Александр Афанасьев – Гнев божий (страница 13)
Таким образом – к четырнадцатому году, к году беды, – Польша располагала одними из самых мощных в мире подразделений специального назначения. Все оперативники GROM были подготовлены по самым высоким стандартам НАТО и имели как минимум год опыта активных боевых действий. Это – дорогого стоит.
Первые потери – предельно тяжелые, таких никогда не было – поляки понесли в четырнадцатом. На территории Украины их силы столкнулись не только с восточными ополченцами, но и с частями седьмой гвардейской воздушно-десантной дивизии и с частями двадцать второй бригады специального назначения. Все эти части тоже были хорошо подготовлены и имели солидный боевой опыт, не вылезая с тлеющего уже два десятилетия Кавказа. Итог – только в ГРОМе шестьдесят восемь погибших, двадцать три громовца навсегда остались в горящем Донецке, уличные бои в котором шли одиннадцать суток. Мало кто из поляков осмеливался признаться, что, если бы не американцы, русские могли бы дойти до Варшавы, до того, как американцы вмешались – русские и восточные ополченцы, вместе с едва ли не половиной украинской армии, которая стала воевать против поляков, – начали окружать Киев. После «замирения» поляки вышли из всех горячих точек, чтобы контролировать Украину, GROM присутствовал на Украине тремя батальонами из четырех. И тем не менее – двадцать восемь погибших за последний год, последний случай произошел четыре дня назад – русский снайпер убил оперативника GROM во время (очередной) операции по проверке паспортного режима и зачистке Луганска, стрелявшего так и не смогли задержать. Как и в давние времена – польские рыцари проливали кровь на окраинах великой Речи Посполитой, и пусть только кто посмеет сказать, что все это было напрасно. Не напрасно – хотя бы потому, что сейчас Речь Посполитая возродилась после трехсот лет распада и угнетения.
Це польска не сгинела![16]
– Десять секунд! Заходим с востока!
– Готовность один!
Капитан Рычковский перещелкнул предохранитель в «боевое», дослал патрон в патронник и снова поставил на «безопасно». Польские спецназовцы были вооружены не Берилами, как аэромобильная бригада, – а германскими НК-416 и НК-417. Пулеметы тоже были не польские ПКМ, а бельгийские Мк46 и Мк47, такие же, как у Дельты. GROM вооружался точно тем же самым, что и американские специальные силы, потому что им часто приходилось действовать вместе, и это было удобно.
По левому плечу хлопнули, он, не оборачиваясь, хлопнул соседа. Так в группе принято было подтверждать готовность…
Капитан Рычковский был истинным польским патриотом и рыцарем, пусть он воевал против России, и на его счету было как минимум девятнадцать русских – нельзя отказывать в праве на патриотизм даже злейшему врагу. Он начинал в Ираке еще офицером пятой аэромобильной бригады и гордился тем, что единственной страной, которой выделили сектор ответственности, кроме Великобритании была Польша. Причем это был не самый лучший из секторов – американцы, отчетливо понимая, кто и что стоит, обычно выделяли «новым членам НАТО» несколько постов, где поспокойнее. Поляки воевали по полной программе.
Тогда же Рычковский, тогда еще капрал – встретился с украинцами. Возможно, лучше было бы, если бы поляки с ними тогда не встретились, ведь именно по результатам Ирака польским Министерством обороны был сделан вывод о том, что украинская армия практически небоеспособна и разбежится после первых же серьезных усилий по ее нейтрализации. Украинцы держали несколько постов и город Аль-Кут, они же по мере сил и возможностей помогали гонять колонны. Рычковский отлично помнил, что тогда было – когда боевики армии Махди пошли на штурм Аль-Кута, украинцы бросили позиции без боя и побежали, единственный погибший у них получил пулю в спину от «благодарных местных жителей» во время героического драпа[17]. Город потом брали и зачищали американские десантники и они, поляки, а украинцев с тех пор встречали не иначе как вытянутым средним пальцем. Украинцы, если чем и запомнились в Ираке, так это безудержным воровством и ченчем – то есть попытками устроить какой-то неравноценный обмен. В Ираке большой проблемой была питьевая вода, а в столовых сил стабилизации ее можно было брать без ограничений – и каждый раз украинцы выезжали на операции с машинами, забитыми баллонами с водой по самый верх, так что и стрелять-то невозможно было. То ли воевать поехали, то ли торговать…
Вот и приняли решение – входить малыми силами, GROM привлекли всего один батальон, мобильные силы были раздерганы по горячим точкам. На Украине же, уже как прошли западные области – стало понятно, что и украинцы кое-что могут. А еще эти русские.
На земле полыхнули вспышки, на мгновение просветив десантный отсек вертолета. Высадка имитировалась с боем.
– Пошли! Вперед!
Трос обжигает руки – и сразу падение с перекатом. Целая рота мотострелков, выполняя роль противника, усердно палит по ним со всех сторон, используя американские лазерные имитаторы стрельбы MILES последнего поколения, они позволяют точно имитировать выстрелы с обычным для пуль рассеиванием, а не просто бьют лазерным лучом. Вспышки со всех сторон, особенно много – со стороны штабного здания, там по, легенде, – заложники и основные силы сопротивления. Пулеметы и автоматы с обеих сторон заряжены холостыми, по вспышкам отлично видно, где обороняющиеся. У бойцов GROM вспышек нет, и неудивительно – глушители есть на каждом автомате…
Капитан из положения лежа несколько раз выстрелил, у него на автомате был прицел ACOG, и целиться было удобно даже без ночной оптики. Он бил по окнам второго этажа, по плещущему из них пламени пулемета – и со злым восторгом заметил, что пламя погасло.
В следующее мгновение его долбануло током, да так, что он на несколько секунд потерял сознание.
– Пся крев! – заорал он в полный голос, только придя в себя.
Делать было нечего – проиграл. Кто-то попал в него. Это была еще одна новая тренировочная система, пара батареек и два электрода как раз там, где почки – жесткая, но действенная, при попадании в тебя пули система бьет тебя током, сила удара зависит от вида попадания – легкое ранение, тяжелое, смертельное. Не хочешь, чтобы тебя било током, не подставляйся под пули.
Впереди продолжался бой – спецназовцам удалось зацепиться за подступы к зданию, но прорваться сразу так и не получилось. У мотострелков из строя вышли уже две трети бойцов, но оставшиеся все же удерживали периметр, не давая прорваться. Дураку было ясно, что штурм здания сорван, у обороняющихся полно времени, чтобы расстрелять заложников. Спецназовцы потеряли уже треть бойцов из тех, которые высадились с вертолетов.
Кто-то остановился, проходя мимо.
– Вацлав – ты, что ли? Дай, помогу.
Рука протянулась из темноты, капитан уцепился за нее, с трудом поднялся. Током и в самом деле долбануло крепко, во рту солено-железный привкус, как будто железку лизал, голова кругом идет, сердце как сумасшедшее колотится.
– Марек, ты, что ли?
Марек – пулеметчик, из мазовшан, по-русски совершенно без акцента говорит, знает белорусский и украинский – вымученно улыбнулся.
– Попить есть?
Капитан снял с пояса флягу, протянул другу, потом напился из нее и сам. Марек служил под его началом в северном секторе, самом хреновом – леса, и Беларусь рядом, а оттуда то и дело приходят
– Тебя где сняли?
– Пулемет. Думали, что подавили, дали дым, рванули к входу – и в упор.
– Хреново…
– Что-то делать надо. Надо заранее зачистку сектора делать, при неподавленной обороне нас там всех вобьют.
– Там американцы будут.
– Им бы периметр удержать. Там, по данным разведки – не меньше двух тысяч боевиков в городе, рядом у них что-то вроде лагеря, и в самом городе живут. И еще охрана АЭС.
Над штабной машиной горел свет, тут же стояли «погибшие», невесело переговариваясь, кто-то курил светляком тлеющую в темноте сигаретку, кто-то пил из фляжки. Навстречу им попался подполковник Борок, командир их роты.
– Что? И вас тоже?
– Пан подполковник, там не пробиться. Четыре пулемета только в самом здании.
Подполковник только махнул рукой и скрылся в темноте.
США, штат Северная Каролина
Форт Брэгг
Временный оперативный штаб
01 июня 2014 года
– Смотрим еще раз. Капитан, давайте по очереди. Сначала общий план, потом моделирование, потом нарезку с камер. Исходные прокрути.
– Есть.
Оперативный штаб, который возглавлял контр-адмирал Стивен Бьюсак, не имея пока постоянного пристанища, собрался в месте, которое как нельзя лучше подходит для планирования и подготовки специальных операций. Три дня понадобилось на то, чтобы собрать все данные о проведенных масштабных тренировках – а у каждого солдата на каске была видеокамера, свести их воедино, собрать данные объективного контроля со всех летательных аппаратов, участвовавших в операции. Все это скормили кластерному компьютеру, установленному в подвале штабного здания восемьдесят второй дивизии – у него было то ли две, то ли три сотни процессоров, и он мог моделировать виртуальную реальность, почти из ничего создавая что-то вроде видеоигры. Ценой в этих видеоиграх были жизни и смерти людей.
Исходные данные – карты, описание участвующих сил, исходные данные по характеру объектов, которые предстояло штурмовать, и уровню оказываемого сопротивления – прошли на утроенной скорости, сливаясь в мельтешение на экране, а вот когда началось самое интересное, офицер, отвечающий за проведение компьютерной презентации, переключил ролик в режим нормального воспроизведения. Взору присутствующих предстала масштабная карта юга Аризоны, сначала это был спутниковый снимок, потом оператор начал как бы наезжать объективом на него, изображение начало увеличиваться с каждой секундой, превращаясь в рельефную карту местности. Северо-восточнее Фортуны Футхиллс над самой землей у восьмой дороги висели шесть боевых вертолетов, потом изображение с бешеной скоростью начало смещаться, пока все не увидели, что севернее Ногалеса, прикрываясь холмами, у самой границы висят еще три конвертоплана, один из них ударный. Потом оператор отъехал немного, чтобы показать позиции ПВО, а потом отъехал уже сильно – чтобы можно было видеть и два бомбардировщика В2, и группу подавления ПВО, которая была исключительно беспилотной – в практике крупных боевых операций полностью беспилотное подавление ПВО встречалось впервые.