Александр Алексеев – 1952 (страница 21)
Затем поговорили про различия в размерах поля, в правилах. Например, в НХЛ удалённый игрок не выходил на поле после пропущенного его командой гола и это порой приводило к двойному наказанию за удаление.
Вот настала наша очередь. Бобров, как капитан, рассказал про новичков в команде. Чернышов про готовность сборной. А меня спросили про женщин.
— Скёлькё женщин нужнё сёвьетик спёртсмен? — на корявом русском спрашивает шведский журналист.
— Одна, — отвечаю я без раздумий, — Нужна одна любимая и ненаглядная. Та, ради которой мы устанавливаем рекорды и добываем победы. Та, которая ждёт нас, чтобы лечить наши травмы и снимать боль. Та, увидев улыбку которой, мы радуемся, что встретили в жизни именно её…
— А у вас были женщины в США, Англии, Финляндии? — спрашивает американец, — Можно подробности знакомств?
— Всё! — говорит наш партийный куратор поглядывая на часы и бросая на меня укоризненный взгляд, — Время конференции вышло. Приглашаем всех на завтрашний матч в наш новый Ледовый Дворец.
Вечер. Еду с Шуваловым к нему домой. Он закимарил в автобусе, уткнувшись в свой спортивный баул. Круговой автобусный маршрут. Это именно то, на что похожа наша жизнь. Круг. Ты обманываешь себя, думая, что куда-то идешь, но ты всегда возвращаешься к исходной точке и открываешь дверь из нашего мира в другую сторону. Всю жизнь ты просто идёшь по кругу. Наша жизнь — это один большой, бесконечный круг.
Я, задремав, бьюсь лбом о поручень переднего сидения и, очнувшись, толкаю Витька в бок.
— Хорошевка. Пора вылезать.
Заходим. В квартире Шувалова новая казённая железная сеточная кровать с белым масляным номером у основания. «Мой» матрас скрученный в трубочку стоит у стены. На шкафу стоит чемоданчик с обитыми железом углами. Над кроватью модный коврик с оленем. В углу стоит телевизор КВН. На стене — «тарелка» радио и часы-ходики с гирьками. Фаянсовый матрос с гармошкой стоит на подоконнике в окружении слоников. В покоцаном казённом серванте полка с посудой и каким-то Кубком. Рядом висит полка с книгами, а под ней круглый трёхногий лакированный стол с деревянной хлебницей и парой гранёных стаканов в подстаканниках. Над окном с карнизов свешиваются шторы частично закрывающие гармошку некрашеной чугунной батареи. На небольшом письменном столе у окна расположились патефон с пластинками и настольная лампа — типичное логово мужчины-холостяка. Кухня, душевая и туалет находились в общем коридоре. Иду готовить ужин. Здороваюсь с соседями по этажу. Две новенькие четырёхконфорочные газовые плиты были ещё не угвазданы совместным пользованием. В большой кухне восемь столиков(по числу квартир) и над ними полки для посуды. В центре кухни стоит массивный грубосколоченный стол. Возле мойки единственным украшением является кадка с фикусом, в которой на земле валяется несколько смятых папиросных гильз. На подоконнике лежит ленивый кот Васька, который с явным превосходством посматривал в окно на дворовых котов и кошек, типа гордясь своим кухонным местоположением. В углу стоит два массивных чугунных утюга и здоровенный бак для мусора и отходов, который предстояло вечером выносить дежурному, определявшемуся графиком, висящим у чёрного карболитового выключателя. Я, сделав неловкое движение, чуть не сбросил с крюка висящую на стене ванну. В ней вероятно мыли детей и замачивали бельё для кипячения в баке, который использовали по очереди.
Разбиваю четыре яйца на шкворчащее сало. Холостяцкий ужин готов.
3 мая 1952 года. Москва.
Читаю в «Советском спорте» про наших соперников. В воротах «непробиваемый» Терри Савчук(Детройт) по прозвищу «Юки»(Украинец). В НХЛ в честь непробиваемого вратаря после очередного его «сухого» домашнего матча на лёд летели осьминоги, знаменующие быстроту реакции и многорукость Терри. В нападении гостей звёзды первой величины: Горди Хоу(Детройт) и Морис Ришар(Монреаль). Из клуба лидера НХЛ «Детройт Ред Уингз» была одна полная пятёрка и вратарь. Из остальных пяти клубов собрали ещё две пятёрки и трёх запасных. Короче, сборная НХЛ.
Из игроков самым знаменитым был Морис Ришар по прозвищу «Ракета». Он был рекордсменом лиги по числу заброшенных шайб за сезон(50), по числу набранных за матч очков(8). Ришар являлся лучшим бомбардиром «Монреаль Канадиенс» за всю историю клуба. Он выходил на лёд даже с в кровь разбитым лицом.
Не меньшим драчуном был, уже ставший знаменитым, более молодой Горди Хоу. Он отыграл в НХЛ пока всего шесть сезонов и в последних трёх был звездой первой величины.
Первый матч серии. Я даже не в запасе — на трибуне. Ледовый дворец гудит так, что на поле еле слышно трель судейского свистка. Тишиной здесь и не пахнет. На поле идёт хоккейная битва.
Наши выкладываются по полной. Но, сегодня не наш день. Хорошо стоявшего Гришу Мкртычана в куче-мале у ворот «рубанули» лезвием конька по руке. Кровища. Увезли на скорой. А Коля Пучков, как-то оробел перед канадцами и не выручил. У нас забили — Бобров и Шувалов, у них — Хоу, Ришар, Бентли и защитник Келли. 2:4.
Николай Озеров рядышком, подводя итог матча, отметил, что заокеанский форвард Горди Хоу оформил своеобразный хет-трик: гол + голевая передача и драка.
5 мая 1952 года. Москва.
Тренировка. Качаемся в «качалке». Это по моему совету ввели в тренировочный процесс обязательные занятия со штангой и отягощениями. Сева Бобров занимался с гантелями — штанга и гиря с его болячками были ему противопоказаны.
Во время занятия у Наблюдателей созрел один вероятно очень тупой вопрос — почему на ворота в хоккее нельзя поставить просто ОЧЕНЬ крупного человека? Ворота же не очень большие, по сравнению с тем же футболом.
В теории если взять 130 кг персону, не обеденную растяжкой, и поставить на ворота, то там чисто физически места куда можно бить останется меньше…
Скажу, как человек играющий в хоккей… На высоком уровне вратарям больше важна реакция и скорость перемещения. У человека с излишним весом, такого в большинстве случаев нет, а обыграть малоподвижного вратаря, вообще, легче лёгкого.
Ваня Трегубов, по моему совету, усиленно отрабатывал силовые приёмы для остановки профессионалов. За пару месяцев Ваня основательно подкачался и стал настоящей Красной Скалой.
Да и остальные наши защитники стали играть более дерзко в стиле более позднего Каспарайтиса(олимпийский чемпион, Заслуженный мастер спорта СССР)… https://youtu.be/yvRSzivcdGY?t=28
Ещё с прошлого сезона тренер Коротков стал претворять в жизнь мою идею о взаимозаменяемости игроков на хоккейном поле. Нужно было добиться, чтобы каждый нападающий мог уверенно играть на месте защитника, а каждый защитник в любой момент, когда это нужно, мог стать нападающим.
Ведь канадские защитники довольно часто вместе с остальными игроками идут в наступление, создавая у чужих ворот непрерывную свалку, от которой у самого опытного игрока может «потемнеть в глазах». Мы же обычно стараемся играть с меньшим риском и слишком уж опекаем свои ворота. Разгадав примененную канадцами тактику давления, мы противопоставили ей быстроту передачи и создание численного преимущества в нужный момент на нужном участке поля.
У Шувалова сосед по этажу в МЖД работает, рассказал:
28 апреля едва не произошло крушение поезда из-за погасшего прожектора. Машинист успел включить запасной прожектор, который установили на все локомотивы в первом квартале этого года по распоряжению министра. Машинист, включив новый прожектор вместо погасшего, увидел в тумане вышедшую на пути лошадь и успел включить экстренное торможение. Если бы не это, то при столкновении состав мог сойти с рельсов и могли бы пострадать курсанты военного училища, ехавшие на учения в нескольких вагонах поезда.
6 мая 1952 года. Москва.
Вторая игра. В воротах Коля Пучков. Я на скамейке в запасе. Тренеры хотели выпустить на лёд, но парткураторы посоветовали не ставить «аморальщика» в основу.
Первый период. Канадцы, освоившиеся на льду после победы, прут буром. В скорости и желании мы им не уступаем, а вот в опыте — да! Наши с шайбой лет пять-шесть начали играть, а соперники с детства своё мастерство оттачивали. Из многотысячной орды классных хоккеистов в НХЛ сумела пробиться пара сотен самых-самых. И вот уже из этих «самых» отобрали настоящих звёзд для игры с нами.