Александр Ананьев – Книга седьмая. Любительство (страница 18)

Там отдельное пространство, где люди живут по-своему и критических проблем не видят – просто «неприятность». Вспоминаются давние деньки, когда на первых курсах университета Саня завел привычку влюбляться в стриптизерш, и мы дружненько так таскались по всем закоулкам миров ночных бабочек. По мере углубления отношений и усиления торнадо, наивного любителя всасывает воронка и ночного мира.

Становишься заложником чужого блядства, хотя может и вовсе не подготовлен к потрясениям подобного рода. Те люди годами выжигают чувствительность, человечность, и эмпатию всякого рода. Душа черствеет, рубцуется и в таком изгаженном виде теперь может выносить все тяготы ночного марсианства. Конечно, мало кто называет вещи своими именами, у всех там «просто работа», масса оправданий и благородных побуждений, ради которых стоит потерпеть еще чуть-чуть.

Говорить о перспективах такой жизни излишне, но как не говорить, когда это происходит не только с близким человеком, а уже и с самим тобой? Ведь ей по барабанку, ей наплевать, там уже кожа, как у носорога, а меня трясет единая мысль проснуться среди ночи и увидеть сообщение об очередной «неприятности». Случается дилемма, где твои соображения о недопустимости такого образа жизни встречаются вокзальной матюгальней, и прикрываются глубокой личной духовностью.

Мол, ты смотришь на поверхность, а я не такая, я беспощадно и православно верующая (Юля Г.) или бесконечно ведически духовная (Ди) женщина. Бесятина настолько затмила сознание, что женщины убежденно видят единственной проблемой только мою буйную фантазию, которая «накручивает то, чего нет», что это я не вижу ее «настоящей», и значит не понимаю ее. Как мы знаем из прежней книжки, если называть автомат плюшевым слоником, он все равно будет плодить смерть, а не рождественское умиление.

По счастью к моменту знакомства Юля Г. прилично сместилась в сторону религиозного благочестия, хотя и продолжала жить за счет отца ребенка. А мало кому нравится зависимость, и потому внутренние конфликты постоянно переходили во внешние, обрушиваясь на близких. На каком-то полуощутимом уровне она, конечно, отдавала себе отчет о качестве прожитых лет, отчего, по всей видимости, и хотела уйти в монастырь. Прожженный настоятель того заведения развернул монашку обратно на Москву, напутствовав там разбираться с жизненными вопросами, а не прятаться в закромах.

Здесь вспоминается также Вика, наша давнишняя знакомая (спасенная в При) еще из первых книжек, с которой мы и прибыли впервые на НГ в Гоа в 2017 году. Она тянулась ко мне, хотела чего-то такого, что влекло и пугало ее саму уже с порога. Говорила, что знает, о чем мои книжки, и потому прикасаться к ним не станет. Зато запросто прикасалась ко мне, вызывая встречную теплоту.

Я не могу судить людей за прошлое, зато могу говорить о настоящем, и с ней была похожая проблема, как сейчас с Ди. Она отказывалась перевернуть страницу, стремясь усидеть на всех стульях разом. Вдруг что. Тогда ведь сидя в (моем знаковом теперь) отеле на побережье юга Гоа, я наблюдал, как Вика проявляла заметный интерес к другим мужчинам. Особенно, когда наше взаимопонимание буксовало.

Как-то раз я предложил ей (в таком случае) продолжить отдых раздельно, и на ресепшн закрыл счет нашего номера. Отважная хрупка женщина в ответ сердечно обиделась, сгребла вещи и под ночь ушла в сторону аэропорта пешком (38 км). Бегать я не буду ни за кем и никогда, поэтому следующий год мы с ней не общались вплоть до следующего НГ 18/19, ставшего снова совместным в Красноярске. Впрочем, это совпадение не перешло в традицию. Она тоже (как Ди сейчас) хотела «серьезных отношений», раз за разом подводя к необходимости ее содержания взамен сомнительной (хотя и очень прозрачной) деятельности. Вика не романтизировала существо текущих бизнес-процессов, мы ведь и познакомились в ходе таковых с ней и ее коллегами.

служба спасателя самопровозглашенного

Есть еще и дополнительный аспект для меня, как для хренова спасателя 5/1. Для меня любить – это, в том числе, вопрос процедурный, значит делать конкретные вещи в сторону любимого человека, делать его совершеннее, способствуя раскрытию созидательного потенциала и пресекая поползновения черноты. Если приходит человек, особенно с запросом на близость, значит там есть колоссальная проблема по-нашему «спасительскому» профилю.

Я вот уже хорошо понимаю, с чем мне предстоит иметь дело, и вскоре выявляю буйную бесовщину, засевшую внутри избранницы. Понимаете, для меня любить – значит действовать на очищение, вызволяя чистую Душу на волю из-под завалов черноты, а не спонсировать ее разрушающее бездействие. Это так печально слышать ультиматумы об оплате за отказ от блядства. «Тогда мне нужен будет другой источник дохода, у тебя есть предложения?»; «и вообще, если ты не предлагаешь мне что-то взамен, то я отказываюсь даже слушать критику моей работы».

Бесовщина довольно легко показывается наружу в ходе провокации. Достаточно начать озвучивать правду, вскрывая лирические прикрытия, где «ну, это просто такая работа, мне же нужны денежки на нормальный бизнес. Это не то, что ты вообразил. Ты не понимаешь, это другое». Это не другое, это все то же извечное противостояние Света и Тьмы, как бы современно оно ни звучало. И сжигали таких тружениц свободного выбора во все времена тоже на раз, как было доходчиво показано в фильме «Малена» с Моникой.

Геену беснующуюся я видел и в отце во время тех баталий, когда был «командирован» на спасение собственных родителей, которые (как выяснилось) тайно и по уши увязли в трясине кухонной неблаговидной зависимости. Все это инструменты не только разврата Души, но и мира теней, куда люди так рвутся и так отчаянно сдаются. Я даже видел Геену в глазах своих маленьких детей при определенных обстоятельствах, когда они лупили друг друга.

Знаете, у человека меняется выражение лица, оно вдруг становится гиеноподобным. Я начал видеть, когда имею дело с засевшим бесом, и хорошо различать с другими состояниями знакомого или близкого человека. В нас (во мне тоже) сидят разные сущности, и временами Душа может подкопить сил для рывка высвобождения от оккупанта. Тогда она подтягивает помощника (вроде меня), заточенного на союзническое содействие.

Нам (по понятным причинам) противостоят такие же агенты Тьмы, еще их называют барыгами, сутенерами, растлителями, табачными компаниями, ликёро-водочными заводами или, скажем, педофилами. Определенная сложность возникает, когда ты начинаешь такое знать за собой, ведь когда ты видишь их, они «видят» тебя.

Попробуйте приехать в любой ночной клуб часа в 3–4 утра, вы увидите о чем я говорю. Там будут полузомби, некоторые из которых уже совсем во власти бесятины, а некоторые просто выглядят наивно опоенными, как новички. Еще нагляднее картина будет, если приехать сначала под открытие часов в 22 посмотреть, познакомиться, а потом вернуться к 3 часам посмотреть на новых знакомых. Вот эти циничные высокомерные, иногда агрессивные взгляды облитых или обдолбанных посетителей выражают царствие черни внутри и угасание света.

Когда в жизни приблизившегося человека, например, женщины появляюсь я, то знакомство движется всегда волнами. Нельзя обнадеживаться симпатией, вниманием и даже влюбленностью, там скоро вылезет оборотная сторона. Нечто теплое внутри нее хочет моего присутствия, хочет погрузиться в безраздельные всепрощающие заботливые объятия, но нечто иное, по мере сближения, начинает явно противостоять.

Словно на тонком плане вижу бесятину через глаза, а она «видит» меня, всеми силами ограждая человека от контакта. Тогда летят обиды, маты и проклятия. Все по одному сценарию, раз за разом, только имена меняются. Да и то не всегда, как вы увидите дальше по «юлингу» и «настингу». Потому что я прихожу с единственной целью – вызволить еще одну Душу из теней.

Или во всяком случае, помочь ей сместить баланс внутреннего «доброзла» в пользу раскрытия, самореализации, жизненной силы и сияния творческого начала. Мне нравится представлять себя в это время светящимся белым паладином с мерцающим мечом, хотя на деле мое оружие и есть взгляд.

Здесь на «острове Гоа» (моей текущей зоне ответственности) «клиентов» хватает. Выбирать, конечно, не приходится, работаем с тем, что есть. Есть и ребята, и девчонки, для одних нужен «соус» товарищества для других – любительства. Иногда приходится понижать частотность через вещества или алкоголь, перемещаясь между тонкими планами на вибрации потенциальных «клиентов», где они обитают.

Кстати, Ди удалось выловить на нормальных, трезвых вибрациях. Поскольку она не пьет, мне не приходилось прогибаться ради установления или углубления контакта. Хотя в ряде случаев даже «наркотическая низина» не помогает подхватить сачком заблудших. Ни трезвые, ни обсаженные они не могут приблизиться, как кошка к ванной.

Так работает профиль 5/1, для реализации спасательского предназначения мы должны сперва заручиться глубокой и понятной симпатией (профессиональной, дружеской или любовной), чтобы нас как бы пригласили, доверились. Хрена с два, пригласили! Это мы сами делаем (особенно манифестирующие спасатели). Иногда от скуки, от одиночества или нереализованности.