Александр Андросенко – Проклятый убийца (страница 73)

— Что ты думаешь об ужине в ресторане?

Это ветер завихряется, или все-таки кто-то идет по траве? Наблюдательность не давала ответа, трава колыхалась в совершенно разных направлениях чуть ли не каждый метр. Бррэтт вдруг сорвался в галоп и промчался через самый подозрительный участок, размахивая кистенем. Встав у края долины, где начинались скалы, он яростно фыркнул.

— А мы сможем вернуться без потери времени? — ответил я ей.

— Судя по всему, нет.

— Тогда, может, завтра?

Ника вздохнула:

— Са-а-аш?

— Да?

— Обними меня.

Я улыбнулся и осторожно обнял ее. Несмотря на то, что едва дотягивался до бедер. По мне, так самое приятно место для обнимания.

— До завтра, — сказала она как-то грустно.

— Приходи пораньше, — попросил я.

— Хорошо, — улыбнулась она.

«Не делай ничего странного! Ложись спать, пожалуйста!» — получил я сообщение после того, как она забралась в палатку.

«Конечно, любимая,» — ответил я и тоже поставил палатку.

Глава 33. «Привал»

— Может, все-таки поужинаем нормально? — спросил кентавр, видя, что я собрался нырнуть внутрь. — Я тысячу лет не сидел у костра на свежем воздухе. В буквальном смысле этого слова.

Я усмехнулся невеселой шутке, а потом подумал, а почему бы и нет?

— Очисти пятачок земли от травы, — попросил я. — Готовить умеешь?

— Я живу один, — напомнил Бррэтт. — Угадай, умею ли я готовить?

— Все, понял. Держи! — я бросил ему ранее конфискованную тушку кролика.

Кентавр деловито погреб копытами метрах в пяти у входа в палатку, немного покрутился и постучал вокруг, организовывая примятый круг травы.

— Найди пару плоских камней, — попросил он и показал размер. — Вот таких примерно! А я пока схожу за водой!

— Только не нарывайся на приятности, — попросил я и, отложив карту, за которую принялся вновь, направился к склону.

Мои мысли по-прежнему вертелись вокруг Ники и ее команды. Кто ей эти орки? О том, что они не старые друзья — понятно. Того, что мне рассказа Ника про свою семью, было достаточно, чтобы это понять. Периодические проколы про армию и совместное проживание говорили о том, что вместе с девушкой они не просто так находятся, а с какой-то целью. И то, что она над ними не отказывается поиздеваться, тоже говорит о том, что ей это не нравится. Но кто они? Не похоже, что ее держат в плену. Скорее — почетная охрана, которую приставили даже в игре. Для чего? Ну… Скажем, чтобы к ней не прицепилась какая-нибудь мутная личность, которая будет пытаться раскрыть ее местонахождение. Будь на моем месте какой-нибудь шпион от тех, кто завалил ее отца — у него бы уже была информация о часовом поясе, в котором можно искать девушку. Если поискать список воинских частей в том секторе и сопоставить информацию о заказах игровых коконов по этим адресам на примерное время пропажи Вики…

Я подобрал камень, который мне показался подходящим, и еще раз внимательно осмотрел склон. «Свежий оползень» — Наблюдательность подсветила небольшие группы камней, сдвинутые по сравнению с прошлым осмотром. Вместе они собирались в весьма прерывистую дорожку, чуть в стороне от нашего спуска. Все-таки Бррэтту не зря казалось, что за нами следят? Я наклонился за вторым камнем, перебирая в уме возможности, которые у меня были. Если уж на склоне, напрямую глядя на противника, я его не видел, то он точно более высокого уровня, причем намного. А значит, лучший способ, привлечь тех, кого он не обманет. Ну, и… обсудить кое-что можно будет.

«Маур, нид хелп, срочно! У меня хвост!» — написал я и прикрепил координаты, после чего продублировал сообщение Ване.

«Топор приготовил? Сейчас отрубим!» — мгновенно ответил Маур.

«Приглашай, щас организуем отстрел хвостов!» — через три секунды написал Ваня.

Я выслал им приглашение на телепортацию, достал свиток призыва… И в этот момент меня застанили!

Еще через секунду — накинули сеть, стянули руки, и заклеили рот. Финальным штрихом был мешок, надетый на голову и связанные ноги. Когда стан упал, я рухнул на траву и принялся дергаться, издавая мычание и любуясь на системное сообщение:

Вас обездвижили!

Вы в плену!

Если вас удерживают дольше 1 часа, вы можете обратиться к Вестнику!

59:59… 59:58… 59:57…

— Полежи тут, малыш, — прошептали мне в ухо и похлопали по плечу. — Я скоро вернусь, только конины отведаю…

Я активировал сообщения, но их функционал тоже был заблокирован! Я взвыл в голос, кляня на чем свет полное погружение. Будь я в коконе, уже давно по скайпу бы всем сказал, что происходит…

Все, что мне оставалось — это трепыхаться и ждать. Путы не поддавалаись. Обращаться к Вестнику до истечения хотя бы часа плена не было смысла. Я вслушивался, но ни воплей Бррэтта, ни звуков схватки так и не услышал, до тех пор, пока меня не схватили и не понесли. Может, кентавр жив?

— Да не дергайся ты, ничего с тобой не сделают, мелкий, — успокаивающе произнес все тот же голос.

— Не пострадает твоя анальная девственность, малыш, не ссы так, — добавил кто-то еще.

Я забился в два раза активнее. Что-то мне подсказывало, что претендентов на мою задницу после этой истории будет раза в три больше, чем до нее. А ведь я ее почти обезопасил!!!

Меня бросили на траву, сдернули мешок и подняли за рог.

— Вот, как договаривались, Нагибатель, — сказал тот, кто меня пленил.

Я взглянул в глаза игроку и выругался про себя. Кто такой Зертал Дайтус из клана Серых Сорок я не знал. Как не знал и никого из десятка стоящих рядом с ним. Запись в режиме плена не велась, поэтому я старался запомнить все имена, что видел. И заодно обстановку — потому что я больше не был в долине. Помещение, в котором меня встречали, могло быть где угодно — как в пещере в минуте хода от этой самой долины, так и в каком-нибудь подвале замка, вырубленного в скале. Или даже в той самой деревне, которую мы проходили последней.

Иконка сообщений взволнованно замигала, но открыть я ее не мог.

— Поставь его, и можешь идти, Ркгхан Мрачнозлобный! — произнес Зертал. Таааак, один прокол есть! Будет, за что зацепиться при последующем расследовании инциндента.

Со стороны держащего меня игрока раздался смешок:

— Чтож… Будем считать, что мы в расчете… До нескорой, надеюсь, встречи, Константин Валерьевич!

Меня бросили на пол, а Дайтус выругался:

— Вот… скотина, — буркнул, обращаясь к своим. — Проследите за этими дибилами.

— Есть, сэр, — ответил эльф, и напротив меня осталось всего три игрока.

Все они, как на подбор, были в шмотках, которые, наверное, меньше, чем на 250-м уровне не оденешь, слишком уж уникальными выглядели. А вот игроки, наоборот, ничем, кроме имен, не выделялись. Белые мужчины, в глухих доспехах, единственное, что я мог разглядеть в их лицах — цвет глаз. У всех он был голубой.

— Ну, Нагибатель, рассказывай, — наконец, произнес Дайтус.

— О том, как я до такой жизни докатился? — поинтересовался я, почувствовав, что могу говорить.

— Кому это интересно? — отмахнулся он. — Рассказывай, что тебе надо в наших горах.

Прямо скажем, такой смены темы я не ожидал:

— А с чего это ты решил, что это ваши горы? — поинтересовался я.

— С того, что здесь спрашиваю я, Нагибатель, — спокойно ответил он. — Согласись, не будь эти горы нашими, ты бы тут не оказался. Итак, что тебе надо в наших горах?

— На них не написано, что они ваши! — ответил я и забросил крючок, чтобы узнать судьбу своего НПС. — Горы, как горы. Я здесь кентавра выгуливал, а вы его убили.

— Убили Бррэтта? — Дайтус нахмурился. — Жаль. Я такой команды не давал… Но ты сюда не его выгуливать пришел.

— Как раз для этого я сюда и поперся!!! — разозлился я.

Игрок вздохнул:

— Ладно, зовите сюда Мартина, — бросил он своим. — Насколько у тебя ощущения выставлены, а дружище? Процентов пять есть хотя бы? Или все-таки ты нулевщик?

— Не может он быть нулевщиком, — ответил воин, стоящий слева от Дайтуса. — Процентов десять, думаю есть. Он же скрытень, чем больше процент, тем больше информации он получает от системы. Может быть, даже двадцатка.

— После того, как я познакомился с Бррэттом, я благоразумно выставил все ощущения на один процент, — ответил я. — Так что как бы вы меня не пытали, максимум, что я почувствую — просто щекотку.