Александр Абердин – Русский бунт - 2030 (страница 75)
— Что, командир, вспомнил о тех господах, которые обитают за пределами вокзала? Не дёргайся, ничего с ними не случится. Между прочим, я разговаривал давеча с мужиками, спрашивал, когда они нам новый движок сварганят, так они сказали, что через четыре года максимум и это будет бегун совершенно нового типа, не чета той рухляди, на которой мы сейчас мимо звёзд крадёмся. Вот тогда наш "Ванечка" будет носиться по галактике, словно угорелый. Да, и волновые вихри, если они не врут, будут не такими жесткими.
— Это я уже знаю, Денис, — ответил Никита, — а на счёт землян я не очень-то волнуюсь. Как только мы слиняем с Земли, они так или иначе всё равно устроят бучу с обменом ракетно-ядерными ударами. Может быть и не смертельную, но всё же серьёзную. Что меня и беспокоит по большому счёту.
Штурман нахмурился и проворчал:
— А ты не думай об этом, Никита, вот и не будет у тебя никакого беспокойства. Пойми меня правильно, я не варвар какой-нибудь и не зверь, но меня их проблемы не волнуют. Более того, мне кажется, что бы после нашего отлёта с Земли здесь не произошло, мы всё равно окажемся крайними и ты хоть тресни, поделать ничего уже невозможно. Понимаешь, чтобы они жили в мире друг с другом, нам нельзя улетать, а для того, чтобы мы смогли остаться, нам придётся провести их всех через экс, но от этого будет только хуже. Они же через какое-то время обязательно вцепятся нам в глотку и тогда им же больше всех и достанется. Поэтому мы можем сделать только одно, сложить все свои дары в прочном складе, закрыть его на замок и улететь, но при этом сказать, что экспандминд лежит на складе прямо перед дверями, но возьмут они его только в том случае, если не учинят войны, или его возьмут те, кто выйдет из неё победителями. Вот и всё, командир. Третьего просто не дано.
— Милая получается перспектива, — вздохнул Никита, — но ты прав, выше головы мы прыгнуть не сможем. Ладно, сейчас нам нужно думать не об этом, а о модернизации "Ивана Фёдоровича".
Глава четвёртая
Без надежды на благодарность
Не смотря на то, что Говард Макмиллан разрешил русским специалистам заняться отбором и подготовкой кандидатов в колонисты, демократы потерпели сокрушительное поражение и республиканец Джулай Энсон, между прочим губернатор Индианы, стал президентом США. И что самое обидное, демократы, которые первыми почуяли новые перспективы в политике, открывшиеся в следствие того, что нация благодаря карингфорсу стремительно омолаживалась, сумели протащить закон, увеличивающий срок президентских полномочий в три раза и теперь в ближайшие двадцать четыре года им точно не светило протолкнуть своего парня в Белый Дом. Это было просто чертовски обидно, тем более, что Джулай Энсон, ловко игравший роль малость туповатого простака и рубахи-парня сумел воспользоваться как раз теми достижениями, которые его конкурент считал своими.
Вообще-то главную роль в поражении Говарда Макмиллана сыграло то, что он занял позицию и нашим, и вашим. Его противник очень резко отмежевался от маргиналов и всех тех людей, которые поливали грязью Новую Россию, заявив, что Индиана стоит ста миллионов Алясок вместе с Чукотками, а карингфорс дал Америке второе дыхание и она, благодаря русским термоядерным реакторам стала снова превращаться в мировую промышленную державу. Вместе с тем, благодаря русских, он не забыл отметить тот факт, что именно республиканец Стюарт первым пошел на контакт с русским президентом. Помимо этого он сделал множество других ловких ходов и в итоге хотя Говард Макмиллан мог ещё раз попытаться стать президентом и потому его никак нельзя было называть "хромой уткой", за ним закрепилось прозвище "killed duck" — "убитая утка".
Что же, этот высокомерный янки сам вырыл себе политическую могилу уже тем, что он так и не удосужился ни разу встретиться с теми людьми, которые решили лететь на Индиану чуть ли не стоя. Так во всяком случае говорили некоторые записные острословы, которые забыли о том, что длина звездолёта "Иван Крузенштерн" составляла полтора километра при ширине от тысячи двухсот метров в районе кормы и шестисот в носовой части, а высота составляла семьсот пятьдесят метров, то есть фактически превышала самое высокое здание в мире, Бурдж Халифа в Дубаи и уж точно было вчетверо больше него по своему объёму. Поэтому для сорока трёх тысяч переселенцев в нём было достаточно много места. Американцы, будучи людьми предприимчивыми, сразу высказали мнение, что для русских космолётчиков это просто отличны я возможность набить руку на перевозке людей.
И они не ошиблись. Главный аналитический компьютер, который немногим более года назад стал существом с искусственным интеллектом, немедленно назвал те типы летающих домов, которые были пригодны для загрузки в трюмы и ангары "Адмирала Крузенштерна". В них можно было перевезти двадцать пять тысяч человек, а ещё восемнадцать тысяч смогут разместиться в жилых и вспомогательных помещениях звездолёта. Пси-корпус также взялся помочь колонистам. Космос-генерал Завьялов приказал отрядить для переброски техники, снаряжения и продовольствия восемь БДТКК из пятнадцати у него имеющихся и эти корабли уже вылетели, чтобы подготовить площадки в наиболее выгодных местах.
Новая Россия передавала в дар колонии на Индиане восемь тысяч предприятий, способных производить высокотехнологичную продукцию самого широкого спектра, от бытовой техники и одежды, до флайеров и малых космических кораблей различного назначения, вот только выйти в подпространство они не смогут в связи с эмбарго президента Первенцева на передачу таких технологий кому-либо не было. Это сразу же стали муссировать в прессе недоброжелатели, но те люди, которые отправлялись на Индиану, прекрасно понимали, что это не так. Во-первых, какой идиот сказал, что космический корабль длиной в шестьсот двадцать метров — маленький? А, во-вторых, с чего это газетчики взяли, что его можно назвать тихоходным корытом, если он развивал скорость в ноль семьдесят пять световой? Единственное, чего он будет лишен, это генератора выхода в подпространство.
Самое главное всё равно заключалось в том, что Россия передавала в дар колонии на Индиане четыре таких космических корабля и четыре горнодобывающих и металлургических комплекса, а также восемь кораблей космической геологоразведки. Это уже позволяло сразу же начать добывать металлы и строительные материалы в космосе, благо планетная система была просто гигантской, а на Индиане просто жить. То, что там имелись огромные травоядные животные и хищники, никого особенно не волновало, так как отнюдь не они составляли подавляющее большинство животных, а куда более мелкие особи. К тому же на Индиане имелось множество таких мест, в которые они никогда не забредали, так как были обитателями субтропиков и потому если туда не соваться лишний раз, то и волноваться не о чем.
Из Новой России в США вылетело свыше пятидесяти тысяч специалистов, которые уже через неделю стали тестировать кандидатов и это были не одни только русские. Зато все они были телепатами и поэтому спорить с ними было бесполезно. В общем въезд на Индиану преступникам и лодырям был закрыт наглухо. В ходе получасовой беседы сразу же выяснялось "Who is who" и апеллировать было уже не к кому. Поскольку в стране наступила предвыборная лихорадка и администрации Белого Дома было не до колонизации Индианы, а сроки поджимали, то все хлопоты с этой планетой просто свалили на русских и их президента, которому можно было вообще не думать о выборах. Тем более, что они вообще ничего не требовали от американского правительства и обеспечивали колонистов всем необходимым начиная от носовых платков и заканчивая своим самым современным оружием, о котором в Пентагоне могли только мечтать.
Тем временем на Индиану уже прибыла разведка пси-корпуса, а все будущие колонисты отправлялись с вербовочных пунктов прямо к берегам озера Монро, куда из России доставили сотни прекрасных четырёхэтажных домов на сорок трёхкомнатных квартир каждый. Учитывая, что колонистами могли стать только те пары, которые не имели детей, то такие жилищные условия все сочли просто великолепными. Ещё больше колонистов поражало только то, что на каждые три пары полагался один шестиместный флайер, то есть без колёс никто не оставался. А ещё каждый колонист мог взять с собой шестикубовый контейнер какого угодно добра кроме огнестрельного оружия. Его им предоставляли и без того совершенно бесплатно и куда более мощное и надёжное. Забивать контейнеры одеждой им тоже не советовали, так как та, которую давали русские, была на пару порядков лучше, ведь она была даже не пошита, а изготовлена не пойми каким образом из вечных наноматериалов.
В Екатеринбурге между тем через три дня после выборов в США закончилась модернизация звездолёта "Иван Крузенштерн" и его стали срочно готовить к новому полёту. Все эти два месяца Никита буквально дневал и ночевал на "Ванечке" и только за два дня до старта выбрался в Москву. Вернувшись из экспедиции, он провёл с друзьями всего каких-то шесть часов. Из Екатеринбурга в Москву, где над семью холмами, точнее над тем, что от них осталось, парило несколько десятков тысяч домов, он прилетел не на флайере, а небольшом космоботе. Флайеры он почему-то недолюбливал. Причалив к дому Максима Первенцева, он вышел из люка на зелёную лужайку. В адмиральском мундире с иголочке он выглядел очень импозантно. К нему первой подбежала жена Рита, главный энергетик "Крузенштерна", одетая в нарядное плате, так красившее эту высокую, русоволосую красавицу и первым делом, поцеловав мужа, с тревогой спросила: