Александр Асмолов – Психология любви: Загадочный дар эволюции (страница 3)

И здесь самое время перейти от человека и жизни – к Любви.

Любовь как уникальная устойчивость на двоих, в каждом из которых их индивидуальности не исчезают, но при этом порождают новую общность, – такова одна из главных преадаптационных способностей человека.

Она бесцельна, безгранична, непостоянна. И она не стремится к равновесию. Не случайно. Законы притяжения в любви отличаются от законов тяготения физических тел. Мы, в рамках картин мира, сводящих нашу жизнь лишь к выживанию и приспособлению, никогда не сможем постичь, зачем в жизни встречается любовь.

Когда говорят о «смысле» любви, иногда это слово понимают как английское meaning (значение), но тогда мы оказываемся в ловушке. Тогда мы не сможем понять, в чем состоит значение любви; я хочу подчеркнуть, что в законах рационального познания мира тщетно искать ответ на вопрос, «а зачем, ради чего» появляется феномен любви.

Но есть личностный смысл, который может быть переведен как persоnal sense. И мне важно заметить, что диалог о любви – это всегда диалог смыслов, а не диалог значений. Понимание этой вибрации слова «смысл» крайне важно.

Любовь есть переживание, которое позволяет человеку обрести устойчивость и сохранить собственную автономию в соединении с Другим, порождая в этом гештальте новое бытие и «преадаптируясь» к чему-то, чего еще никогда не было в мире. Таким образом, любовь – это готовность к преображению. И именно в этом качестве она связана со способностью к преадаптации.

Близкие к нашему пониманию любви мысли звучат у одного из самых загадочных философов ХХ века Мераба Мамардашвили:

«Представим себе, что мир был бы завершен, и к тому же существовала бы некая великая теория, объясняющая нам, что такое любовь <…>. Ведь ясно, что если бы это было так, то было бы совершенно лишним переживать, например, чувство любви.

Но мы же все-таки любим.

Несмотря на то, что, казалось бы, все давно известно, все пережито, все испытано! Зачем же еще мои чувства, если все это уже было и было миллионы раз? Зачем?! Но перевернем вопрос: значит, мир не устроен как законченная целостность? И я в своем чувстве уникален, неповторим. Мое чувство не выводится из других чувств. В противном случае не нужно было бы ни моей любви, ни всех этих переживаний – они были бы заместимы предшествующими знаниями о любви. Мои переживания могли бы быть только идиотическими.

Действительность была бы тогда, как говорил Шекспир, сказкой, полной ярости и шума, рассказываемой идиотом. Значит, мир устроен как нечто находящееся в постоянном становлении, в нем всегда найдется мне место, если я действительно готов начать все сначала».

В начале было со-действие

Когда пишешь о любви, то самый большой риск, подстерегающий автора, – девальвация любви, подмена феноменологии любви возвышенными скабрезностями, слащавостями, выхолащивающими это чувство суррогатами или же играми во вселенскую любовь.

Избежать этого можно только пониманием того, что любовь – это неповторимая, одна на двоих, коммуникация, возникающая между людьми.

Любовь – это высшая форма со-действия. И когда я вторю за Бахтиным, Бубером и Сартром, что единицей развития существования является со-существование, когда я вслед за Ухтомским убеждаю: «В начале было Лицо Другого», – то говорю тем самым, что человечность – это и есть восхождение по лестнице со-действия. Выше и выше, вплоть до кульминации – возможности любить друг друга. Сосуществование на основе взаимодополнения и обогащает каждого человека, и расширяет возможности развития сообщества в целом. Смысл и значение индивидуального разнообразия людей (так и хочется сказать «человеков») обнаруживается прежде всего в сотрудничестве и сотворчестве с другими людьми.

Именно культура совместности, или (как более точно говорят некоторые современные исследователи) «жизнь сообща», послужила одним из мощнейших драйверов при переходе от простоты к сложности.

Одна из главных загадок человека в том, что человеческая личность, с одной стороны, как никакое другое создание – это «мир в себе», тщательно охраняемый от вторжения других «я». С другой стороны, человек обладает способностью вступать в такой глубокий контакт с другими, при котором порой возникает взаимопонимание, поражающее воображение своим совершенством и законченностью.

Мало того, в таких контактах каждый не только реализует, но и находит, обретая свою опору в других, собственные возможности. Говоря словами Сергея Сергеевича Аверинцева, уникального филолога и культуролога: «[Любой человек] не может стать самим собой, не может вообще стать, не оттолкнувшись каким-то образом и от "родства", и от "соседства"». Поэтому едва ли не главным достоинством личности является осознанное признание равноправности и ценности Другого.

Таким образом, прогресс и человека, и человечества связан с восхождением от обезличенности – к обретению неповторимого «я» в процессе социальных коммуникаций, полифонии сообщения и общения, связи и вязи,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.