Александр Асмолов – Пыха (страница 5)
– Карту памяти привез? – сухо спросил он, опуская комментарии Королева.
– Там формат записи не для твоего ноутбука.
– «Мерседес» нужен? – с горькой усмешкой заметил Корень, понимая свою ущербность в финансовых вопросах.
– Я в интернете эту фотку Левицкого быстро найду, – кинулся на помощь гость, – или давай ко мне съездим. Все сам увидишь.
– Ну, все записи мне смотреть не хочется, – хозяин вскочил за ноутбуком, – это ты у нас библиотекарь, любую фотку запоминаешь, а мне показать нужно…
Минут через десять Олег внимательно рассматривал найденную на сайте Императорского Дома Романовых копию фотокарточки с датой 1867 год. Чуть склонив голову набок, улыбнулся и покачал головой, словно встретил старого знакомого, изменившегося со временем, но все равно узнаваемого.
– Великий князь Николай Констан-тинович. Старший сын экстравагантного брата императора Александра II по имени Константин. Царская семья признавала только ранние изображения и упоминания Николая Константиновича. Красавец и умница, ростом удался в своего деда Николая I – больше двух метров. Да и назван был в его честь. Получил прекрасное домашнее образование и воспитывался, как будущий генерал. Многие пророчили этому баловню судьбы императорскую корону. И какой бы в таком случае могла стать Россия, остается только гадать…
– И при чем тут Шмат?
– Хм. Кто только ни терся у русского престола. Огромная страна, нетронутые богатства, перспектива… Немцы, шведы, поляки, англичане… Куда ж без иудеев…
– Погоди, и куда же этот красавец сгинул? – удивился Пыха. – Я долго копался в интернете, фоток с таким лицом почти нет, а на тех, что попадались, он действительно не старше двадцати.
– Интриги, друг мой, интриги, – грустно вздохнул Олег. – До семнадцати лет жизнь князя Николая Константиновича ничем особо не отличалась от других Романовых. Отличное домашнее образование, воспитателем был генерал-адъютант по фамилии Философов. Алексей Илларионович из бедных дворян, отличился в действующей армии, награжден орденами за личную храбрость при обороне Кронштадта. Был строг даже с великими князьями. Сошелся во взглядах с отцом Николая Константиновича, когда тот пожертвовал 200 000 рублей из личных сбережений на строительство бронированных канонерок вместо парусников для обороны Питера с моря.
– Корень, ну откуда ты это знаешь?
– Если будет желание покопаться в библиотеках, найдешь это в личных письмах, служебных сообщениях, отчетах… Я говорю о Крымской войне. В период обороны Севастополя у России был только парусный флот. Английские паровые крейсеры беспрепятственно вошли в Финский залив и несколько раз бомбардировали неукрепленные города побережья. Когда сунулись к Кронштадту, им дали по зубам. Тогда и отличился Алексей Философов. В августе 1855 была бомбардировка Свеаборга, а в сентябре короновался Александр II сразу после смерти отца – Николая I. А мы говорим о Николае Константиновиче, которому тогда исполнилось пять лет. Он рос в тревожное для России время и был достойно воспитан для служения Родине.
– Слушай, – не унимался Королев, – значит на фото, сделанном в 1867 году ему только семнадцать?
– Да, и судя по погонам, он еще в пажеском корпусе. Думаю, что за столиком между сестрой Ольгой и матерью Александрой Иосифовной сидит его однокурсник, будущий король Греции Георг I. Он венчался с сестрой нашего героя – великой княжной Ольгой Константиновной. Именно осенью 1867 года. Впрочем, это мое предположение, тут особо не копал.
– Ну, ты даешь!
– Сегодня образование таково, что престижнее помнить колебания курса валют за последние десять лет или забитые голы какого-нибудь нападающего во всех матчах… Впрочем, и для меня история только увлечение.
– Дык, я фотограф, – дружелюбно улыбнулся Пыха. – Так что там с этим внуком Николая I?
– Когда ему исполнилось восемнадцать и статный красавец стал волен принимать самостоятельные решения, Николай Константинович сдал вступительные экзамены в Академию Генерального штаба на общих основаниях, а закончил с серебряной медалью в числе лучших. Многие пишут, что это был первый великий князь Романов с высшим образованием. Вполне достойно уважения.
– И что потом?
– В 21 год Николай Константинович уже командует эскадроном лейб-гвардии Конного полка столицы. Парады, смотры, балы. Вхож в лучшие дома Санкт-Петербурга и может составить великолепную партию для многих красавиц…
– Что помешало? – Витька уловил намек в интонации рассказчика.
– Действующему императору Александру II пятьдесят три года. У него имидж реформатора и освободителя, только денег в казне нет. Крымская война 1853-1855 годов разорила страну. Странная продажа Аляски, кстати поддержанная отцом нашего героя в 1867 году, популярности не прибавила. Задуманные реформы внутри страны приводят к обострению конфликтов. Плюс польский вопрос, породивший после раздела Речи Посполитой еврейский вопрос, поскольку к России отошли земли, где проживала пятимиллионная еврейская община.
– Не понял связи.
– Отец нашего героя был одно время наместником в царстве Польском и проводил там реформы по указанию своего брата – императора Александра II. Очевидно, преуспел, поскольку на него было совершено покушение. Какой-то портной… Ярошинский, если не ошибаюсь, стрелял в упор. Врачи наместника спасли, но иудеи запомнили.
– Было продолжение этой истории?
Олег лишь грустно улыбнулся и продолжил.
– За поражением России в Крымской войне последовало заключение Парижского мира между Антантой и Россией. Англия добилась запрета для России иметь военный флот и крепости на Черном море, да и вообще стремилась не допустить возрождения нашей страны, добить ее и поделить на куски. А тут еще русские затевают присоединение земель на своих восточных границах. Англия ищет недовольных в России, чтобы через них влиять на политику правительства. У многих еще свежи воспоминания об убийстве императора Павла I собственными гвардейцами и царедворцами, причем с участием родного сына Александра.
– Но Павел был самодуром, – осмеливается вставить свое замечание Королев.
– Это точка зрения навязана нам, как и норманнская теория создания русской государственности, как и появление христианства, как и «возникновение» письменности… Павла I удавили в собственной спальне за то, что он договорился с Наполеоном о совместном походе русских казаков и французской конницы в Индию. Англичане считали ее своей вотчиной и пошли на цареубийство. Будет интересно, почитай об этом. Ну, или о том, что Рюрик был призван на воинскую службу, как наемник, а не царь. Его ведь в Новгород не пустили, только разрешили построить себе неподалеку Городище.
Олег глотнул остывший кофе.
– Павел для многих в столице был опасен своими идеями. Представь, император встает в шесть утра и ездит по столичным министерствам проверять, когда приходят на государственную службу чиновники, запрещает длительные отпуска в армии, пресекает казнокрадство, для укрепления рубля собирает все серебро в Зимнем дворце и чеканит из него монеты. Ну, занимался «шагистикой» в армии, так и сейчас ее практикуют. Это профессиональная слаженность, чувство локтя расчетов не только на земле, но и, как это ни странно, в небе, на воде и под водой. Мы потому и гордимся своими парадами на 9 мая, а враги боятся. Они еще китайские парады не видели…
Пыха молча слушал своего школьного друга, открывавшего совершенно неизвестные страницы истории его страны.
– Извини, я о своем, о девичьем, – улыбнулся Олег и продолжил. – Примерно в то же время, когда была сделана фотография в семейном кругу, борьба за власть наметилась и в России. Константиновичи против Александровичей. Одни были готовы выдвинуть преемником императора – известного тебе Николая Константиновича, другие – Александра Александровича. Они были двоюродными братьями, только Александр чуть старше. Но. Совершенно разные характеры. Разное образование. Разные интересы. Александр это – грузный увалень, прозванный в семье «Сашка медведь». Собственно, в преемники Александра II готовили не Александра Александровича, а его старшего брата – Николая Александровича, но он вдруг умер в Ницце. Александровичи срочно начали готовить на замену «Сашку косолапого». И тут у них появляются сторонники…
Королев вопросительно приподнял брови.
– В России действует закон об ущемлении в правах иудеев – черта оседлости, прием на государственную службу и получение высшего образования для них существенно затруднены… И тут на горизонте появляется статный двухметровый красавец, самостоятельно получивший блестящее военное образование, в чине полковника командует эскадроном, достойный продолжатель дела отца, которого хотели убить несколько лет назад в Польше за проводимую политику. Хотя устранять его физически вроде бы рановато, а вот неожиданная встреча вполне подойдет.
– Женщина?
– Ну, конечно! Молодой офицер встречает на балу очаровательную красотку. Некая Фанни Лир из Парижу. На самом деле разведенная американка из Филадельфии Гетти Блэкфорд, незадолго до этого открывшая салун во французской столице. А еще точнее это – Гетти Эйли, сбежавшая из семьи священника и обвенчавшаяся без согласия родителей. Амбициозная содержанка из Парижа, перебралась в Россию в поисках лучшей доли.