Александр Ананьев – Книга седьмая. Любительство (страница 9)

Тогда в июне 2021 года встреча приключилась на фоне творческого подъема после преодоления весеннего длительного воспаления в спине. Когда два месяца донимает болезнь, мы чувствуем упадок сил, что закономерно вызывает их прилив по выздоровлению. Начинался подъем в разных отношениях, в том числе в творческом, в работе над шестой книгой, а также в делах Идущих Концепта, созидающих в своей жизни бесповоротные и бесконечно мужественные перемены. С двумя из них мы находились в завершающей стадии продажи проблемной недвижимости, над которой работали последние месяцы.

Все тихо мирно, спокойно, и тут вот оно, точнее она. Я буду упоминать ее как Юля Г., поскольку еще задолго до окончания книги она уйдет, уступив место эмоциям расчлененного одиночества, а чуть позже и другим женщинам вплоть до Дианы. Танец с Юлей Г. окончен в конце мая 2022-го, и теперь, спустя годы уже можно рассуждать.

Встреча с Юлей Г. состоялась в разгар финального редактирования текста шестой книги. Когда ты делаешь то, что любишь и любишь то, что делаешь, прочие события складываются уже вокруг этих процессов. Нет нужды бегать в мучительных исканиях или роптать от нашего уже пресловутого “вакуума остановки событий”. Что-то происходит, когда наступает момент, и он вовлечет тебя точно.

Любовь, как таковая предполагает деятельную активность в отношение того, что любим. Или того, кого любим. Любить – значит работать в этом, значит развивать и развиваться, значит созидать внутри и вовне; не тащить, но отдавать в широком смысле. Во всех смыслах. Говорить о любви недостаточно, необходимо именно действовать во имя любви, в ее векторе, пусть даже без слов любви.

И во всем этом, безусловно, первостепенно сохранять осознанность процесса, свой интерес, без которого любви нет места. Во взаимодействиях людей нередко звучат слова, что некоторые вещи не обязательно озвучивать именно словами. И это в особенности касается мужчин, мол следует подтверждать действиями, а то и на этих самых действиях ограничиться. Без слов. Махровая лирика не к лицу мужчине, она зачастую отражает внутреннюю неуверенность, слабость попадания в очередную зависимость. Есть такое мнение, за которое я особо благодарен Юле Г. (она многому научила).

Действия, подтверждающие или олицетворяющие любовь используем в широком, порой даже абстрактном смысле, где есть место терпению, принятию, пониманию, но главное – осмысленное разграничение жизненного пространства. Дело также и в том, где пространственно ты находишься, ведь сохранять себя, жизненный распорядок и автономию пребывая в гостевом режиме на чужом поле – вещь сомнительная. Так что это вопрос бытового значения, сильно прикладной, и вот с этим не все так просто. Просто всегда в теории, где-то в книжках или в рассудительных отвлеченных речах.

Разумеется, дело еще и в жизненном опыте, через призму которого человек воспринимает происходящее, а еще в паттерне привычных реакций. Когда мы привычны в определенных ситуациях вести себя определенно, вылезти в парадигму иной реакции сложнее год от года. Фактор внезапной влюбленности также из воздуха не берется, он неизменно вытекает из текущей совокупности личных качеств, и, понятное дело, из конфигурации бодиграфа.

Может, еще эта совокупность факторов имеет отношение к возрасту. Может. А может – к уровню достигнутых состояний и жизненного опыта, который усредненно формируется к определенной отметке в паспорте. В любом случае, все это относится к личной силе, стержню, навыку распознавать и ограничивать слабости, чего бы они не касались. Любовная зависимость – однозначно одна из сильнейших, может сильнейшая, сродни героиновой (особенно для открытого СС).

Жизненно необходимо устойчивое сохранение своей жизни именно как своей, вопреки провокациям любых текущих взаимоотношений. Ведь когда мы с кем-то созвучны, когда резонируем, бывает не так просто отличить желания и потребности участников, где они живут «своей» головой, а где действуют безрассудно и во вред себе, стремясь угодить или сгладить неровности отношений, хоть личных, хоть деловых.

На тот момент мне предстояло только начать познавать свойственную мне склонность вязнуть в мире другого человека, либо растворять его в своем, что в конечном, да и в промежуточном итоге довольно скоро приводит к взрыву внутреннего возмущения. Променять жизнь, на наркоманские романтические кайфы соблазнительно, зато всегда разрушительно, а вот узнать баланс и выдерживать его придется научиться. Совсем обделить себя энергией любви – такая же безрассудная слабость, как и потонуть в ней.

И это проблема, ведь ты вдруг попадаешь в поле, где решительно нет места рассудительной осознанности. Только взгляд со стороны может дать оценку происходящего и степени утраты самообладания, если он (взгляд) есть, потому как в ином случае остается только путь проб и ошибок. Как обычно: долго и мучительно, зато по-честному, весело и наверняка.

деньги, секс и мой исход

Когда-то прежде мне всегда виделись скептически подобные истории, где пламя влюбленности в личных историях (или алчности в деловых) сметает основы здравомыслия, взвешенного отношения с партнером, допустимости в обращениях, да и хоть какого-то анализа возможных последствий. “Когда-то” имеется в виду, когда ты сам вне пожарища, когда ты являешься сторонним наблюдателем чужого процесса. Как, например, сейчас весь мир беззаботно наблюдает за испепеляющими пожарами в Лос-Анджелесе, где выгорают престижные районы площадью с Москву.

А ведь со мной такие штуки происходили не единожды. Миром правят Деньги и Секс во всей широте их проявлений. В последние годы внутри и снаружи меня идет убойная реконструкция по данным направлениям. Вспышки эмоционального помешательства на почве влюбленности и корысти случались постоянно, когда что-то клинит в голове, и я лезу во всяческого рода авантюры.

Представляете внутреннее возмущение, когда Диана мешает мне разуваться и класть ноги на стул в ресторане! Я хренов еретик, уже сжег столько своих жизней, перешагнул почти все законы России, Индии, часть в США и еще ряда стран, а тут двадцатичетырехлетняя (но очень стоящая) женщина вопит за аморальное поведение в ресторане. Свидание тогда, прямо скажем, не заладилось, и уходили мы порознь.

В сущности, сейчас в январе 2025 года я только начинаю въедаться разумом в понимания, что иначе вовсе не умел никогда. Примерно так начинались отношения с женщинами или партнерские деловые. Что-то загорелось вдруг, и обеими ногами в жир. Может времена были такими, где думать обстоятельно, прагматично и взвешенно было не модно.

Я ведь взрослел в конце 90х, когда лихая шумиха отзвенела, зато на первый план выходила романтика цивилизующихся гангстеров. Мы росли под каким-то культурным акцентом на престижность коротких и силовых решений в текущей перспективе без завтрашнего дня. Серая хворь из фильма «Брат» переходила в проблески «Брат-2», «бумеров» и «бригад», где хулиганский образ жизни выходил из угрюмости в светское мерцание.

Тот блеск манил и нас со всех дворов, пусть не всех так яростно, но некоторых забирал плотненько. Такая странная предрасположенность сидела во мне и некоторых других. Наше поколение (особенно 1984–1988) выросло оттуда, но стали заложниками бандитско-предпринимательского клише далеко не все. Серенькие фильмы Юрия Быкова продолжали снимать и позже в нулевых, как и сейчас этот его похабный сериал «Лихие». Девяностые и нулевые наложили отпечатки, болезненно пылающие для самых отчаянных и неустроенных. В тех рядах где-то был и я.

Взять звеняще-шелестящую и визжаще-брыкающуюся добычу здесь и сейчас силой, хитростью и отвагой, как подобает нормальному мушкетеру или кочевнику-захватчику. Я не земледелец и не торговец, как показали годы и заставляют признавать текущие дни. Сейчас меня пронизывает унынием одна только мысль о построении твердого бизнеса и взращивание его поколениями, сидя в родном колхозе.

Мой удел – интриганство, безрассудная смелость, еретическая экспансия, доблесть, политика, и власть. «Молодые и злые» – все тот же девиз и песня Триады, каким он был в 20-ть. Занимательно, насколько цикличной может быть жизнь, откинувшая меня теперь в мои 38 обратно к той самой двадцатке по уровням энергии, бесстрашия и готовности брать любой ценой.

Снова формула «get rich or die trying» – так я и буду жить, а финала выходит только два: безвестная погибель в пути или упрямое торжество у вершины пищевой цепочки (верхний 1 % американцев). Моим стилем всегда была мягкая, бумажная, организующая, изворотливая, и какая-то змеиная сила. Беззвучно появиться, окутать, заглотить и уползти подальше. Имея в виду урожденную селезеночную интуитивность вместе со свойством неприкасаемости, железной волей и безграничной верой в себя – будем брать второй сценарий.

Будет занятным перечитать эти строки спустя лет десять или лучше двадцать, хотя и тогда, оканчивая двадцатую и тридцатую книги, я буду полон страсти и дыхания молодости, всегда готов к еретизму решений и полету дерзких фантазий поперек морали, здравого смысла и общего порядка вещей. Только уже на том масштабе.

уходящий коллективный мир

Если говорить об игрищах инверсии доминирования, то брачно-семейный расклад вполне популярен. Мужчин, в большей степени выращенных мамой, частенько прибирают под каблук другие женщины, а продолжается этот театр неутешительно и закономерно. В итоге страдают оба, но по недостатку осознанности и понимания происходящего, спираль вертится неуклонно, и кажется, неизбежно. Кто-то за жизнь не сумеет разомкнуть цикл, чтобы зайти на новый круг, а кто-то ходит этими кругами, раз за разом мыкаясь в те же грабли с упованием обрести более совершенный объект любви.