Александр Андросенко – Наемник номер триста (страница 7)
– Есть, сэр!
– Капитан, по готовности выполняйте прыжок!
– Есть, сэр!
– Свободны, сержант. Я вызову вас при необходимости.
– Спасибо, сэр, – Иванов вышел.
Сергей опустил в кресло, сжал подлокотник, глубоко вздохнул, и проговорил:
– Ну что, долго еще будем играть в устав?
Капитан скупо улыбнулся и развел руками:
– Некоторым нравится.
– Я не против. Но не на мостике. От нас зависит функционирование отряда, и выслушивать бесконечные «есть» и «так точно» я не планирую. Если кого-то коробит от имени, «сэр» меня вполне устроит. Вопросы?
– Курс проложен, сэр! – Морита вывела его на общий голостол.
– Начинайте разгон, капитан.
Ксенакис кивнул и проговорил по общей связи:
– Готовность к старту тридцать секунд, всем занять места по штатному расписанию! – потом, повернувшись к навигатору. – Прыжок на Сольберт-2, Биноттно.
Тот надел шлем и слился с кораблем.
* * *
Управление космическим кораблем, заходящим в гиперпрыжок, разительно отличается от полетов на истребителе и, тем более, боев, хотя и они умеют использовать гиперпространство. У прыжковых пилотов даже профессия другая – навигатор, и заключается их пилотаж в строгом соблюдении курса, проложенного штурманом. Причина – в особенностях используемого свойства антигравитационных двигателей.
Результаты первых гиперпрыжков во многом случайность не меньшая, чем вообще использование антигравитации в точках равновесия, но практически сразу математические модели показали, что точка выхода зависит от направления входа. То есть, направляясь, скажем, на «Сольберт-2» «Удачливый» разгонялся так, чтобы нос был направлен строго на точку выхода. С учетом того, что максимальная дальность прыжка зависела только от наличия на нужном направлении точки равновесия, улететь можно было очень далеко – вплоть до того, что так и не вернуться, удачно прыгнув, скажем, на стодвадцать тысяч световых лет, в другую галактику. Длительность прыжка тоже варьировалась, в среднем отнимая от 6 до 8 часов на один парсек, и с чем это было связано, до сих пор не открыли.
Исчезновения кораблей не были редкостью, и далеко не всегда списывалось на пиратов. Ошибки случались, и не всегда были связаны с навигаторами, штурманы тоже лажали. Сергей лично дважды отправлялся в пустоту на учебных полетах, а еще трижды – к черту на кулички, промахиваясь мимо ближайших точек выхода, поэтому наличие опытной связки штурман – навигатор было главным залогом успешной гиперпространственной навигации.
Пока навигатор выводил «Удачливого» на прыжок, Сергей залез в информационную систему корабля, синхронизировал ее со своим коммом и продолжил наблюдение за экипажем.
Голограмма, показывающая корабль, медленно ползущий по траектории, привлекала внимание только капитана и Сергея, штурман уже повернулась перекинуться парой слов с Таргуновым.
– Что скажете, Сергей? – спросил Ксенакис, показав на голостол.
– О полете? – Сергей бросил взгляд на навигатора. – Думаю, если бы что-то было не в порядке, вы бы уже что-то сделали?
Капитан расслабился и сел в кресло. Сергей тоже слегка откинулся. Чем естественнее они будут себя вести, тем лучше. Чем больше они думают, что они знают о нем, тем лучше.
Пока что у него неплохо получалось изображать лопушка, сорвавшего джек-пот. На самом деле, даже Иванову доверять не стоит. Единственный, к чьем отношении к себе он был уверен, так это Киану Тейлор. И тот Сергея, определенно, ненавидел.
Ничего, не впервой.
* * *
Первым делом Сергей утвердил расписание: три приема пищи, два учебных периода – утренний и дневной, вечером – свободное время, которое можно скоротать в кают-компании или с друзьями. Сам он только первый день провел, знакомясь с кораблем и личным составом, а потом тоже занялся тренировками.
Сергею казалось, что контролировать необходимо все. Особенно – «пьяную эскадрилью». У Лихтиони чуть инфаркт не случился, когда Кер зашел в раздевалку, где они переодевались перед началом работы на эмуляторах. Тая Титкова, командир второго крыла, скомандовала:
– Смирно! – вытянувшись по струнке.
Сергей тут же выдал:
– Вольно! – и спросил. – Готовы?
– Да, сэр, – майор, пришедший в себя, посмотрел на него. – Какое задание отрабатываем?
– Заяц, волк и капуста, – ответил Сергей, усмехнувшись. – Данные уже загружены.
– Кто командует?
– Вы, майор. Я буду вторым ведущим во второй звезде.
Лихтиони помрачнел. Еще бы, не понять, что это задание – проверка его профпригодности, было нетрудно. От веселой атмосферы, царившей в раздевалке до прихода Сергея, не осталось и следа. Через пять минут все уже загрузились в учебные камеры. Сергей влез в свою последним. Бегло просмотрел брифинг.
Цель: патрулирование системы Альфа от пиратов, защита куполов терраформирования на Альфа-2 и Альфа-3 и шести автоматических заводов в поясе астероидов расположенном между этими планетами.
Противник: корабли пиратов были трижды замечены возле автоматических заводов, два раза у самого дальнего под номером 6, еще раз – у номера 5.
Позывной: Невидимка-10.
– Запускайте эмуляцию, майор, – скомандовал Сергей.
– Да, сэр, – ответил майор.
Кер надел шлем и оказался в привычной кабине истребителя. Эскадрилья находилась у космической трансляционной станции на Альфа-2.
– Невидимки, слушаем внимательно, – тут же послышался голос Лихтиони. – Первая тройка – остается на Альфе-2. Вторая и третья пары берут на себя заводы. Последняя тройка – за вами Альфа-3. Занять позиции для патрулирования и обнаружения противника, соблюдать «нулевой режим». Выход на связь – по обнаружению противника.
– Приказ понял, – ответил Сергей, передал ведомым – «следуй за мной» – и отбыл к Альфе-3.
«Невидимки», занимающие свои боевые посты, постепенно пропадали с экрана радара. Сергей фиксировал их последнее местоположение в памяти, чтобы потом не дергаться.
Прибыв к планете и облетев ее, чтобы убедиться, что никто не прячется в «тени», он завис так, чтобы видеть на радарах все девять объектов системы – оба купола, шесть заводов и одну станцию, после чего «обнулился», вырубив все системы. Секундой позже, то же самое сделали «Невидимка-8» и «Невидимка-9».
Конечно, в настоящем патрулировании самая главная опасность – скука и сон – подстерегает пилота именно после перехода в «нулевой режим». Это в эмуляции компьютер выжидает всего две-три минуты до выдачи первых вводных, а в реальности аэрокосмические истребители могут так висеть сутками.
Сейчас скука не грозила, обычного для таких случаев перекура система не дала:
– Невидимка, я Невидимка-4, вижу три корабля противника, приближаются со стороны надира к заводу номер шесть. Разрешите атаковать?
– Атакуем, четвертый! – отдал приказ Лихтиони.
Сергей подавил возглас недоумения. Общепринятым решением в таких ситуациях было пустить в атаку обе пары, не раскрывая основные силы. Именно для этого Лахтиони и остался у Альфы-2, вести координацию, маскируясь рядом с фонящей на всех частотах трансляционной станцией. Но, немного поразмыслив, Кер и сам решил, что майор выбрал наилучшее решение: три корабля – весомая сила, лишний истребитель для прикрытия не помешает, а при ведении боя, необходимость маскировать передачи отпадала.
Корабли противника, ожидаемо, развернулись и принялись удирать, причем в разные стороны, один рванул к Альфе-1, второй обратно в надир, а третий – к зениту.
– В атаку, четвертый, перехватите того, который пошел в зенит! – скомандовал майор, а сам повернул к тому, что уходил в надир и включил максимальное ускорение.
Аэрокосмические истребители принялись сокращать расстояние до противников, но постепенно дистанция более-менее стабилизировалась: пираты тоже шли на максимуме. По подсчетам, которые вывели на голограмму, перехваты должны были произойти через двадцать три и сорок шесть минут соответственно. А через двадцать минут случилось неожиданное: из тени Альфы-1 появился гражданский грузовой корабль. Пират, уходящий к нему, тут же скорректировал курс на абордаж, а космос взорвался сигналом SOS.
– Твою мать! – выругался Сергей.
Он уже понял, чем все это закончится. Время перехвата грузовика пиратом составляло примерно восемнадцать минут.
– Шестой, спасай SOSуна, – скомандовал Лахтиони.
Невидимка-6 и Невидимка-7 мгновенно стартовали. По графику перехвата, им требовалось тридцать семь минут, чтобы добраться до пиратов.
– Satana vittun perkele*(@баный черт), – выругался Невидимка-4.
– Tuki vittu**(@бало завали)! – осадил его Лахтиони.
– Минутная готовность, до атаки, – тут же парировал «четвертый».
Сергей впился глазами в голограмму. Вариативность атак для аэрокосмического истребителя невелика: ракеты да лазеры, причем против относительно большого пирата, да еще и на предельной дальности, имело смысл использовать только ракеты.
– Шестой, спуртуй, не тяни, – прорычал тем временем майор. – Если ты думаешь, что таким черепашьим ускорением их догонишь, ошибаешься.
– Да, сэр, – Серегею показалось, что голос Таи дрогнул. – Максималка, седьмой!