Александр А – Наглый поцелуй. Строго 18+ (страница 7)

— Пока ещё ничего не позволил, — басит этот Гризли.

Дальнейшее препирательство не слушаю, сталкиваюсь в коридоре с остальными друзьями Вадима. Один из них цепко сканирует меня, аж мороз по коже пробирает. Пролепетав что-то, сбегаю в сестринскую.

— Танюш, — тянет Лилька, косясь на дверь бежевой палаты, — давай сегодня ты с Вадимом занимайся.

— А чего так? — хмурюсь, внося очередные данные в карты пациентов.

— Да, блин... Эта его жена просто цербер в юбке. Дотошная, хуже нашего зав.отделения. Командует, требует, приказывает. Как он умудрился так вляпаться? Лучше б с той беременяшкой мутил, ей-богу.

— А мне нравится Паулина Андреевна. Она просто за Вадима Дмитриевича волнуется, вот и требовательная.

— Всё же займись им ты.

— Ладно, — киваю я с улыбкой.

Тем более Гризли довольно быстро уезжает. Вместе с Паулиной.

Когда появляются врачи с обходами, подхватываю карту Воронцова и бодро захожу следом.

До самого обеда катаю Вадима Дмитриевича по кабинетам. Он ворчит беззлобно, про Марка спрашивает. Познакомились неделю назад. Вадим с ним даже в шахматы поиграл один раз. И поддаваться не стал, честно выиграл.

— Чего ты домой не идёшь? — спрашивает пациент, когда я везу его обратно в палату. — С ночной смены ведь вышла.

— Деньги нужны, — отвечаю честно и без прикрас.

— Давай я дам, — возникает перед порогом чёртов Викинг с «шикарным» предложением.

— Благодарю, но нет, — отбриваю и задираю выше нос.

Вадим нас не слушает. Откатывает свою коляску и к жене «идёт».

— Да ладно тебе, Зеленоглазка. Сколько нужно, говори. Без всяких процентов и условий.

— Нет. Мне пора.

Разворачиваюсь, чтобы уйти. Но он ловит за запястье и тащит к столу.

— Пообедай хотя бы со мной.

— Мне не положено! — очень стараюсь вырваться из захвата.

— Ну что ты творишь? — спрашивает Вадим Дмитриевич, отвлёкшись от жены.

— Завали! — рычит Викинг. — Поест и пойдёт. Чего трясёшься-то? Не трону! Ну, спутал, помял немного. Так я ж извинился.

— Вы не извинялись! — огрызаюсь я.

— Да? Так исправлюсь. Вот. В качестве извинений пообедаешь со мной, — и улыбается широкой белозубой улыбкой.

Обречённо падаю на стул. Точнее, меня туда пригвождают. И встать не дают. В руки вручают вилку. Двигают контейнер с салатами поближе. Пациент и его жена ничего не говорят. Тоже располагаются.

— Так зачем тебе деньги, Танюша? — спрашивает опять Матвей, подкладывая мне кусочки мяса, вылавливая их из общей кастрюли. — Ешь, ешь и говори.

— А зачем людям нужны деньги? — задаю встречный вопрос. — И нет, я не возьму их у вас. Можете даже не начинать.

— Хорошо, на свидание со мной пойдёшь? — меняет он тему.

— Нет.

— Почему?

— Потому что

— Только не начинай про то, что замужем. Ни хрена это не так. Я пробил, — перебивает грубо.

— Вам паспорт показать? — бровь выгибаю.

— Нормальную причину назови. Не нравлюсь? Мордой не вышел? Вот подстригся для тебя, — и улыбается залихватски.

— Для меня? — удивлённо усмехаюсь.

— Ну да, видел ведь, что на волосы мои постоянно смотришь. Ну так что, свидание? Могу тебя после смены забрать. Поужинаем где-нибудь.

— У меня сутки сегодня. Отсыпной день я хочу провести с сыном дома. А потом опять смена. Мне некогда бегать по свиданиям.

— Я куплю твою смену, — выпаливает он.

Откладываю приборы и встаю.

— Очень вкусно, спасибо. Я пойду.

Выпрямившись, выхожу. Матвей за мной идёт и останавливает за порогом.

— Что не так опять?

— Я не продаю себя, вы ошиблись.

— Да я ведь не в этом смысле, ёпт, — взъерошивает волосы, портя стильную причёску.

— Послушайте

— Танюш! — к нам бежит Лиля и размахивает руками. Радостно улыбается, аж подпрыгивает. — Муж твой приехал. Поднимается. Говорила я, он ещё придёт мириться. Вот тебе Новогоднее чудо!

Я отшагиваю от замершего и удивлённого Гризли. Разворачиваюсь и иду в сестринскую. Надо просто успеть сбежать, пока Слава не застал меня. Не хочу выяснять отношения здесь. При коллегах и при нём

Но не успеваю. Слава ловит меня прямо у поста.

— Привет, жена, — улыбается, а я смотрю за его спину. На Викинга, что стоит, небрежно прислонившись к стене, и руки на груди скрещивает.

— Здравствуй, Слава. У меня сейчас обед, давай поговорим где-нибудь не здесь.

— Поговорим, — соглашается он и, приобняв, ведёт к лифтам. Не сопротивляюсь. Лишь бы просто уйти.

Глава 8. Гризли

Провожаю удаляющуюся парочку и сдерживаю порывы вырвать чужие руки с талии моей женщины. Да, именно моей. Я так решил! Вот прям в тот день, когда домой её привёз. Когда с пацаном скрылась в задрипанном подъезде. И от собственного решения немного удивился обалдел опешил. Нет, я нехило так прихренел!

С какого вообще я запал на неё? Замужнюю, с дитём. Ладно, дитё в этом факторе никак не мешает, но замужняя ведь. Любит, небось, своего Антипова. Иначе зачем жить в таком клоповнике?

Две недели план вынашивал, как ведьму зеленоглазую завоевать. И плюс сам себе время дал, чтобы забыть. Окунулся с головой в свои проблемы. Тем более Балашов, один из тренеров по тхэквондо у подростков, подкинул головную боль. Прикарманил крупную сумму денег. Скот! Якобы для командировки с юношеской лигой.

Билеты команде, проживание, питание. Всё расписал. Свою подпись поставил, а сверху печатью партнёра закрепил. И бухгалтер Юлька, молодая, только устроившаяся к нам, глупенькая, без раздумий провела транзакцию. Хорошо ещё: Лина Фёдоровна, главный бухгалтер, заметила и сразу же сообщила мне.

Этот хмырёныш деньги получил и укатил с любовницей за границу. Бросил и жену, и детей, и престарелую мать. Телефоны отключил, типа потерялся. Мы, конечно, семейку навестили. Но те о деньгах знать не знают. Балашов в командировке. Ничего не знаем. Брать с них нечего, кроме квартиры.

Бухгалтершу тоже попрессовали. Та тоже о деньгах ничего не знает, но Стёпа вообще мужик въедливый и злой. До сих пор трясёт дурочку. За мошенничество обещает засадить.

Балашов просто не знает, с кем связался. Вот за эти две недели мы со Степой шороху-то навели. Слетали за бугор, нашли придурка, в себя поверившего, и любовницу тоже.

Часть оставшихся денег только вернули, а его оставили в местной больничке. Вряд ли он вообще вернется домой, там бы здоровье после общения со Стёпой восстановить для начала. Хорошо еще живой остался.

Как только прилетели домой, я и рванул в больничку. Увидел Зеленоглазку, стоящую у стойки, так и понял, что не забыл. Мало того, не забыл, я соскучился дико. Она мне снилась. Голос её снился. Ласково медвежонком звала. Так сладко-сладко.

За эти две недели, в перерывах между поисками потерянных финансов, потряс ещё раз нашего безопасника. И выяснил, что не живёт она больше с Антиповым. Одна ребёнка воспитывает и квартиру снимает. Муженьку, похоже, плевать, где живёт его жена и сын. Да если б это был моя жена и сын, я б им квартиру оставил, сам бы съехал в съёмную. Хотя нет. Если бы это была моя семья, я б их никогда не оставил.

И вот с этими мыслями провожаю я Татьяну, мать её, Антипову с мужем. И руки чешутся оторвать конечности этому Славе. Тьфу.

Оттолкнувшись, подхожу к стойке. Рыженькая с улыбкой смотрит.