Александр Александров – Следователь, Демон и Колдун (страница 38)

Во Френна влили несколько тонизирующих декоктов, полфляжки коньяку, и инквизитор пришел в себя, после чего в своеобычной манере сразу принялся за работу: первым делом, убедившись, что жизни Харта ничто не угрожает, он отогнал от траппера всех, кроме Фигаро, и, приказав Сайрусу выхаживать Тиккера с Зойзой, окружил себя, Харта и следователя непроницаемыми для света и звука барьерами.

- Так, – сказал Френн, приподняв веко траппера, – он без сознания. Это хорошо.

- И будет валяться в отключке до утра. – Из воздуха соткался Артур и с гордой миной ткнул в Харта пальцем. – Зато проснётся уже полностью починенным. Давно я так не играл в Айболита, если честно. Надеюсь, я ему воткнул все потроха куда нужно, па-ха-ха-ха!

- Ну и отлично. – Инквизитор отобрал у следователя флягу с коньяком, которую тот пытался незаметно засунуть обратно в рюкзак и сделал пару глотков. – Теперь осталось понять, какая скотина подняла нежить.

- Во, Фигаро, учитесь! – Артур погрозил следователю кулаком. – Инквизитор сразу понял, что мертвяков на нас натравили. Опыт! Сообразительность! Реакция!

- А вы? – Фигаро сразу надулся. – Если не изменяет память, одному древнему всемогущему колдуну вменялось в обязанность…

- …следить за пособниками Харта, да. Я отлично помню. И я следил, не поверите. Так вот: это не они.

- Чего?

- Того. Сайрус не поднимал нежить. Тиккер тоже. И Зойза.

- Удивительно! Зойза не поднимал мёртвых! Дедукция на уровне…

- Стоп, Фигро! Погодите ёрничать! Шахтёров разбудили не колдовством, а алхимией.

- Чего? Вы имеете в виду…

- Классическая «Чёрная Пятёрка» – пять алхимических декоктов, которые действуя на останки в определённой последовательности, временно поднимают их к не-жизни. Эти вещества каким-то образом добавили в воду во-о-о-он той реки, ну а дальше, думаю, объяснять не стоит. Часть шахтёров во время утечки газа наверняка пыталась выбраться в сторону этих пещер через каменное русло. Где и осталась. Вот только никто из присутствующих ничего в воду не лил. Это я вам гарантирую. К тому же означенные декокты нужно добавлять в воду очень аккуратно и в строго определённых пропорциях. Да, и последовательность тоже важна. Процедура минут на сорок минимум.

- Но тогда как?

- Эх, как же, всё-таки, хорошо, что у вас есть я: умный, наблюдательный, а, главное, скромный. Химический состав воды до сих пор красноречиво говорит о многом. Например, о том, что вон там, у заваленной дыры, в которую утекала река, находится некий предмет, что выделяет яд в воду. Свет, Фигаро! Больше света!

Пристыженный следователь включил «светляка», и троица подошла к реке (со стороны это выглядело, словно огромный шар мягкой темноты медленно перекатился в сторону).

Река, тем временем, постепенно разливалась, уткнувшись в импровизированную плотину. Вряд ли она затопит этот грот, подумал Фигаро, но из берегов точно выйдет. Ну что ж, будет теперь подземное озерцо – тоже, в принципе, симпатично.

Артур тем временем щёлкнул пальцами, и куски камня, вырванные взрывом, зашевелившись, стали медленно подниматься в воздух.

- Вы хотите впустить сюда остальных мертвяков? – Френн чуть приподнял бровь. – Ну, в принципе, мы уже отдохнули…

- Успокойтесь, там завал метров на двадцать. Этот Тиккер хорошо постарался… Ага, стоп!

Вода забурлила, и из пузырящейся мути медленно выплыл и взлетел в воздух странный предмет: латунный куб с какими-то зубчатыми колёсиками и игольчатыми барабанами на боках. От куба ощутимо пахло алхимией.

- Это чего? – Спросил следователь, когда загадочное устройство мягко опустилось на плоский камень у берега. – Бомба?

- Самое забавное, что вы в чём-то правы. Это, действительно, своего рода бомба замедленного действия, только она делает не «бабах», а кое-что другое. Вот, смотрите сюда: видите этот барабан с отверстием? Там пружина, которая всё это приводит в действие. А вот тут было нечто вроде шпенька, который вылетает и вся машинерия запускается. Вот это – часовой механизм, он отсчитывает сто минут, а потом включает устройство, которое опускает вот в эти пазы пробирки с декоктами и сливает их в воду в точно заданной последовательности. По сути, это самая сложная часть этой штуки.

- Хм… Но ведь такое нужно как-то… Запустить? Нажать на гашетку?

- Ни фига. Шпенёк просто торчит в пазе, вот здесь. К нему привязан тонкий шнур под цвет камня, который вы в темноте всё равно не увидите. Кто-то идёт за дровами – а туда один хрен кто-нибудь пойдёт – цепляет шнур ногой, шпенёк вылетает, и пошло-поехало. Правильный вопрос другой: кто эту штуку засунул в речку? Кто установил ловушку? Ну-ка, Фигаро, пошевелите мозгой, вам полезно.

- Так, – следователь шумно выдохнул, – это, конечно, ловушка. Спору нет. О самой ловушке поговорим чуть позже; пока что у меня вот какой вопрос: а на кого её, собственно, ставили? Не «кто», а именно «на кого»? Допустим, цель – наш отряд, хорошо. Но тогда предполагаемый саботажник должен был точно знать, что сегодня мы остановимся в этой пещере, в этом гроте. А для этого он должен был предсказать погоду. Ну хорошо, предположим, погоду он узнал на этой станции с метеорологами, о которой рассказывал Сайрус. Допустим. Но из всех стоянок мы должны были выбрать именно эти пещеры, плюс на них не должен был нарваться кто-то другой, плюс мы должны были остановиться на ночлег именно здесь… И когда вообще эту штуку сюда запихнули?!

- Стоп, стоп. – Френн поднял ладонь. – Рассуждаете вы, в целом, правильно, но давайте рассмотрим каждый из пунктов в отдельности. Первое: если точно знать погоду, то предположить, что мы остановимся в этих пещерах несложно. Как я понял со слов Харта, альтернатива – некая охотничья стоянка, о которой ходит весьма дурная слава. А грот: так тут тебе и кострище, и котелки, и вода, да и дрова есть. Зачем куда-то переться, если тут уже всё готово для ночлега? Нет, Фигаро, для того чтобы точно знать, где и когда мы окажемся достаточно было просто быть осведомлённым о погоде, не более.

- А если бы мы, всё же, отправились в охотничий домик?

- Не отправились бы. Это так называемая «кажущаяся свобода действий», когда при разнообразии вариантов очевидный выбор всё равно один. А если бы даже и отправились, то, уверен, там нас тоже ждала какая-нибудь гадость вроде этой механической коробки. Кто-то очень хочет прикончить Харта, но при этом так, чтобы не запачкать руки и максимально отвести от себя подозрения.

- Именно Харта?

- Я бы сказал, да. В том домике, где на нас напало пол-леса всякой чуди, «манок» повесили на ставни комнатушки Харта. Да и здесь: убийца явно знал, что Харт расположится у воды. Это самое очевидное и безопасное место: в случае нападения можно и убежать, и спина у тебя прикрыта. Если, конечно, не учитывать, что из реки могут полезть ходячие трупы. По факту ведь Харта убили; если бы не Артур, то наш траппер уже бы двинул кони. И снова та же неизбирательность: плевать на остальных. Порвут их мертвяки, или нет – без разницы.

- Или это хитрость.

- Или так, – согласился инквизитор, – но если это кто-то из людей Харта, то он должен либо быть уверенным в том, что ему удастся отбиться от орды нежити, либо ему вообще плевать на то, что с ним будет. Но в этом случае…

- …в этом случае, почему мы ему не грохнуть Харта просто в открытую? Пальнуть в спину и сказать: «я убил!»

- Вопросов явно больше, чем ответов. Но вернёмся к этому устройству, что откопал Артур. Вряд ли такие продаются в скобяных лавках. Кто его мог собрать?

- Тиккер.

- А где он взял «Чёрную Пятёрку»?

- Купил у Сайруса… Слушайте, – Фигаро просиял, – а что если это как в той книжке про поезд, где убийцы – вообще весь вагон? Что если Харта хочет убить весь его отряд и действует в сговоре?

- Знойная идея. – Артур причмокнул губами. – Но у них темпераменты разные. Зойза бы просто пристрелил шефа, Тиккер подложил бы Харту в ботинок какую-нибудь проволочную ловушку, которая разрезала бы того на двадцать частей, а Сайрус… Ну, тут возможны варианты. Но что-то эдакое в вашей идее есть, соглашусь.

- А также это мог быть кто-то третий.

- Не думаю, что тут замешан кто-то со стороны, но в данном конкретном случае не могу отбросить эту идею полностью. Ловушку мог поставить кто угодно, это правда. Но не всякий такое бы собрал. Тут чувствуется рука человека привыкшего возиться с железяками.

- На Хляби мало механиков?

- Дофига, – признал Артур, – вопрос в том, много ли из них знакомы с Хартом. Но вы правы: нет ничего, что могло бы исключить из нашей схемы некоего человека со стороны. Кого-то, кто пришел, установил ловушку, всё подготовил… не, бред какой-то. Уж очень сильно этот третий хочет залезть в нашу компанию. Такое чувство, что его сюда насильно пихают. А ларчик, скорее всего, просто открывается.

- Кто-то из них? – Фигаро кивнул в сторону забившейся в угол потрёпанной троицы (с этой стороны «Занавес» был прозрачен).

- Скорее всего, да. – Френн поджал губы. – Но мы не можем их обвинить без доказательств.

- Обвинить-то мы можем. – Призрак хищно ощерился. – Вопрос, что там это даст? Приехали, называется, мир спасать. Вот не могли вы найти нормальных трапперов, что за сто империалов провели бы нас к этой Белой вершине без всех этих фокусов с взаимными смертоубийствами. Но к вам, Фигаро, нормальные люди не липнут.