Александр Арсентьев – Остатьтся человеком (страница 3)

На пятый день, я всё-таки решил выйти наружу. Главного не было, да и существ тоже. Просто заросшая растениями улица, по которой блуждали лошади. Я только сейчас обратил внимание на то, насколько город был разрушен временем и природой. Было такое чувство, что прошло несколько десятков лет, как человек покинул эти места или точнее погиб.

Я пошел вдоль улицы не зная куда. Лошади, которые блуждали неподалеку, убежали, завидев меня. Я начал размышлять о том, что если я укушу человека, то сделаю его таким же как я. Получается, людей превратило в монстров какое-то заболевание, вирус или что? Заболевание, которое заразило массу людей и продолжает. Странно было то, что я не встретил ни одного заражённого зверя. Видимо вирус на них не действовал.

Идя в раздумьях, моё внимание привлекла вывеска над большими окнами. Она была красного цвета и на ней была надпись, я не знал, что там написано, так как забыл, как читать, и что значит каждая буква. Вывеска показалась мне чересчур знакомой, будто я где-то ее уже видел. Я напряг память.

Я помню, что передо мной, мужские, грубые руки держали фотографию. Фотография была цветная. На фотографии была эта вывеска, это был магазин. Напротив него стоял мужчина лет тридцати в куртке, без шапки, в черных штанах и замызганных в грязи ботинках. Рядом стоял мальчик лет десяти, весёлый, радостный, держа мужчину за руку. Он был одет как мужчина, но был в шапке. На фотографии был снег, который смешался с грязью.

— Это твой дедушка, а этот маленький хулиган — я, — проговорил грубый мужской голос.

— Почему дедушки нет сейчас с нами? Как он умер? — вдруг проговорил я, но только детским голосом.

— Ему не хватило место в городе…

Воспоминание обрывается на этом моменте. Я стоял возле магазина и пытался осознать, то, что вспомнил. Дедушка? Дедушка? Кто это такой? Дедушка? Слово крутилось и крутилось у меня в голове. Я продолжал стоять возле магазина. Точно! Дедушка, это отец моего отца, но почему я не помню своего отца? Он у меня был? А где дедушка? Где отец? Город? Что за город? Этот город, или какой-то другой? Не хватило места? Как? Почему? Какого места? Мою голову разрывали вопросы, на которые я не мог дать ответа.

Я зашёл в магазин, в надежде найти что-нибудь от моего дедушки. К сожалению, магазин был разрушен, все полки для товаров были давным-давно пусты. Ничего. Я пошел в другой отдел, где к моему удивлению, я обнаружил два свежих трупа человека. Я сразу почувствовал отвращение. Я понимал, что мне нужно проявить силу воли, чтобы не накинуться на них. Я решил поскорее уйти, как заметил, что у одного трупа, из-под куртки торчала небольшая бумажка. Я быстро ее схватил и выбежал из магазина.

На улице, я развернул бумажку — это оказался календарь. «28» было зачеркнуть, и числа до него. Значит сегодня либо двадцать восьмое число, либо двадцать девятое, но какого месяца? К сожалению, я не мог прочитать название месяца, но вспомнил, что их 12. Поэтому я начал отсчитывать от начала календаря. Раз, два три. Три. Третий месяц. Это был, это был март. Кончался март. А какой год? Я посмотрел на цифры: «20» и «65», вместе «2065». Какой это год? Я пока не знал. Я сложил календарь и убрал его в карман к часам.

Чтобы стать человеком, мне нужно начать действовать. Поэтому я долго думал, с чего мне начать, и поэтому решил научиться читать! Но чтобы научиться читать мне нужен учитель. Но где я найду учителя в этом мире? Значит, я буду обучаться самостоятельно. Я стал вспоминать, как детей учат читать. Азбука, я должен найти азбуку и начать учить буквы. Но где ее я могу найти? В школе? В библиотеке?

Я отправился на поиски школы или библиотеки. Я бродил несколько часов, пока не наткнулся на двухэтажное, полуразрушенное здание, вокруг которого стоял забор. Я предположил, что это школа, поэтому вошёл внутрь. Я не ошибся, пройдя по зданию, я убедился, что это школа: кабинеты с партами, которым не притрагивались несколько десятков лет, учебники, которые были разбросаны и порваны. Я бродил в поисках детской библиотеки, я понимал, что там точно будет азбука.

К вечеру, я не нашел, но уже было темно, и ничего не видно. Я лег спать, не стоя, а прямо на пол. Наутро, когда солнечные лучи начали пробиваться в помещение с книгами, я принялся за работу. Я стал изучать каждую книгу в поисках азбуки. Я не мог прочитать название, поэтому просто открывал, вглядывался в страницы. Я перебрал множество книг, я не клал их обратно на полку, а просто отбрасывал в сторону (позже я осознал свою ошибку и пожалел об этом — это было первое проявление бездумной разрушительности, от которой я так хотел избавиться).

Спустя несколько часов, когда груда неподходящих книг выросла до потолка, мои пальцы наткнулись на тонкую, картонную обложку. Я вытащил из-под обвала потрепанную книжку. На ее обложке были нарисованы яркие, простые картинки и большие, четкие символы. Сердце — орган, который, как я смутно помнил, должен биться, — сжалось у меня в груди от предчувствия. Это была она.

Я открыл книжку. На ее страницах, на каждом развороте, жила одна большая буква, а вокруг нее — маленький мир: изображения животных, предметов, всего, что начиналось с этой буквы. Я уселся поудобнее в луче света, словно ученик за партой, которой не было, и сосредоточился.

Первая страница. Большой, округлый символ. Рядом — сочный арбуз в разрезе, экзотический ананас и каменная арка. Я впился глазами в картинки, пытаясь вытянуть из глубин памяти звук, имя этого знака. Я шептал что-то беззвучное, перебирал обрывки слов. «Ар-буз… Ан-анас… Ар-ка…». И вдруг, как щелчок в темноте, пришло понимание.

— А.

Я прошептал это вслух. Звук был хриплым, непривычным, но это было слово. Не мычание, не рык — осознанный звук, привязанный к значку на бумаге. Такая же детская, чистая радость, как тогда, когда я вспомнил цифру «один», накрыла меня с головой. Это было больше, чем память. Это было созидание. Я не просто вспомнил — я выучил.

Я не стал торопиться. Я замер, вглядываясь в эту букву, ощупывая ее форму глазами, закрепляя связь между изображением, звуком и смыслом. Потом медленно перевернул страницу. На меня смотрела новая буква, новая загадка. И я чувствовал не страх перед ней, а азарт и тихую уверенность. Успех, крошечный, но настоящий, горел во мне слабым, но неугасимым огоньком. Я продолжил сидеть, потихоньку, буква за буквой, возвращая себе ключи от мира.

Так я просидел несколько часов, одолевая букву за буквой, произнося про себя слово за словом. Время подходило к вечеру, а я подошёл к букве «М». На картинке была изображена женщина с ребенком на руках. В ее глазах была выражена любовь к ребенку, она была готова отдать жизнь за ребёнка. Я понял, что это была его мама. «Ма-ма», — медленно проговорил я про себя. Вдруг сердце сжалось у меня в груди, слезы потекли по щекам. Почему я плачу? Почему мне больно от этого слова?

Вдруг перед глазами метнулось воспоминание. Я был на улице. Было лето, солнце светило ярко, везде была зелень. Я шел к двери какого-то дома. Дверь была открыта. Из дома доносились странные звуки. Я зашёл внутрь. Я испытал ужас, увидев картину перед собой: коридор был в крови, мебель разбросана, нож валялся на полу, в рядом… Рядом лежала женщина, это была моя мама! Над ней склонилось существо, которое пожирало ее.

— Мама! — я закричал очень громко, это был детский крик.

Существо обратило на меня внимание. Оно встало. Это был мужчина, бледный, мертвый мужчина в крови. Я чувствовал страх. Он кинулся в мою сторону, и воспоминания обрывается. Мне было очень больно от увиденного. Я плакал. По-настоящему плакал. Я отбросил азбуку в сторону и забился в углу, сидя и плача. Это были наверное мои первые очень грустные эмоции. Спустя время я уснул…

Проснувшись утром (пошел шестой день, как я покинул стаю), я обдумывал вчерашнее воспоминания. Мою мать убило существо, монстр как я, значит я монстр. Я такой же как оно, такой же как они. Почему? За что? Я монстр! Монстр! Монстр! Нет! Я не монстр, мой разум зачем-то вернулся ко мне. Я буду снова человеком, я вернусь, я исправлюсь! Я обязан!

Я схватил азбуку, которая пролежала всю ночь не далеко от меня, и продолжил учить. Все время, пока я учил, то твердил про себя, что я человек, что я не монстр, что я снова буду говорить и жить нормальной жизнью. Это меня мотивировало, и к трем часам дня я уже знал все буквы алфавита и мог читать по слогам. Это было ещё одно небольшое достижение в моем пути по становлению человеком.

Я поднялся с пола. Вокруг меня был бардак из книг. Они валялись везде, благодаря мне. Только сейчас я осознал, что мне нужно было их складывать обратно на полку. Я решил выйти из библиотеки и немного прогуляться, так как очень сильно засиделся в школе. Когда я проходил мимо зеркало, я в него заглянул и пошатнулся от страха. Моя кожа, плоть, мясо гнила… На руках, лице, ногах. Я расстегнул куртку, моё тело гнило. Меня охватил страх. Почему я не регенерирую? Почему? Что с моим телом? Неужели я умру, так и не став обратно человеком? И тут я осознал…

Регенерация происходит за счёт того, что я и мне подобные питаемся мясом. Последний раз, когда я ел человеческое мясо или зверя, было неделю назад. Я понял, что регенерации примерно хватает на неделю. Я только сейчас осознал, что чувствую голод и мне срочно нужна еда!