах больших сражений до сих пор находят кости, оружие, амуницию. Будь то битвы Александра Македонского, Юлия Цезаря, Наполеона, Жукова… А на Куликовом поле ничего, только мемориал построили.

– Что же теперь, разрушить его?