Александр Андросенко – Замок Толор - 2 (страница 22)

Что-то не пойму, кто тут у нас бывалый ветеран, подумал я. Мальчишка уже двоих положил, а ты еще даже кровь никому не пустил!

Мы с Ланожем переглянулись, снова разворачивая лошадей навстречу врагам. Их осталось четверо. Интересно, им хватит мозгов бить нас не по щитам?

— Надо уходить, Хонор! — крикнул Ланож. — Без копий не справимся!

— У меня-то копье есть! А ты попробуй!

Ланож кивнул, и помчался влево от дороги, на пологий холм. Я послал коня вперед — пока противники стояли, наберу разбег, это плюс. Начальник охраны тем временем послал двоих за Ланожем, а с оставшимся решил встретить меня.

Естественно, у него ничего не получилось. Вернее, встретить-то он встретил, но сам, с пробитым копьем животом, оказался на земле. Я снова поймал удар противника на щит и не получил никаких ран. Неудобство небольшое было, но не страшно. И не такое переживал.

Мой противник разворачиваясь, увидел убитого командира и решил спастись бегством:

— Я в Тибот! — крикнул он вслед преследовавшим Ланожа, и припустил в направлении замка.

Я почувствовал, что дело запахло провалом. У него была фора метров сто, не меньше, а заводной лошади у меня уже не было.

Но на крик противника обернулся и Ланож, тут же повернувший коня обратно к дороге, наперерез убегающему. Я же, в свою очередь, скорректировал путь так, чтобы перехватить его преследователей.

Видя такое дело, они разделились.

Я вытащил меч. Не лучшее оружие для конной схватки, ну да ладно.

— А-а-а!!! — внезапно закричал противник, скачущий на меня. Видимо, от переизбытка чувств.

— Бе-е-ей! — рыкнул я в ответ и мы сшиблись.

От удара руку отсушило так, что я, первое время, скача по инерции дальше, не чувствовал, держу ли меч в руке. Радовало только то, что противник упал, но не вытащил ног и стремян, и лошадь теперь тащила его за собой. Единственный оставшийся нагонял Ланожа. Молча и неотвратимо. Вот между ними осталось тридцать метров. Двадцать. Я припал к холке коня, мысленно умоляя его скакать быстрее. Мне до них оставалось почти сто метров, и из-за небольшого подъема расстояние не сокращалось. Вот они скрылись за небольшой рощицей, обогнув которую, я проскакал мимо лежащего на земле преследователя. Чем он его, интересно? Кинжалом, наверное. Других вариантов особо не было. Самого Ланожа было не видно за другой рощей, обогнув которую, я, следом за ним, выскочил на дорогу.

Единственный оставшийся охранник опережал десятника метров на шестьдесят. Тот, в свою очередь, меня на сотни полторы.

Ланож повернулся ко мне и показал большой палец. Я ответил тем же жестом, но по большому счету, дело было провалено. Если этот вот сейчас ускачет — все насмарку. Ланож тем временем пришпорил коня и начал стремительно нагонять противника. Тот обернулся, увидел, и тоже ускорился. Когда между ними оставалось метров двадцать, конь Ланожа начал уставать. Он вытащил стрелу из тулы, взял в другую руку лук, а потом подтянул ноги вверх, поджал их под себя, сел на седло на корточки, после чего спрыгнул! Не знаю, каким чудом ему удалось удержать равновесие, но он это сделал, пробежав шагов двадцать, после чего опустился на одно колено, наложил стрелу и пустил ее. Она попала в круп лошади, и я, проезжая мимо него, крикнул:

— Мастер! — после чего послал коня в галоп.

Чувствуя, что на раненой лошади не уйти, охранник свернул в сторону и спешился. Я, проезжая мимо, попробовал достать его мечом с седла, но он отскочил, да и лошадь его мешала. Стоило мне соскочить с коня, как он был тут как тут.

Я успел подставить щит под его удар, и ткнул в ответ, отгоняя. Противник ушел в сторону и рубанул по руке. Я успел отдернуть, и его удар пришелся по лезвию, болезненно отдавшись в локте и ладони.

Я толкнул его щитом, и, наконец, занял привычную позицию: левая нога впереди, щит слева — спереди, рука с мечом наизготовку к удару. Противник попятился. Нападать для него значило проиграть, но без щита он был маневреннее.

— Иди сюда, — подзадорил я его. — Или будешь ждать, пока мой товарищ подоспеет?

Бывший охранник кинул взгляд мне за спину, на Ланожа, и я попробовал достать его в глубоком выпаде. Он опять увернулся и контратаковал в руку, но на этот раз я успел толкнуть его щитом в момент удара, сбивая цель, да и возвратное движение сделал быстрее. Противник от толчка потерял равновесие, и я снова сделал выпад, он парировал и отскочил. Тупик. Ждать Ланожа? Ну, нет! Этот должен быть моим!

Я сбросил щит и двинулся вперед, вытаскивая кинжал. Охранник радостно кинулся вперед. Я принял удар меча на свой, давая скользнуть ему по лезвию, сделал подшаг левой и ткнул кинжалом в бок. Он сбил удар рукой и попытался острием меча, зацепить шею. Я с проконтролировал лезвие, уведя его в сторону и сбросил с клинка. Охранник отлично владел мечом, нахрапом не возьмешь. Не успел я даже перевести дыхание, как он атаковал меня серией коротких ударов. Я без труда отбил их и контратаковал, заставив отступить. Противник явно тренировался в основном для индивидуального боя, и мои солдатские замашки были для него как открытая книга, но уровень владения оружием не позволял превратить преимущество мышления в преимущество в бою. Я был и быстрее, и сильнее, и уверенно теснил его, стараясь не проваливаться. Ланож не предупреждал ни меня, ни его. Он просто метнул кинжал, пролетевший слева от меня, и скользнувший по кольчуге охранника, после чего обрушил на него несколько ударов. Хотя, конечно, слово "обрушил" не слишком вяжется с внешним видом Ланожа. Я, не теряя времени, забежал чуть справа и сзади… После чего аккуратно насадил противника на меч. Ланож, не успевший остановить удар, снес ему еще и руку с мечом.

— Верткий, сукин сын, — заметил парень.

— Угу, — согласился я. — Ну что, надо теперь все это убрать.

— Надо! Бери за руки.

Порядок на дороге мы наводили долго. Еще теплые трупы оттащили в рощу, шесть коней поймали, остальных отогнали подальше, кровь на дороге засыпали землей и песком, следы борьбы разровняли.

И вот стоило нам усесться перекурить на обочине, как послышался топот копыт со стороны Тибота.

— Кто там еще? — проворчал я, вставая.

— Похоже, большой отряд, человек тридцать, — Ланож тоже встал. — По коням?

— Ага. А то застанут нас рядом с трупами — вздернут на ближайшем суку.

Мы припустили бегом к стреноженным коням, оставленным рядом со сваленными в кучу трупами. Хоронить охранников было некогда, мы просто закидали их ветками.

Ланож вскочил на серого жеребца, показавшегося ему самым достойным из пойманных, и проверил крепление связки остальных трех коней. Я в точности повторил его движения.

— В порядке?

— Да, можно ехать, Хонор.

— Тихо! — в этот момент с другой стороны рощи проскакал отряд.

Мы некоторое время прислушивались, потом Ланож не выдержал:

— Следом опасно ехать! Заметят — развернутся.

— Тихо говорю! — шикнул я на него. — Услышат — развернутся прямо сейчас!

Ланож заткнулся, и я уж подумал, что все обошлось, как из-за рощи выскочили всадники.

— Хой! — пришпорил я коня, разворачиваясь к Тиботу, прочь от приближающихся.

Тут медлить было нельзя, и мы помчались галопом, уходя от преследователей. Те, впрочем, обнаружив трупы, оставленные нами, собрались и рванули обратно. Видимо, догадались, что случилось что-то с обозом.

— Думаешь ехать за ними? — спросил Ланож.

— Опасно, — покачал головой я. — Развернутся — сомнут.

— Наши — там, — напомнил он.

— Думаю, отобьются. Но перебить всех не смогут, и недобитки опять окажутся между нами.

— Хреново.

— Ага. Что думаешь о Старых горах?

Ланож хитро посмотрел на меня:

— А девок на обоих хватит?

Я расхохотался и хлопнул его по плечу. Зря он мне раньше не нравился. Отличный мужик!

Глава 17. Соур

 Глава 17, в которой Олок и Соур возвращаются в Толор

К Толору мы приехали лишь к вечеру: у одной из повозок сломалась ось, и пока ее чинили, потеряли уйму времени. Встретил нас не кто-нибудь, а мрачный и злой Олок.

— Замок зачем бросил? — первым делом спросил он, подъехав.

Я кивнул на повозки:

— Рабов освобождали, мой граф.

Он посмотрел на повозку, проехавшую мимо. По просьбе кочевников мы открыли двери, и Олок увидел измученных людей.

— Хорошо, что никто не напал, пока вас не было, — сказал он уже спокойно.

Я не стал напоминать, что в замке осталось почти три десятка бойцов и колдун. Успокоился, и ладно.

— Много народу? — спросил он, поворачивая лошадь к Толору.

— Примерно сотня. В основном женщины, дети и старики.

— Понятно. В четвертой казарме размещай. Как закончишь, жду тебя наверху, — он пришпорил коня и умчался.

Странно как-то. Я думал, он развеется в Пиме. Как-никак, свидание с любимой женщиной, танцы… А у него никакого настроения. Видимо, что-то произошло.