Александр Артемов – Рыцарь Резервации. Том IV (страница 63)
— Тебе со мной все равно нельзя, Тамара. Оставайся здесь и проследи за тем, чтобы усадьбу восстановили до возвращения Марлинского. И не бойся, скоро ты обо всем узнаешь.
Тома скрипнула зубами. И этот обращается с ней, будто с неразумным ребенком…
В холле автоматессы так и не сошли со своих мест — шептались и провожали «гостей». Кристалл светился уже со двора, вокруг него было куда больше автоматов. Тома пересчитала тех, кто остался. Не хватало где-то одной пятой всех атвоматесс.
— Изменницы… — прошелся шепоток среди тех, кто не предал Илью. — Надо было отключить им геометрики…
Спустившись на первый этаж, Онегин подошел к выходу и обернулся.
— Мне было приятно вновь увидеть вас, дорогие мои, — сказал он хранительницам, оставшимся без кристалла. — Не обещаю, что наше будущее будет радужным. Не обещаю, что вообще доживу до утра. Не обещаю ничего. К утру я стану либо богом, либо самым конченным неудачником во вселенной. Но если кто-то из вас хочет присоединиться ко мне, у вас есть шанс. Сен?
Ни слова не говоря, она отвернулась. Рука так и лежала на рукоятке револьвера.
— Ги?
Автомат-горничная вздрогнула, но покачала головой.
— Я обещала Илье Тимофеевичу. Простите, господин…
— Мио?
Молчание было долгим. Но все же автомат-дворецкая сделала шаг вперед. А затем и второй…
— Мио⁈ — охнули те, кто остался. — Ты не можешь…
— Мио, — сказала Лиза, попытавшись взять автоматессу за руку. — А как же наши дела? Как же…
Обернувшись, Мио сняла с шеи галстук-бабочку, а затем повязала на шею Лизе. Затем «чмокнув» ее в лоб, кивнула своим сестрам, обняла Ги и направилась на выход, где ее ждал Онегин.
— Идем, — сказал он. — До ШИИРа ехать недолго. Нас там давно ждут.
Несмотря ни на что, провожать вышли все до одной. И Сен тоже.
— Катись! Катись, мразь! — выкрикнула Сен и, вытащив револьвер, наставила на спину Мио, шагающей к воротам. — Лови, сучка!
Тома зажмурилась еще до того, как громыхнул выстрел. А он оказался громче, чем она думала.
Все замерли. Казалось, даже ветер затих. Тома аккуратно открыла глаза.
Мио шла за Онегиным как ни в чем не бывало. У нее в спине дымилось пулевое отверстие. Отступницы уже погрузили кристалл в грузовик, а затем прыгнули следом. С каждой автоматессой, рессоры проседали все ниже.
Последними в кузов прыгнули Мио с Адель. Онегин остановился у ворот. Было видно, что внутри у него бушует настоящая буря, но внешне он был совершенно спокоен.
Уехали они быстро, но еще долго в ночи слышался шум мотора. Снова где-то за деревьями загрохотал гром. Дождь хлынул чуть погодя.
— И это все?.. — послышался голосок Ги сквозь дребезжание капель о металл. — И этого…
— Мудака, — сказала Сен, уходя в дом.
— … Мы ждали несколько лет?
— Несколько лет… — повторили остальные. Стояли они, повесив головы. Лиза теребила свой галстук-бабочку и хлюпала носом. Томе тоже было паршиво.
Первым силуэт, выбирающийся из зарослей, заметила Тома, а затем и остальные. И здесь он показался ей еще больше, чем тогда — на берегу безымянной реки.
С каждым ЕГО шагом сердце фокс стучало все быстрее.
— Винни? — охнула Ги. — Настоящий⁈
Тома сглотнула. Да, настоящий. Слишком настоящий…
Огромный юдо-механизм скромно переступил «порог» территории усадьбы, а затем тяжелыми, дребезжащими, шагами направился ко входу. Красные глаза на стальном лице-морде угрожающе сверкали, от топота мурашки бегали до самых пальцев ног. Эта глыба, созданная только для того, чтобы сеять смерть, внушала трепет.
Прежде чем могло произойти самое страшное, Тома встала на пути Яра и повернулась к автоматессам. Те уже были готовы атаковать.
— Это не Винни, — сказала она, вглядываясь каждой в лицо, и попыталась улыбнуться. — Это Яр.
Не доходя до них десяти шагов, монстр остановился, но все равно навис над всей компанией автоматесс. Выглядел он жутко даже в сравнении с Вен и Рен. Настоящая машина ужаса.
— Привет… — пророкотал механизм голосом Яра. — Дамы… Не бойтесь меня.
Покосившись на то, во что превратился ее брат, Тома сжала кулаки. Не бояться было довольно сложно.
— Теперь он Яр… — сказала она то ли себе, то ли остальным. — Я нашла его и… В общем, можно он будет жить у нас?
Открыть глаза было непросто, но Софья таки справилась. Она лежала не зверски горячей земле, по которой гуляло пламя. Перевернувшись на спину девушка выдохнула, а затем повернула голову вбок. Увидела она страшное.
От их группы остался один пепел. В голове ужасно шумело, а в глазах были сплошные пятна. Кое-кто из тех счастливчиков, кому повезло оказаться по бокам группы, еще был жив и пытался подняться — таковых оказалось немного.
Из таких была Софья, но петь и плясать ей совсем не хотелось. Перевернувшись, она увидела Цитадель. До входа было рукой подать.
Встать на ноги было как подняться в гору. Побежать еще тяжелей — она не раз и не два едва не рухнула на землю. Над головой постоянно что-то сверкало, гремело, свистело и грохотало, но молнии и вспышки луча давно слились для нее в один сплошной адски горячий свет.
Уже у дверей она насчитала пять вспышек. Либо молнии взбесились, либо Вернер добивал раненых.
— Убью… — шептала она, приближаясь к дверям. — Убью! За всех!
В холл она буквально влетела, а потом еще долго лежала на спине, хватая ртом воздух.
— Урод… Столько людей…
Рядом появилась Метта. У нее по щекам катились слезы.
— У вас получилось, Софья Филипповна. Вы выжили!
Сглотнув, девушка кивнула. Однако счастливой она себя точно не чувствовала. Перед глазами был сплошной огонь, и в нем…
Она отомстит. За всех.
Как только Софья поднялась, нечто над ее виском щелкнуло. А потом еще и еще раз.
Это был…
Повернувшись, она получила удар в челюсть. Упав, она увидела Рину — оскалившись, фокс тяжело дышала и выглядела так, будто только что вылезла из преисподней. В руке был пистолет с откинутым затвором.
— Зараза, пустой… Поднимайся, дрянь! Поднимайся, я сказала!
Еле сдерживаясь, чтобы не упасть, Софья поднялась на ноги. За спиной Рины показался Лекс. Он широко улыбался.
В холл входили нелюди, они были потрепаны, но их было немало. Человек пятьдесят не меньше.
И ни одного заложника.
Графиня Ларина решила, что вот и настал ее последний час. Когда с вершины Цитадели сорвался смертоносный луч, она спокойно закрыла глаза. Это было то, что она так ждала — наконец-то покой.
Стало очень тихо, пусто. И даже одиноко.
Потом пришла боль, и менно эта боль подсказала графине, что расслабляться поздно, она еще жива. Застонав, Ларина заворочалась, но так и не смогла подняться. Ее отключило, а когда сознание вернулось, она осознала, что осталась одна.
Вокруг все горело, ветер рвал остатки ее платья, сдувал пепел, в который превратились остальные. Цитадель же возвышалась в ста метрах впереди — в ней скрылся последний хвостатый мерзавец. Повернувшись, он дал залп по тем немногим шиировцем, что еще пытались добраться до Цитадели.
Одна из пуль просвистела совсем рядом с Лариной — оцарапала ей ногу, и графиня, вскрикнув, опять упала на землю. Как только выстрелы затихли, вновь по небу прошелся раскат.
К этому времени небо было полностью заткано мрачными тучами Повтерия. Тяжелые капли дождя забарабанили по выжженой лучом земле.
Еще немного, и Поветрие обрушится на ШИИР.
— Ну и слава богу… — выдохнула Ларина. — Нечего больше тянуть…