Александр Арсентьев – Existцензор 2 (страница 7)
– Ты чувствуешь это? – с улыбкой спросила Лена.
– Видящие не хотят нас видеть? – наивно предположил я.
– Им не до нас …, – загадочно ответила девушка.
Огромное пространство зала было абсолютно пустым, если не считать прозрачной полусферы прямо посреди него. Это как если бы у подобия огромного сувенирного шара со снегом спилить верхнюю половину и поместить под свет софитов. Только вот вместо импровизированного снега это полушарие было заполнено пульсирующей энергией в чистом ее виде! Внутри, едва различимые, стояли три массивных кресла. На этих фантастических по виду сиденьях я заметил три безвольных человеческих фигуры – казалось, они были погружены в некое подобие анабиоза. Вокруг этих тел волнами кружились бирюзово-изумрудные протуберанцы. Зрелище было завораживающим …
Я взял Лену за руку и почувствовал, как ее пальцы слегка дрожат. Потянул девушку вперед …
– Пойдем ближе, отсюда плохо видно!
– Мы не сможем …, – едва слышно ответила она – казалось, ее голос доносился до меня откуда-то издалека.
– Да ладно! – воскликнул я, и собственный голос показался мне едва различимым – словно из-под толщи воды.
Тем не менее, я продолжил тянуть ее по направлению к полушарию с Видящими. Но, едва я сумел сделать пару шагов, как движения мои неимоверно замедлились, словно я пробивался вперед сквозь невидимое желе … Позади я с трудом расслышал смех Лены и обернулся. К моему немалому изумлению, я видел спутницу словно сквозь дымку … Желая проверить свою догадку, я отпустил ее руку и снова попытался прорваться вперед. Силуэт девушки заметно помутнел и стал едва различим …
– Даже не пытайся …, – как будто из глубокой могилы, донеслось до меня.
Но я попытался. И увяз, словно муха, попавшая в желанную плошку с медом …Дернулся раз, другой … Бесперспективняк. В какой-то момент мне показалось, что даже дыхание мое стало затрудненным – так, как будто в легкие вливался не воздух, а вязкая патока. А спустя несколько секунд я осознал, что еще немного – и я вовсе задохнусь … Инстинкт самосохранения погнал меня назад – в объятья спутницы. Едва я вновь оказался рядом с ней, как потребовал объяснений.
– Что тут вообще такое?
Лена снисходительно улыбнулась в ответ.
– Тут? – переспросила она. – Если рассуждать нашими земными определениями, то тут – Храм, Святилище. Самое защищенное место в Долине! Иногда мне кажется, что даже все полчища Бездны, сумей они прорваться сюда, не смогли бы достигнуть центра этого зала.
Я продолжал зачарованно созерцать это священное полушарие посреди темного зала, освещенное со всех сторон потоками непонятно откуда льющегося фосфоресцирующего света. Смирившись с тем, что дальше простым смертным входа нет, мне оставалось только восхищаться фантасмагорией этого незабываемого зрелища.
– Я же спросила на входе – чувствуешь ли ты …, – с легкой укоризной промолвила Лена. – То были лишь отголоски силы Щита, оберегающего Око.
– Это – какого-то рода защита? – пытался получить я доступную моему сознанию инструкцию. – Силовое поле? Его снимают при необходимости?
В ответ девушка покачала головой.
– Это – естественное явление. Оно вечное и непрерывное, словно само Мироздание …
Я оторопел.
– Постой, а как же … Как те люди, что сидят там … Как они проходят туда? Как меняются после трудовой смены?
Лена взглянула на меня, и сияние магической полусферы отразилось в ее глазах.
– Они не меняются …, – с какой-то непередаваемой обреченностью в голосе ответила она. – Видящие проходят туда лишь однажды – после инициализации … После смерти Сила забирает их тела …
– Мляяя …, – протянул я. – Не понимаю … Как они питаются? Как спят? Как вообще они, черт подери, живут?!
Девушка взглянула на меня с какой-то долей осуждения – так, вероятно, смотрит существо более высокой ступени развития на примитивный организм. Не знаю почему, но мне стало не по себе …
– Это – их судьба …, – с оттенком грусти ответила она. – Жизнь обычного человека, в его естественной среде, для них недоступна – от рождения кандидаты либо вообще не могут передвигаться, либо – делают это с большим трудом. Многие из них лишены речи и привычных человеческих реакций на раздражители …
Случайно или нет, но у меня в сознании немедленно пронеслась устойчивая ассоциация с тяжелыми инвалидами от рождения. О том, как мучаются с ними родственники на протяжении всей их недолгой жизни … О том, как они несоизмеримо далеки от привычной, в нашем понимании, жизни … А оно – вон, оказывается, как! У них просто СВОЯ жизнь!
– И-и … Как это – быть Видящим? – оторопело спросил я ее, не совсем надеясь на ответ. – Ты что-то об этом знаешь?
– Практически – ничего, – Лена поджала губы и прикрыла веки, словно пыталась представить себя там – за пределами этой сияющей полусферы. – Знаю, что Сила дает им все, что необходимо для поддержания жизни. Игорь мне однажды сказал, что еще неизвестно – кто из нас живет более полной жизнью – мы или они …
– Вот это – полная жизнь?! – я с сомнением покачал головой. – С момента инициализации и до самой смерти сидеть в этом кресле?! И это ты называешь достойным существованием?!
Девушка вновь взглянула на меня так, что мне невольно стало стыдно.
– Глупый, – она снисходительно улыбнулась. – Они и в данный момент, и всегда – ВИДЯТ всё! Видят, чувствуют, переживают в мельчайших подробностях! То, на чем они сосредотачивают свой взор, Видящие воспринимают на таком уровне, что даже сами объекты или явления не ведают о себе. И … Это однозначно – за свой короткий век они проживают миллионы жизней!
Я прикусил губу, пытаясь осознать всю глубину произнесенной ею речи. Потом покачал головой.
– Возможно, я смог бы понять тебя, если бы ты хотя бы намекнула мне – что тут вообще происходит. Концепция, так сказать …
Какое-то время Лена молчала, собираясь с мыслями. Потом кивнула, словно определилась с необходимыми формулировками.
– Если говорить упрощенно, то они читают ход эволюции Мироздания … Боюсь, что обычными словами я не могу это выразить – настолько они убоги по сравнению с реальностью. И, если можно так выразиться, это именно они выявляют мельчайшие нюансы бытия, которые мы, Экзистцензоры, впоследствии корректируем …
– Короче, мои потенциальные работодатели …, – подытожил я и вновь взглянул на окутанные сиянием фигуры в креслах.
Лена рассмеялась.
– Пришел Лисицын и все опошлил! – она ткнула меня в бок.
– А как они … Как потом … Как вообще все это происходит? Ты можешь описать мне процесс? Скажем, ну вот – увидели они что-то там … А дальше? И, кстати …
Тут у меня возник вопрос на сто миллионов! Если они что-то увидели, а Цензоры потом это исправляют, то … Они что – видят будущее?! А мы, получается, исправляем это самое будущее?! Я чувствовал, что еще чуть-чуть, и мой многострадальный мозг взорвется и разлетится на мириады составляющих. Забрызгаю тут у них священную аудиторию … Поэтому я решил сбавить обороты.
– Они видят будущее, а мы исправляем … Мы его корректируем?
– Иногда – будущее, – кивнула она. – Иногда последствия уже невозможно предотвратить, поэтому Орден прилагает все возможные усилия для того, чтобы минимизировать риски … Вариантов тут много … Лис, ты чего в меня вцепился? Я, можно сказать, новичок, хоть и прошло уже два года с момента моей инициализации … А ты задаешь мне вопросы, на которые я пока что не смогу ответить, даже при всем желании. К чему это? Мы, Цензоры, просто исполняем свой экзистенциональный долг, и этим все сказано …
– Ясно, – процедил я сквозь зубы и опустил взгляд. – Солдаты священного долга! Стало быть, слепо повинуемся и меняем ход течения истории … Это, знаешь ли, чревато …
– Чем чревато?! – воскликнула она и повернула меня к себе, пытаясь заглянуть в глаза. – Ты не понимаешь – о чем говоришь! Леша, ты сейчас пытаешься поставить под сомнение всю деятельность Ордена, если я правильно тебя понимаю?! Ордена, который является священной сутью Мироздания! Ордена, существование которого исчисляется десятками тысяч лет!
Что-то я и правда хватил через край … Параноик хренов … Без году неделя в Долине, а туда же! Даже не неделя, а сутки! И уже пытаюсь искать нити заговора … Неимоверным усилием воли я постарался взять себя в руки. Нужно как-то спасать ситуацию!И тут у меня в голове вновь что-то щелкнуло, совсем как тогда – на крыше, с Коляном, когда я повел себя словно сумасшедший и ржал как сивый мерин. Я хлопнул ресницами и невинно взглянул на собеседницу. Потом смущенно улыбнулся.
– Чего взбеленилась-то? Всего лишь – работаю мозгами, просчитываю ситуацию … Вполне возможно, именно ты и навела меня на подобные размышления!
Я стремительно форсировал ход беседы, уводя его в сторону со скользкой темы. Возможно, чисто на интуитивном уровне …
Лена распахнула свои глазищи и подбоченилась.
– Я?! – гневно переспросила она. – Интересно, чем именно я натолкнула тебя на эти крамольные мысли?!
– Так, своим рассказом о Великом герое – Крае Тенне! – не моргнув и глазом, ответил я и пожал плечами. – Он нарушил приказ Цензориата и выиграл битву! А потом выяснилось, что Цензор, отдавший этот приказ, был заговорщиком. Тенн вернулся, раскрыл заговор и отдал верховного баламута под суд. История, достойная экранизации!
В свою очередь, я с подначкой толкнул ее в бок. Священное негодование исчезло из ее глаз. Лена глубоко вздохнула, а потом растерянно покачала головой и тихо произнесла: