Александр Афанасьев – Морена (страница 11)
Вебб кивнул.
– Поехали в казино. Надо отсмотреть записи.
– То есть, ты ее до этого никогда не видел?
– Нет, эфенди…
Пит-босс старался скрыть страх, – но получалось у него это плохо. Он то и дело косился на стоящего у стены комиссара полиции. Причина страха была понятна, – у него была только рабочая виза, и закрыть ее можно было очень быстро. После чего, – добро пожаловать в Египет, где на одну вакансию в Александрии – по пятьдесят человек.
– И как она выглядела?
– Ну… как русская.
– Русская?!
– Ну, да. Наташа. Тут полно таких. Сто, двести за ночь. Иногда – дешевле. Но эта была…
– Что?
– Ну… классом повыше что ли. Знаете… есть девочки, готовые за отель собой расплачиваться. Эта не такая.
– А какая?
– Ну, минимум Порше ей подавай. Квартиру купи. Она тебя любить будет.
Вебб про себя выругался.
– На каком языке вы говорили?
– Французский, эфенди.
– Хороший язык был?
– Эфенди?
– Ну… знала она его хорошо?
– Как настоящая француженка.
– И что? О чем вы с ней говорили. Только не врать, на камере видно.
– Ну… она спросила, кто играет.
– И ты ей показал…
– Нет, она спросила, что за парень. Ну, я сказал как есть. Мол, Бентли, пентхаус и денег немеренно.
– О ком-то еще спрашивала?
– Нет, эфенди.
– Сколько она тебе дала?
– Пятьсот, эфенди.
Вебб протянул руку.
– У меня нет этих денег, эфенди.
– А где они?
– Я отправил их семье, эфенди. Этим же утром.
Вебб встал.
– Поехали. Покажешь где.
Квартира хаваладара – менялы из системы хавала, тайной системы денежных переводов, идущих со Средних веков – была замаскирована под пункт обмена валюты. Купюры они там не нашли. Хаваладар – успел ее поменять. И тоже изворачивался и врал…
Записей с камер тоже не было. По непонятным причинам – их просто не нашли, и даже Арут ничего не смог сделать.
У них был только ее фоторобот. Причем плохой – Вебб подозревал, что пит-босс мухлюет, и дал описание «от балды».
Из казино они тронулись обратно в город – по дороге, которая менее известна чем дорога по побережью Франции от Ниццы до Монако – но Феррари тут можно встретить едва ли не чаще. Спорткары всех видов – обходили их как стоячих.
– И как теперь нам ее искать?
Комиссар полиции пожал плечами – жест, который Вебба уже начал раздражать. Восток.
– Здесь таких русских Наташ десятки тысяч. Никто не знает, сколько. Спрашивать их бесполезно, они врать научились раньше, чем говорить.
– Может, все-таки попробовать?
– Если только у вас есть несколько лет на это. Они приезжают… уезжают… мы только записывать успеваем…
Вебб вскинулся.
– Записывать?
– Ну, да. В аэропорту. Всех молодых женщин записывают.
– А как получить эти записи?
– Если только поедете в аэропорт и посмотрите. Они не в компьютере.
Вебб заметил какое-то движение справа… скорая, полиция. Поток ощутимо замедлился…
– Что там.
Полицейский пожал плечами.
– Не знаю, эфенди.
– А выяснить можно?
Трупы увезти еще не успели…
В Ливане человеческая жизнь всегда не слишком ценилась, а сейчас, после того, как весь регион из-за Сирии и Ирака превратился в одну огромную, закипающую на огне скороварку – и подавно. Убили двоих… ну и хрен с ними, туда им и дорога. Полицейские лениво, особо не стараясь, проводили какие-то действия, похожие на следственные, рядом стоял французский броневик Шерпа – значит, и спецназ здесь…
Арут подошел к карете скорой, знаком показал, чтобы раскрыли лицо. Присвистнул…
– Ни хрена себе.
– Знаешь его? – спросил державшийся рядом Вебб.
– Ага. Как раз один из тех, о ком мы говорили.
– То есть?
– Он был из Одессы. Как раз поставлял Наташ.
Вебб насторожился.
– Ты уверен?
– Да. Его звали, как это… Вен’я, да. Он тут постоянно жил, квартиру снимал, по клубам ходил, да.
– Поговори с врачом, узнай, как он умер. И кто второй.