Александр Ананьев – Книга пятая. Реформы тела (страница 5)
Учился с подлинной отдачей, зависал в библиотеках, проявлял участливость в образовательных инициативах факультета. Среди таких гуманистических проектов была «Добровольная народная дружина», где студенты-добровольцы прикреплялись к действующим сотрудникам милиции и следовали их служебным обязанностям. Была так же Юридическая клиника, в рамках которой студенты оказывали юридические услуги социально обделенным слоям населения. Славные были времена. Именно благодаря пребыванию в зоне академического обуславливания я сумел выработать в себе навыки самообразования, усидчивости, прилежанию в работе с литературой.
Теперь уже зная азы Дизайна Человека я могу объяснить себе такое свойство пропитываться атмосферой обстановки, в силу открытости в Теменном и Аджна-центрах. Среда пребывания исключительно важна для образа моих мыслей. Попадая куда-то, вскоре я начинаю отождествляться с особенностями мировосприятия и стремиться развивать именно эти идеи. Сейчас я все активнее применяю ДЧ в своей терапии, и вижу, что колоссальное количество людей имеет схожие предрасположенности.
Многие росли в серой среде, но это такой Путь, и частично он общий для всех. Приблизительно таким образом вектор моего жизненного пути круто развернулся, когда в конце третьего курса намерился поехать в США. По пути в Москву за визой встретил ребят асоциальных убеждений и беспечно низкой правовой культурой. Похоже, во мне взыграли прежние стремления и комплексы. На долгие годы с того момента меня вынесло в хулиганские промыслы.
Лишь спустя 10 лет я сумел выбраться из пелены ложных убеждений. Как знать, может время было упущено, а я мог бы добиться собственной корректной реализации, а может тот опыт был необходим для становления во мне определенного ряда качеств. Так или иначе, но стремление к силовому разрешению жизненных неурядиц крепло во мне уже более чем полжизни. Весь этот экскурс имеет в основном развлекательную задачу для меня, но кроме того призван подчеркнуть глубинность закоренелых убеждений. Придется отметить так же, что тяга к физическому совершенству пропала во мне примерно года в 23-24, когда я женился.
Период ближе к 30 годам и после
Насыщенная успешная по тем меркам жизнь благоволила вовлечению в пагубные пристрастия, которые и раньше меня сопровождали. Вероятно, к этому возрасту я стал критически отдаляться от истинного Пути, и внутренние напряжения приходилось гасить ударными дозами спиртного и прочих средств. На фоне постоянных разгульных заграничных вояжей, я все дальше оказывался от спортзала и все ближе к спортбарам. Ближе к 30 годам уже стал запойным алкоголиком, жизнь которого мерилась от понедельника к четвергу, когда начнется очередной загул до вечера воскресенья.
Вот так плавненько мы добрались к ноябрю 2016 года, когда в 31 год для меня приключился досрочный кризис средних лет или как я это называю «первичное пробуждение». Стадия довольно условная, допускаю, что другим людям это вовсе необязательно, они могут не выпадать из осознанности на 10 лет. За это время не прочел ни одной книги, и сумел пропить мозги до такой степени, что едва мог пользоваться памятью. В угаре веселья, которое начиналось часов в 21, уже к часу ночи моя память нередко выключалась до утра. Оставалось лишь пытаться восстанавливать ход событий в «слепое» время, от которого постоянно страдал, обнаруживая себя в неблагоприятных обстоятельствах.
Однако кармически (либо энергетически) мне всегда все сходило с рук, и тогда в ноябре 2016 года я внезапно осознал, что пора менять жизнь в корне. Прочие подробности этого дьяволизма затрагивал в прежних книгах, и буду касаться здесь, но в этой главе остановлюсь на физкультуре. Медленно, но неотвратимо начал шествие к применению анаболических стероидов. Имея неустойчивую мотивацию и слабое здоровье, первоначально я привлек фитнес-инструктора, с которым занимался первые три месяц. Время было нелегким сильно переходного свойства. Приходилось навязчиво сочетать прежний алкоголически-курящий образ жизни с лыжней новой тропы здоровья. Кроме того, у меня имелось гадкое предубеждение на счет своей спины, которая ранее при моих попытках заняться физкультурой в спортзале частенько давала сбой.
Нанять инструктора было хорошей идеей. Раскрыв ему тайные опасения, я получил утешительную улыбку, что дело поправимо, а причина нестабильного позвоночника хоть и кроется в давних травмах, но может быть стабилизирована мышечным корсетом. Такую штуковину необходимо наращивать постепенно корректно подобранными упражнениями. Собственно, так мы и приступили к новому витку моего самосознания. Едва ли я мог предполагать, насколько тесной является взаимосвязь тела с умом, и как бесповоротно одно влияет на другое в том же духе диалектического единства формы и содержания.
Мне оставалось лишь следовать инструкциям и находить волю к дисциплине посещения занятий. Придется разоблачить еще один инструмент, который помог мне на первых порах, и частично захватил власть надо мной. Индустрия фитнеса склонна к нано разработкам, в том числе в области спортивного питания. Среди прочего ассортимента имеется категория предтренировочных комлексов. Такие порошки включают в себя ингредиенты направленные на пампинг (усиление наполнения мышц кровью), общий тонус нервной системы, и усиление прочих показателей, востребованных при интенсивной физической нагрузке. Набор свойств предтреника может быть разным, но в данном случае нас интересует именно компонент психостимуляции.
Не суть какими веществами в составе такой эффект достигается, важно, что он имеет очень выраженное воздействие. В том фитнес-клубе на ул. Лебедевой в г. Красноярске, куда я угодил, имелся неприлично широкий ассортимент предтреников. Вероятно, бармен имел особую власть на администрацию, и мог продавливать свои пожелания. Сила психостимуляции в таких веществах различается, и естественно, пришлось пробовать все подряд. Положившись на мнение бармена, я приступил к тестированию, и вскоре наткнулся на чудовищную вещь с откровенным названием «Психотик». Половины разовой дозы мне оказалось достаточно для получения свехэффекта!
Предтреники раскрывают действие при повышении нагрузки, и вот тогда я отхватил залитые кровью глаза, суженное полуживотное сознание и взъерошенное стремление рвать железо. В течение всей тренировки мне хотелось, чтобы отпустило поскорее. Взорвавшееся давление требовало безумство пляски, на которое уже не было сил. Опыт применения стимуляторов у меня небольшой имелся, когда прежде мы с товарищем несколько раз принимали в ноздрю нечто ускорительное. Занятная и вполне заразительная вещь, поднимающая тонус, скорость реакции и прочие психоэмоциональные показатели. Это как термоядерная дозировка кофе, возведенная в высокую степень, недостижимую ни для какого уровня кофеина.
Под такими веществами человек чувствует себя суперменом, способным заговорить насмерть и уболтать висельников воскреснуть. Здесь было нечто несколько похожее, а потому знакомое. Свое недоумение я выразил бармену после тренировки, на что он с довольной ухмылкой одобрительно кивнул. Позже я узнал, что «Психотик» попал под частичный запрет в свободном обороте именно в силу интенсивности его воздействия. В том клубе спустя пару месяцев запретили предтреники с выраженной психостимуляцией, поскольку увезли в реанимацию одну даму постбальзаковского возраста. Как бы то ни было, но и другие предтреники имели исключительно приятное влияние, давали повышенный мышечный тонус, общую энергетичность и приятное послевкусие от тренировки.
Выраженная зависимость от спортивного деликатеса явно помогала мне вновь и вновь стремиться в спортзал, ведь каждую тренировку в течение года я употреблял эти порошки. Уже спустя несколько месяцев, породнившиеся бармены стали заботливо вопрошать, не пора ли приостановить пристрастие, которое имело воздействие на организм. Побочные действия меня не заботили, и я продолжал апеллировать к исключительной выносливости. В самом деле, за год применений я не заметил ни одного проявления побочного действия. Зато предтреники стали союзниками в деле переформатирования жизненного пространства, и уже сообща мы с ними давали бой алкогольной зависимости.
Хоть и интуитивно, но работал в чистом виде по инструкции «Трансерфинга», где Зеланд настаивал, что выйти из под действия сильного маятника можно лишь найдя другой не менее сильный. Так оно и получалось. День за днем я замечал, что пьянка все хуже сочетается со спортом. Даже спустя пару дней после возлияний я не мог полноценно нагружаться в тренинге. Придя в зал, я весил 96 килограмм, в которых огромную долю занимала бесполезная масса жировых отложений, впитавшая многолетнюю слабость зависимостей. В исходных иллюзиях мне хотелось набрать уже мышечную массу, и именно до 100 кг. Вот такая была невежественная хотелка. По мере тренировочного опыта я стал замечать существенные перемены телосложения, но весовой показатель пошел в другую сторону.
Спустя три месяца я ушел к 88 кг. Прочие факторы моего преображения я не учитывал. В моей голове сидели только надуманные цифры на весах, хотелось быть большим, сильным и угрожающе респектабельным мужчиной. Скорее даже просто большим, а сила и прочие физиологические показатели шли следом. Первое время мы занимались с небольшим отягощением преимущественно на блочных и рычажных тренажерах. К свободным весам инструктор меня старался не пускать, имея в виду ослабленный позвоночник. Компрессионную нагрузку нельзя недооценивать, и мы всячески старались уходить от травматичных упражнений. Мало по малу мои мышцы крепли, а отравляющее воздействие алкоголя снижалось, ведь я все больше стал предпочитать спорт гулянкам.