– Правильно. – Дозер выпятил грудь. – Не волнуйтесь, тренер, пока я здесь, ничего не случится.
Мюррей кивнул и жестом велел вентурийцу следовать за ним. Пригибаясь и стараясь не высовываться из высокой травы, они побежали вперед.
– Когда я видел этих тварей в последний раз, они проделали дыру в Джобе, – сказал Коленки.
Мюррей знал, что случилось с самым большим членом команды в прошлом году. Пока он напивался в Глуби, Джобу Маглина застрелили из спектральной пушки. Немой великан пожертвовал собой, чтобы спасти Сего, не дать Голиафу убить его.
Жестом велев вентурийцу держаться рядом, Мюррей двинулся вперед, хватаясь за рубеллиевые выступы. Подойдя ближе, они разглядели рядом с тремя стальными чудовищами фигуры поменьше. Пятеро скованных цепями мужчин стояли на коленях перед надзирателями. Неподалеку лежало несколько трупов, в том числе два птичьих, похожие на бесформенные груды перьев.
Один из мехов расхаживал взад-вперед перед пленниками, и Мюррей слышал, как его лишенный интонаций голос прорезает шум горного ветра.
– У тебя не будет другого шанса ответить, мразь. Спрашиваю еще раз. Где ваша оперативная база?
Мюррей поднял руку, давая спутнику знак остановиться. Надзиратели имели сложную сенсорную систему и обладали острым зрением и слухом.
Присмотревшись, Мюррей увидел, что все пятеро пленников одеты в черную кожу и что у них выбрита макушка. Мятежники Потока. Люди Сайласа.
Один из мужчин, рослый усатый гривар со скованными за спиной руками, плюнул в грязь. Подняв голову, он посмотрел в окошко на корпусе меха, за которым находился пилот-даймё.
– Да заберет тьма твою железную задницу, твои глазки-бусинки за стеклом и твоего императора, пославшего тебя сюда делать грязную работу.
– Ответ неправильный.
Даже на расстоянии Мюррей услышал гул импульсной пушки в руке стального чудовища. Оглянувшись, он увидел рядом с собой дрожащего драконыша. Вентуриец был крепким парнем, но сейчас его охватил страх.
Мюррей положил руку ему на плечо и посмотрел в глаза.
«С тобой ничего не случится, я позабочусь о тебе», – хотел сказать он.
– Последний шанс передумать. – Пушка почти зарядилась, ее ствол теперь окружало голубоватое свечение.
Усатый повстанец внезапно вскочил и бросился на врага:
– Свободен, чтобы сражаться!
Остальные четверо повстанцев тоже взвились на ноги и повторили клич.
Надзиратель выстрелил, и яркая вспышка поглотила усатого гривара.
Мюррей прищурился и вскинул руку, защищая глаза от слепящего света. Когда через секунду опустил, все было кончено. Обожженные куски человеческой плоти разлетелись во все стороны. Определить, кому принадлежали те или иные останки, было невозможно.
– Темные духи небесные, – пробормотал потрясенный драконыш.
В его глазах блеснули слезы, а пальцы сжались в кулаки. Коленки был готов броситься в бой.
Мюррей крепко схватил его за руку.
– Нет, – прошептал он. – Знаю, ты хочешь отомстить за Джобу. Сейчас не время. Твоя жизнь пойдет наперекосяк. Иногда нам приходится решать, принимать бой или нет. Не каждый бой тот, которого ты ждешь.
Коленки стиснул зубы, сдерживая рвущийся крик.
Они отползли, прячась в траве, потом вскочили и бегом вернулись к выступу, за которым прятались остальные.
– Что случилось? – спросил Дозер, обеспокоенно глядя на бледного как мел Коленки.
– Этот путь не годится, слишком опасно. – Мюррей посмотрел на Дозера так, чтобы тот понял: спорить бесполезно. – Направимся прямо на север и срежем путь через Кавель. – Он перевел взгляд на Коленки, который уже забрался на рока. – Оттуда – в Вентури.
Глава 3. Компромиссное положение
Есть способ задушить противника без физического контакта. В начале поединка каждый боец считает себя технически более оснащенным, что создает иллюзию возможности использовать любые приемы. Однако по ходу боя некоторые техники становятся недоступными из-за защитных способностей противника. Тот, кто один за другим нейтрализует приемы соперника, как бы душит его, загоняет в темноту, не оставляя возможности двигаться дальше.
Мюррей Пирсон брел по Маркспар-роу. В Подземье началась красная смена, и уборщики-гранты уже сметали в кучки вчерашний мусор. Он откусил от буханки черствого хлеба, но поднявшийся в желудке ихор билбаба предостерег от попыток поесть.
Мюррей бросил корку следующему за ним по пятам облезлому псу.
В уже открывшихся пещерообразных барах под орущими лайтбордами собирались сборщики – выпить и перекусить перед выездом на полевые работы в степь.
Он миновал несколько втиснутых в эту унылую улицу храмов наслаждений, привлекающих к себе густым медовым запахом. Из темных углов полуразрушенных жилых комплексов выглядывали наркоманы, воры-карманники и просто бандиты. Мюррей чувствовал на себе жадные взгляды. Решив, вероятно, что идущий по улице здоровяк не станет легкой добычей, крысы снова забились в свои щели.
Совсем недавно он сам был среди этих крыс, шатался по грязным улицам в поисках выпивки и забытья.
Пнув бродячую собаку, уже несколько раз цапнувшую его за пятки, Мюррей вступил в квартал лоточников и как будто попал в джунгли, наполненные пронзительными каркающими голосами торговцев и резкими запахами жарящегося искусственного мяса.
С Маркспар-роу он свернул на хлипкий мостик с прогибающимися под его весом досками, из которых торчали гвозди. Под мостиком лениво шумел поток сточных вод.
В освещенной спектральным светом галерее подремывал в кресле пузатый охранник. Заметив Мюррея, он вскинулся.
– Ослеп, дуралей старый? – Он указал на неоновую вывеску у себя над головой. – Время работы – с зеленой по темную смену. Сейчас закрыто – поединков нет, ставки не принимаются.
– Я знаю, что закрыто. И пришел не бои смотреть. Мне надо встретиться с твоим боссом.
– Вот как? – Мерк поднялся и окинул Мюррея изучающим взглядом. – Только вот босс сказал мне, что никаких встреч в эту красную смену у него нет и чтоб его не беспокоили.
Гривар был немного моложе Мюррея и весил порядка двухсот пятидесяти фунтов. Довольно сильный, несмотря на брюшко. Бить он, похоже, предпочитал с левой ноги. Подбородок крепкий. И все же больше, чем на минуту его, наверное, не хватит.
Мюррей знал, что одержит верх. Уложит этого охранника и пройдет дальше. Но там, скорее всего, будут и другие громилы.
– Как насчет того, чтобы сходить к боссу и спросить, не согласится ли он встретиться со старым другом? – Мюррей достал кусочек оникса и бросил мерку.
Тот попробовал его на зуб и кивнул:
– Кто спрашивает?
– Мюррей Пирсон.
Глаза охранника слегка расширились, но он быстро справился с удивлением. Даже теперь, спустя десятилетия, имя Мюррея отдавалось эхом в Глуби.
– Подожди здесь, – буркнул охранник и направился к лестнице.
Мюррей ждал, переминаясь с ноги на ногу и изо всех сил стараясь удержать в узде ихор билбаба. Откуда-то снизу просачивался запах неочищенных сточных вод.
Спустившись по этой лестнице несколько лет назад, он увидел мальчишек, сражающихся в круге, чтобы выжить, услышал насмешки пьяной публики и проклятия наставников. Тогда он вышел, держа Сего на руках.
Возвратившийся мерк кивнул Мюррею и жестом позвал за собой.
На этот раз здесь было тихо. Охранник привел Мюррея в одну из задних комнат, оказавшуюся причудливо обставленным кабинетом.
Талу практически не изменился с их последней встречи. На скуластом, рябом, с тяжелым подбородком лице застыла надменная улыбка.
– Вот уж кого никак не ожидал увидеть здесь в красную смену, так это Мюррея Пирсона.
Талу указал гостю на украшенное резьбой кресло. Мюррей неохотно сел.
– Я никогда не получал удовольствия от встречи с тобой, Талу. Но иногда приходится идти туда, куда ведет дерьмовая дорожка.
– Начало не самое любезное, Пирсон, если исходить из того, что тебе действительно нужно что-то от меня, – сказал толстяк. – Не думаешь, что иногда выгодно быть повежливее?
Общаясь с администрацией Цитадели в Верхнем мире и людьми вроде Каллена Олбрайта, Мюррей научился забывать о таком понятии, как самолюбие.
Не каждый бой тот, которого ты ждешь.
– Извини. Последние месяцы были не самые легкие.
– Я так и слышал. – Талу окинул Мюррея оценивающим взглядом. – Мои люди в Глуби донесли, что ты вернулся. Вообще-то, я ждал тебя раньше, учитывая наше общее прошлое.
Мюррей стиснул зубы, чтобы не зарычать. Талу вынудил его выйти на арену, назначив ценой свободы Сего победу в поединке. Мюррей победил Драгуна в «Лампаи» на глазах у тысяч зрителей. Вспомнив тот бой, он рассеянно потер пустую глазницу.
Талу рассмеялся, и его щеки задрожали, как желе.
