Я проникаю в горя бесконечность.
И все же, брат, не торопи меня…
Увидимся… У нас в запасе – вечность…
***
Разбили всё, что только было можно.
В лесу любви одни чернеют пни.
Ступаем меж осколков осторожно,
Чтоб не поранить голые ступни.
Ко всем ручьям завалены тропинки.
И больше нечем жажду утолить.
Ни капельки на сердце, ни слезинки…
Ни верить нет желанья, ни любить.
***
Я в это окошко стучался ночами,
Когда приходил на свиданье к любимой.
Зачем заложили его кирпичами
И доски стальными гвоздями прибили?
Мы в это окошко сквозь тонкие стекла
Глазами друг другу «люблю» говорили.
Под ним – целовались, под ливнями
мокли…
Какими же юными мы еще были!
Куда так спешат наши краткие годы,
В старух превращая вчерашних невест?
Уж скоро и нам на кирпичном надгробье
Поставят из досок сколоченный крест.
***
Вы часто счастливых встречали на свете?
Конечно, конечно, – запрыгали дети.
И юноши тотчас цветком расцвели.
Да только вот взрослые взгляд отвели.
Как много друзей на ваш зов отзовется?
Вся наша деревня! – мальчишка смеется.
И юноша к девушке нежно приник.
Да только нахмурился грустный старик.
Всегда ли к столу доставало вам хлеба?
От детского смеха рассыпалось небо.
И юность меня позвала на обед.
Да вот ничего не ответил мне дед.
А долго ли вам упиваться любовью?
Да целую вечность, – распишемся
кровью.
Хотел я у деда узнать про века,
Да так и не смог отыскать старика.
Покуда ты есть…
Откровение кисти Творца:
Жизнь – уже неизбежность конца.
То, что ныне нам кажется былью,
Завтра станет руинами, пылью.
Нам время отмерило годы —
как точки отсчета.
На лицах дороги сошлись
колеями морщин.
За наши деянья —
людские грехи и просчеты —
Когда-то и нам
с золоченых воздастся вершин.
Но есть еще круг,
что для жизни земной нам отмерен.
И жив еще друг,
что тебя никогда не предаст.
И женщина та,
в чью любовь ты однажды поверил,
Быть может,
случайно уронит слезинки из глаз. 
