Как увлечение – души томленьем.
Не зря по утру золотистая волна
Знаменьем тайным парк накрыла.
Как я была предчувствием полна,
И верила, что все грехи твои забыла.
Я встречи жду в беседке за мостом,
Что, сгорбившись, секреты сохраняет.
А старый клён, вздыхая о былом,
Мне листья, как цветы к ногам роняет.
Но голос твой веселый и хмельной,
Теперь другую упрекает, что забыла.
Не мне знаменье было, милый мой,
Прости меня, что всё тебе простила.
Сумерки
Закат растаял, спрятавшись за шторы,
И серый сумрак отделился от стены.
Я вспоминаю наши разговоры,
О том, что для любви не может быть цены.
Дым сигареты тает в полумраке,
В воображении рисуя образ Ваш.
Представив вместе нас в счастливом браке,
Себе не лгу, ведь я смотрела на мираж.
Ещё не ночь, но исчезают тени,
И тьма надежду замещает пустотой.
Не выдержав, я стану на колени,
И помолюсь за нас заступнице святой.
Зажгу свечу и загадаю встречу,
Её огонь со мною будет до утра.
Едва войдете, тут же Вас замечу,
Оставив сумерки сомнений во вчера.
Осенние холсты
Осень выткала снова холсты,
Нити ливней перебирая.
И, развесила их на кусты,
Ярких листьев добавив с края.
Разлохматила им бахрому,
Что свисала туманом в омут.
Прикрепила потом одному
Паутинку по окоёму.
Клин лебяжий прорвет полотно
Брызнув кровью рябин в орнамент.
Осень скроет и это пятно,
Проявляя свой темперамент.
Сны
В снегах затерянное лето
Так сладко дремлет в феврале.
Давно метелями отпето,
Но не томится в кабале.
Зевнув, тасует снов колоду,
И, выбрав первый, наугад,
Сквозь полумрак и непогоду
Скользнет, как тень, в июльский сад.
Там тишина в душистом зное,
Да сонный полдень у плетня,
Да шмель шальной о чем-то ноет,
Да детский крик, «Ищи меня!».
И лето, захмелев от счастья,
Под песню нудную шмеля,
Укрывшись снами от ненастья,
Затихло в стуже февраля.
Дождей осенних назначенье
Дождей осенних назначенье
Оплакать, всё, что не сбылось,
Ушедших, брошенных… влеченье,
Что загорелось на авось. 
