Александр Андросенко – Наемник №300 (страница 55)

Когда он проходил мимо медотсека, его дверь открылась. Вагнер дернулся навстречу, прижался лицевой панелью скафандра к лицевой панели Кали, и заорал:

— Пожалуйста, не стреляй! Я не причиню тебе вреда, корабль уничтожен, давай спасаться вместе!

Андроид действовала не менее быстро, чем он сам, успела вытащить бластер, но не выстрелила, остановившись в последний момент.

— Шаг назад, или я сделаю у тебя в животе дырку! — приказала она. — Быстро!

Вагнер немедленно отшагнул, реакция андроида его неприятно удивила своей скоростью. Интересно, если бы он попробовал свернуть ей шею, успел, или нет? Он поднял руки, демонстрируя мирные цели.

Кали активировала связь с его скафандром нажатием на сенсорной панели где-то на плече, и Мэтт услышал ее голос:

— Вагнер, ты? Что тут делаешь?

— Дверь перекосило взрывами, я вышел. Ищу спасательную капсулу!

— Их тут нет, не ищи, это военный корабль. Единственный шанс — добраться до ангара и попробовать угнать что-то имеющее двигатель, хотя бы гравитационный. Двигайся в трех шагах впереди меня и не делай глупостей. Я буду говорить, куда идти.

— Понял, мэм, — когда было необходимо, Мэтт умел быть послушным.

— Давай, налево по коридору, и побыстрее, этот корабль не вечен, — Кали повела бластером в нужную сторону.

Вагнер ускорился, и хотя перемещение на магнитных зажимах трудно назвать удобным, развил приличную скорость.

— Не так быстро, — попросила Кали.

К его удивлению, она проверяла некоторые каюты. Впрочем, одну из них он узнал и сам — Михайловой. В нее Кали даже зашла, а не просто глянула с порога, взяв какое-то оборудование. Мэтт и сам полюбопытствовал, но Наемника внутри не было.

— Все, бегом, — скомандовала Кали, когда они вышли. — Экипажа на корабле больше нет.

Они быстрым шагом прошли поворот… и… вышли к огромной пробоине. Коридор обрывался, выходя в космос. Звезды крутились по замысловатой траектории, а совсем недалеко, метрах в пятнадцати, на другой стороне пробоины, был виден еще один человек в скафандре. Он распластался на внешней броне корабля, держась за нее обоими руками.

— Давай, к нему! — скомандовала Кали. — Сможешь?

— Да, конечно, — Вагнер криво усмехнулся. Кто еще сможет, если не он.

Полеты в разведкомплекте не просто развивали пространственное мышление, его практики хватало, чтобы мгновенно продумать наиболее простой способ добраться до нужного места. В данный момент это было простое движение по броне, при таком бешеном вращении полеты были безумием.

— Что с ним? — спросил он, аккуратно перебираясь из коридора на обшивку корабля. — Почему он не двигается?

— У него нет магнитных зажимов! — ответила Кали. — И ног.

— На связь не выходит?

— Нет. Давай быстрее?!

— Если хочешь — беги сама. Я не хочу закончить как она.

— Не будешь шевелиться — закончишь хуже. И гораздо быстрее, — в голосе андроида послышалась угроза.

— Все, бегу, бегу, — заверил Вагнер, продолжая, тем не менее, очень аккуратно обходить торчащие по все стороны арматурины.

Кали тоже особо не спешила. Космос беспощаден к тем, кто ошибся. При разгерметизации скафандр вполне способен самостоятельно загерметизироваться в меньшем пространстве. Отрезав, например, конечность, и накачав тебя наркотиками, чтобы ты мгновенно не отключился от болевого шока. Ну, а что бывает с теми, кто лишится ног на погибающем корабле, было явно видно на примере.

Вагнер понял, кого они нашли, еще метров за десять до цели: и по внешнему виду, и по действиям Кали. Андроид кинулась вперед с радостным вскриком, обогнала его и быстро нажала активацию связи.

— Кто с тобой? — спросила Михайлова.

— Это Вагнер, мэм. Нашла его по пути сюда. Он единственный, кто спасся.

— Не единственный, бой в космосе еще идет, — ответила Светлана.

— Что с ногами? — спросил Мэтт, подходя поближе. Можно было сказать, что Михайловой повезло: судя по всему, герметизация отсекла не больше пятнадцати сантиметров поверх того, что уже не было.

— Неудачно приземлилась, когда гравитация сошла с ума. Железяки выдержали, а бедренные кости — нет… — чуть помолчав, Светлана добавила немного изменившимся голосом. — И система поддержания жизни отсекла критические органические повреждения.

Кали некоторое время помолчала, глядя на Михайлову, но никаких команд не поступало. Светлана смотрела на звезды, среди которых носились яркие огоньки, иногда ярко взрывающиеся фейерверками. Вагнер, недоумевая, что же там так ее заинтересовала, вгляделся, но ничего не понял. Было слишком далеко. Кроме того, что шел бой, никаких данных из этого извлечь было невозможно.

— Может, пойдем, наконец? — предложил он. — Ты, кажется, говорила про восемь минут. Скоро половина из них пройдет.

Михайлова промолчала. Кали еще раз посмотрела на нее, на Мэтта, и, наконец, решилась:

— Понесешь командира, Вагнер, — приказала она. — Светлана, обхвати его за шею сзади.

— Это бесполезно, двадцать пятая, — ответила она. — Мы все тут сдохнем.

Вместо ответа Вагнер взял ее за руку. Михайлова уверенными движениями перебралась ему за спину, демонстрируя, что несмотря на фатализм, до последнего цепляется за свои шансы. Кали перехватила их обоих за пояс страховочным тросом, чтобы Наемник точно не улетела.

— За мной, — сказала андроид, и быстро пошла поперек корпуса, отдаляясь от пробоины.

Михайлова хмыкнула и поинтересовалась:

— А у тебя есть гравгранаты, чтобы пробить корпус, когда мы будем у ангаров?

— Будем надеяться, что найдем пробоину и там. По коридорам уже точно не успеем, — ответила Кали. — Ты ведь тоже поэтому полезла на броню?

Наемница промолчала, наблюдая за боем в космосе. Ей казалось, что это рвутся не просто мины, на которых космопехотинцы смогли сбросить идентификационные коды «свой-чужой».

Шелдону-21 нравилось быть космопехотинцем. Бронекомплект был относительно универсальным боевым средством, и после установки и изучения комплекта обучающих программ, андроид с двойным энтузиазмом осваивал его практическое применение. До сегодняшнего дня.

Когда он повел свою вереницу из десяти мин для вывода на боевое дежурство по охране мира и спокойствия в системе, никто не ожидал, что предатель так подло уничтожит корабль-носитель. По протоколу, при попадании паролей «свой-чужой» к противнику, они немедленно сбрасывались, достаточно было ввести соответствующий код. В каждую мину. Вручную.

Шелдон считал себя быстрым и активным, и справился с этой задачей за две минуты, но три мины уже стартовали к целями, когда он закончил перепрограммирование последней из них. Не замедлили начать действовать и другие.

Некоторое время андроид думал, что делать, но потом опомнился. Прочно вцепившись в последнюю мину, он стал ждать, наблюдая за тем, что происходит. Глупо было надеяться, что мины что-то решат в бою, но они хотя бы отвлекли противников от добивания «Весельчака Пита». Во всяком случае, Шелдону показалось, что он видел аэрокосмический истребитель, вначале вывалившийся из какой-то дыры корпусе, а потом все-таки стартовавший, после пары попыток запустить двигатель.

Истребитель, ожидаемо, унесся в направлении транспорта, предательски сбившего их корабль-носитель, а мина Шелдона стартовала. Он вцепился в корпус, ощущая, что еще чуть-чуть — и даже прочнейшие захваты бронекомплекта не выдержат ускорения. Корабль противника приближался, и по мине открыли огонь. Та принялась совершать непрогнозируемые маневры, играясь с ускорением и направлениями, и Шелдона мотало, как стакан в проруби. Или как-то по другому, он почему-то не смог сразу вспомнить это идиоматическое выражение, потому что прикусил язык и, кажется, растянул все мышцы и связки на обоих руках и ногах.

Мину почему-то не никак не могли сбить, хотя вели огонь из всех лазеров. Немного погодя, когда мина легла в хвост преследуемому кораблю, попав в мертвую зону, до Шелдона дошло, почему: энергощит его бронекомплекта был просажен в красную зону. На минах не ставили дорогостоящей защиты, ее использовали только для сохранения бесценных человеческих жизней.

Впервые у Шелдона появилась мысль о том, что не все потеряно. Одной мины, конечно, не хватит, чтобы сбить эсминец. Но ведь он тоже боевая единица. А что может натворить один космопехотинец на корабле противника он видел в десятках из многочисленных инструкций по захвату техники противника. И в парочке голофильмов.

Мина медленно настигала эсминец «Молниеносный». За три секунды до предполагаемого взрыва, Шелдон отцепился от мины, включил ускоритель на бронекомплекте и, по мягкой дуге обогнув двигатели, приземлился на корпус, немедленно вцепившись в него всеми захватами.

От взрыва он потерял сознание, но удержался.

Шестая ненавидела свое имя. Почему Первый — Давид, победитель Голиафа? Почему Двадцать Пятая — Кали, индийская богиня смерти? Почему Одиннадцатая — Инари, японская богиня изобилия? Почему создатель придумал ей такое отвратительное имя — Лариса?

Несмотря на это, умирать ей не хотелось, поэтому, сумев выбраться из ангара на единственном оставшемся целым истребителе, она благоразумно погналась за «Стремительным», быстро удаляющимся в сторону от четырнадцати эсминцев противника, появившихся из ниоткуда. Пилот истребительного транспорта понял, что за ним охотятся, и еще прибавил ходу, запустив по ней три ракеты.