Александр Алексеев – История, измеренная в пятиклассниках (страница 26)
Страны-победители Наполеона на конгрессах в Вене в 1815 году и в Вероне в 1822-м осудили торговлю неграми. Одним из высокопоставленных «правозащитников» был и русский царь Александр I, хотя в руководимой им России вовсю шла торговля «белыми рабами» – явление, в Европе давно невиданное.
Государства Европы и Америки одно за другим запрещали рабство. А те страны Африки и Ближнего Востока, которые европейцы не сумели до конца покорить, сохраняли самобытные обычаи ещё долго: Саудовская Аравия и Йемен отменили рабство в 1962 году, Объединённые Арабские Эмираты – в 1963-м, Оман – в 1970-м, Мавритания – в 1981-м (фактически рабство в этой стране сохраняется и сейчас).
Во французских колониях рабство было отменено Великой французской революцией в самом конце XVIII века, но при Наполеоне вновь восстановлено. Окончательно его отменили в апреле 1848 года. Это решение сильно ударило по экономике Сенегала, державшейся фактически на работорговле. Главным источником дохода стала теперь камедь – смолистое вещество, выделяемое корой сенегальской акации. Это полимер, который не горит и растворяется в воде, его использовали в производстве конфет, клея, чернил, соломенных шляп и кое-каких лекарств (сейчас – ещё и жевательной резинки).
За право торговать камедью французам приходилось платить дань негритянским царькам Фута-Торо и Трарзы (область в Мавритании к северу от реки Сенегал). Правитель тукулёров ежегодно приезжал в Сен-Луи, чтобы получить арендную плату за земли, на которых располагалась французская колония. Трарзы держали в своих руках пристани по правому берегу в низовьях реки Сенегал. Часто они переходили на левый берег и грабили земледельцев-волофов, поэтому вокруг Сен-Луи было пустынно.
Наконец, по просьбе французских купцов губернатором Сенегала был назначен энергичный 36-летний инженер-капитан Луи Федерб. Он долгое время служил в Алжире, Гваделупе и Сенегале и хорошо знал нравы мусульман. Федерб пробыл на посту губернатора с небольшим перерывом с 1852-го по 1865 год. Располагая тремя батальонами пехоты (из них два туземных), двумя артиллерийскими батальонами и эскадроном
В 1858 году трарзы приняли мир на французских условиях: им разрешалось переправляться через реку Сенегал только с позволения губернатора; плата за пристани и землю отменялась; французам позволялось торговать камедью в своих факториях при условии уплаты царю трарзов трёхпроцентного сбора.
Разобравшись с трарзами, Федерб обрушился на тукулёров Фута-Торо. Их правитель Эль-Хадж Умар Саид Талль был главой мусульманского братства Тиджания. Опираясь на своих учеников-талибов[15], он пытался подчинить соседние народы и создать в бассейнах рек Нигер и Сенегал большое исламское государство. Получив отпор от Федерба, Умар решил сосредоточиться на завоевании земель по Нигеру и в 1860 году признал протекторат Франции. Сенегал остался за французами.
Федерб организовал несколько экспедиций в глубь Западной Африки. В 1863 году к Умару для заключения нового договора отправились морской лейтенант Маж и доктор Кентен. Лейтенант Маж с тринадцати лет плавал в Тихом океане, в Антильском и Балтийском морях, позже служил в Габоне и Сенегале. В двадцать четыре года его произвели в лейтенанты, он уехал во Францию, но долго там не усидел. Вернувшись в Сенегал, Маж сам попросил Федерба назначить его начальником экспедиции. По пути они должны были обследовать земли между французскими постами на Верхнем Сенегале и Нигером, чтобы выбрать удобные места для будущих факторий.
Когда экспедиция прибыла к Умару, оказалось, что его уже нет в живых – он погиб на войне с маврами и фульбе. Его сын Ахмаду Секу более двух лет не выпускал Мажа и Кентена из своих владений. За это время они собрали обширные сведения о стране тукулёров, изучили пути к судоходной части Нигера, по которым позднее двинулись исследователи и завоеватели Судана. Вернувшись в Сен-Луи, Маж, которому ещё не было и тридцати трёх лет, в качестве капитана корабля «Горгона» отплыл во Францию. В ночь с 19 на 20 декабря 1869 года «Горгона» подошла к порту Брест на полуострове Бретань. В это время разразилась буря, корабль наткнулся на риф, и около ста человек, включая Мажа, погибли в волнах.
В Сенегале при Федербе были проложены дороги, проведён телеграф, построены маяки, казармы для солдат, госпитали для больных, школы, банк, типография и даже музей. В Сен-Луи набережные обшили камнем; появились настоящие улицы, общественные здания, мосты для сообщения с предместьями. Напротив Горé был устроен порт Дакар – нынешняя столица Республики Сенегал.
В 1865 году Федерб заболел и уехал во Францию. Там он стал президентом Антропологического общества, изучал черепа народов Африки, составил словари нескольких африканских языков. В 1870 году участвовал в войне с Пруссией, а через 10 лет, в 1880-м, получил звание Великого канцлера ордена Почётного легиона. Именем Федерба названа одна из станций парижского метро.
К концу XIX века империя тукулёров развалилась, и Сенегал окончательно стал французским. В стране были проложены железные дороги, её товарооборот и население быстро росли… А спустя ещё полвека французское общество дозрело до мысли, что жители колоний имеют такие же права, как и коренные французы. Многодетным мусульманам-сенегальцам стали платить пособия; на эти деньги они покупали новых жён, заводили ещё больше детей и требовали увеличения пособий. Содержать колонии стало невыгодно. В 1960 году Сенегал получил независимость. Его первый президент Леопольд Седар Сенгор писал стихи на французском языке; кстати, гимн Сенегала тоже написал он, и тоже по-французски. Белых частью перебили, частью прогнали. Хозяйство, лишившись специалистов, пришло в упадок. В 2013 году Сенегал занимал 158 место в мире по ВВП на душу населения, до сих пор половина жителей не имеет работы.
Люди индиго
Нет ничего быстрее света. Но когда гаснет звезда, в дальних уголках Вселенной её ещё долго видят такой, какой она была много лет назад.
На Земле до открытия телеграфа сведений об отдалённых странах иногда приходилось дожидаться несколько веков. И когда новые путешественники наконец добирались до легендарного места, оказывалось, что всё там изменилось до неузнаваемости. Именно так произошло с африканским городом Тимбукту.
Название его произносят и пишут по-разному – Тимбукту, Тинбукту, Томбукту. Город находится на южной окраине пустыни Сахара. Река Нигер образует здесь «внутреннюю дельту» – широкую болотистую долину со множеством озёр, речных рукавов и высохших оврагов. В этой «внутренней дельте» и располагается Тимбукту.
Основали его туареги. В одном из рассказов Ивана Ефремова (того, что написал «Туманность Андромеды») говорится: «Нет нигде народа, подобного туарегам. Несмотря на войны, на древние обиды и кровь, разве не считают себя туареги потомками мудрой царицы Тин-Хинан, могила которой в уэде[16] Абалесс и сейчас, полторы тысячи лет после ее смерти, священна для всех племён».
На юге Алжира, в глубине Сахары, есть высокое нагорье Ахаг-гар. Согласно местной легенде, много веков назад в Ахаггар из оазисов Тафилальт (Марокко) прибыла на белом верблюде Тин-Хинан. Имя это, по одной версии, означает «та, что издалека», по другой – «хозяйка палатки». Стройная белокожая красавица благородного происхождения стала царицей в Ахаг-гаре; от неё жители узнали истины исламской религии. У Тин-Хинан была дочь по имени Келла, а у её служанки Та-камат – две дочери. От этих девочек и произошёл народ туарегов – главное племя от царицыной дочки, а подчинённые племена – от дочерей служанки. До сих пор туареги называют Тин-Хинан «наша матушка». Такова легенда… В 1925 году в Ахаггаре на месте пересохшего русла (водного потока) Абалесс французские солдаты наткнулись на необычно большое – 26 метров длину, 23 – в ширину и 4 – в высоту – захоронение женщины, которую газетчики окрестили «ливийской Венерой». Первое обследование гробницы провели археологи граф Бирон Кюн де Пророк и Морис Рейгас. В 1933 году начались настоящие раскопки, а полные результаты их были опубликованы только в 1968 году.
В усыпальнице находился скелет женщины средиземноморского типа, то есть имевшей удлинённый череп, волнистые тёмные волосы, тёмные глаза, смуглую кожу и узкий нос с прямой спинкой. Рост покойница имела 172–176 см, на каждой руке у неё было надето по семь браслетов: на правой – серебряные, на левой – золотые. Скелет был завёрнут в полосы красной кожи; рядом лежало множество золотых колец, браслетов, ожерелий, головной убор из белых птичьих перьев, грубо вытесанная из камня фигурка обнажённой женщины и золотая фольга с отпечатком римской монеты императора Константина I (выпущенной между 308-м и 324 годом от Р. Х.) Усыпальница была заставлена корзинами и сосудами для хранения съестных припасов. По результатам радиоуглеродного анализа деревянной кровати, а также по особенностям глиняной посуды погребение было датировано IV–V веками.