Александр Афанасьев – Зло именем твоим (страница 5)
– Не ходи туда, брат, там полиция. Будут стрелять.
На улице уже в самом деле стреляли, и стреляла не только полиция.
– Полиция?
– Надо где-то взять оружие… – Человек потряс головой, потом достал из кармана кусок лепешки и протянул его Махмуду:
– На, брат, поешь.
Махмуд вспомнил, что он, кажется, и в самом деле собирался после пятничного намаза пойти и поесть. Он взял лепешку, посмотрел на нее – на ноздреватой поверхности хлеба отчетливо были видны бурые пятна. Кровь…
Махмуд шагнул в сторону – и его вырвало…
05 июля 2014 года
Операция «Гнев Господа»
Северная группа целей
Оперативная группа «Моисей»
Иракский Курдистан, западнее города Мосул
Операция началось этой ночью, причем неожиданно и при неоконченной подготовительной стадии. Просто в Ираке ситуация обострилась настолько, что это угрожало срыву всей операции и было решено – сейчас или никогда.
Их группа – группа «Моисей» – была смешанной, в нее входили специалисты ВВС, гражданские специалисты и сотрудники МОССАД, а также один представитель парашютно-десантного отряда «Саарет Маткаль». Он нужен был здесь для того, чтобы проконтролировать правильность подготовки точки для дозаправки, промежуточного аэродрома для вертолетов, а также как представитель спецотряда – нельзя создавать точку промежуточной посадки без привлечения к этому процессу специалиста из того отряда, который и должен был этим всем воспользоваться.
По поводу промежуточной посадки для дозаправки вертолетов при подготовке операции разгорелись ожесточенные споры. В принципе – ничего хитрого, просто доставить туда пару бензозаправщиков или емкости с горючим, перед этим проведя анализ топлива, чтобы вертолеты не вышли из строя от некачественного и не сорвалась вся операция. Проблема была в другом: такая практика была во многом скомпрометирована операцией по освобождению заложников в Иране, когда на точно таком же пункте промежуточной посадки «Пустыня-1» вертолет врезался в самолет, привезший топливо, и вспыхнул, а операцию из-за этого пришлось отменить. Память об этом инциденте была до сих пор жива и играла немалую роль при обсуждении – никто не хотел брать на себя ответственность за «опять». Современные вертолеты спецназа – а «Ясур-2010», несомненно, относился к таким – позволяют производить дозаправку в воздухе с самолетов типа «С130», тем более что такие самолеты у Израиля были и приобрести комплект оборудования для конвертации транспортника в заправщик – проблемы большой не составляло. Проблема была в другом – вертолет все-таки обладает меньшей заметностью, чем самолет, а дозаправку придется производить в непосредственной близости от иранской границы – в зоне досягаемости локаторов и ракетных систем ПВО. И на высоте – дозаправку на минимальной высоте было вести нельзя. Это не менее, а более опасно, чем промежуточная посадка, более проблематично и создает больший риск расшифровки операции – одно дело переоборудовать заправщики и лететь на них куда-то, пусть даже маскируя это под обычные рейсы, и совсем другое – просто купить несколько бензовозов, залить в них керосин и подогнать в нужное место. Тем более что группа там все равно была нужна, группа управления БПЛА, действующая в зоне «северо-запад». Поэтому все же решились на промежуточную посадку с дозаправкой, а топлива загрузили вдвое от необходимого – чтобы в критической ситуации, если вертолеты по каким-то причинам задержатся над объектом – можно было бы дозаправить их еще раз, пусть даже и под огнем.
Базовым районом для группы поддержки избрали точку северо-западнее Мосула, у самых предгорий и рядом с турецкой границей. Для прикрытия обзавелись документами одной уважаемой нефтяной компании, получили у местных властей разрешение на бурение в этом районе на газ. Купили подвижную буровую установку, несколько других грузовиков, поставили жилой городок – небольшой, быстро развертываемый, нефтяники не любят жить в дикости, даже в поле. Дешевле всего обошлось разрешение на буровые работы – дело было в том, что на этой территории де-факто существовало никем не признанное государство Курдистан со столицей как раз в Мосуле. Юридически это была территория единого (пока еще) Ирака, фактически же это было отдельное государство, с отдельным народом (курдов никак нельзя отнести к арабам), отдельной столицей (Мосул), отдельной армией (пешмерга, силы народной милиции), отдельными верованиями (среди курдов почти нет мусульман, и в Курдистане мусульмане составляют меньшинство), отдельной внешней политикой (курды испытывали дружеские чувства к России, ненавидели Турцию и Иран), даже отдельной валютой. Почему-то в маленьких, никем не признанных государствах бюрократия имеет куда меньший вес, чем в нормальных государствах, кроме того, Курдистан нуждался в международном признании, и сам факт того, что именно в Мосул, а не в Багдад обращаются представители крупной международной нефтесервисной компании с целью получить разрешение на пробное бурение – дорогого стоит. Разрешение было получено за два дня, и даже взяток не пришлось платить. Почти…
Места эти были пустынные – дело в том, что курды старались селиться подальше от турецкой границы, через которую приходил охотиться на курдов турецкий спецназ, да и потеплее было на юге и к нефти ближе – а нефтяные поля были единственным надежным и стабильным источником доходов никем не признанного государства. Если бы был вдобавок и газ – было бы намного проще, возможно, поэтому к заявке отнеслись с таким пониманием, и израильтянам удалось с большим трудом отговориться от навязываемой им охраны из пешмерги. Все-таки здесь было неспокойно, хотя террор здесь даже в самые плохие годы американской оккупации был несопоставим с тем, что творилось в шиитском треугольнике.
Израильтян было около пятидесяти человек, технические специалисты и небольшая группа охраны. Оружие не мудрствуя лукаво купили на ближайшем базаре, автоматы, пулеметы, снайперские винтовки, гранатометы – все либо советского, либо местного, либо иранского производства, гранатометы «РПГ», например, во всем Ираке были в основном иранские. Все, кто был на базе, прошли курс подготовки именно с советским оружием, оставалось только пристрелять купленное – и порядок. С собой привезли только пять ПЗРК «Стингер», которые на базаре было не купить – с ними организовали выносной пост наблюдения и прикрытия. Этот пост разместили на горе в паре километров от места бурения и замаскировали. На нем было четыре солдата, в том числе один со снайперской винтовкой и один с пулеметом. Среди них был и Миша Солодкин.
Летели не напрямую – летели длинным, кружным путем, мелкими группами. Из Тель-Авива – во Франкфурт-на-Майне, оттуда – в Дубай, уже по другим, фальшивым, но отлично сделанным специалистами МОССАДа документам. Из Дубая – рейс в Багдад, там пришлось пересидеть два дня. Только после этого – рейсом старого «Боинга-737» – в Мосул.
Пока сидели – на вилле, за пределами зеленой зоны, но все равно в относительно спокойном районе, – командир их группы дал разрешение выйти в город, прогуляться по лавкам. Денег у них было немного – но и без денег можно многое понять и увидеть.
Багдад две тысячи четырнадцатого года от Рождества Христова, во многом восстановившийся после тяжелой войны, был чем-то похож на Ливан, чем-то – на Сайгон и производил довольно тяжелое впечатление. Чтобы спастись от террористических атак, город окружили стеной, отрезав от основного города Садр-Сити, клоаку с двумя миллионами жителей, в основном шиитов, с которыми не смогли ничего сделать даже американцы, а сам город также поделили на сектора. Если бы у новорожденного демократического Ирака не было денег, наверное, все бы кончилось очень быстро, но деньги были, нефть добывалась, и цены на нефть продолжали расти. Багдад – это стальные ставни, сектора безопасности, вертолеты, постоянно кружащие над городом, вооруженные конвои, старые бронемашины, которые скупили по всей Европе. Багдад делился на несколько частей – зеленая зона, то есть правительственный квартал, огороженный отдельно стеной в несколько метров, богатые районы, где были виллы богачей с частной охраной, деловой квартал и прочие районы. Каждый человек, хоть немного разбогатевший, нанимал охрану только из иностранцев – местным не доверяли, местные могли предать. Остальные жили в страхе. Когда-то Багдад был одним из самых зеленых городов на Востоке – теперь всю зелень вырубили, потому что нужны были чистые сектора обстрела, за деревьями легко мог укрыться снайпер или гранатометчик. Все это – какофония крякалок, с которыми пробирались по улицам многочисленные бронированные лимузины с охраной, голые улицы, статик-гарды, постоянно оглядывающиеся по сторонам, наглые таксисты… а за крепостными стенами столицы, отгородившейся от всей остальной страны, – нищета и убожество, калеки, голод, баасизм, агрессивный шиизм, банды, негласно контролирующие города, зеленка и болота, в которых черт-те что творилось. В Израиле тоже было неспокойно, перед каждым магазином стоял вооруженный охранник – но того ощущения осажденной, медленно проигрывающей войну своему же народу крепости что в Тель-Авиве, что в Иерусалиме никак не ощущалось.