Механизмы заскрипели, и кабина двинулась вверх. Поднявшись на несколько этажей, лифт остановился, и дверца открылась. Мюррея ждали еще два охранника, они молча повели его по длинному коридору, тоже с облицовкой из железного дерева. Шагая по половицам, старый гривар чувствовал, как они прогибаются под его весом. Коридор освещали спектральные светильники, в воздухе висел медовый аромат. Внимание Мюррея сразу привлекла блестящая черная фигура в конце коридора, перед входным порталом.
Издалека казалось, что мех облачен в ониксовую броню, поглощающую спектральный свет, но, подойдя ближе, Мюррей увидел светящееся окно и сидящего в кабине маленького даймё. Импульсной пушки, которой были вооружены надзиратели наверху, у этого меха не было.
По периметру портала бежали вверх и вниз золотые старинные иероглифы, скрывая встроенные в раму высокотехнологичные сканеры.
– Прибыл с Пирсоном, господин, – сказал один из охранников.
Дверь открылась, и Мюррей с облегчением вздохнул, миновав Стража. Даже ему становилось не по себе рядом с такой махиной. Самая большая комната особняка занимала целый этаж.
Мюррей ожидал увидеть типичную для даймё роскошь: богатые украшения и пышную мебель. Однако, как и в холле, здесь не было ничего, кроме татами на полированном полу железного дерева, непритязательной оружейной стойки, на которой висели несколько спектральных жезлов и пик, и высокой складной ширмы в центре.
– Добро пожаловать в мою чайную комнату, Мюррей Пирсон. – Навстречу гривару вышел, сопровождаемый двумя телохранителями, невысокий человек.
За ним следовали три белолицые куртизанки в свободных красных одеждах.
– Благодарю, лорд Махару, – ответил Мюррей, зная, что именно здесь он должен сыграть свою роль и не поддаться желанию пустить в ход кулаки.
– Мне очень приятно, – кивнул даймё, усаживаясь на татами. – Я внимательно следил за карьерой рыцаря Пирсона. Был твоим горячим поклонником, когда ты сражался за Цитадель. Своими глазами видел твой бой с Драгуном несколько лет назад. У меня было предчувствие, что ты победишь, хотя большинство ставило против тебя.
– Те дни остались далеко позади, – произнес Мюррей. – Но они, безусловно, занимают особое место в моей памяти.
– Ну конечно. – Даймё жестом пригласил Мюррея сесть. – Могу ли я предложить тебе что-нибудь?
Он кивнул куртизанке, та скользнула за ширму и вернулась с подносом, на котором стояли стаканчики-сори и графин с янтарной жидкостью. Мюррей узнал элитный хиберианский ликер и покачал головой:
– Я с этим завязал.
– О, приятно слышать. – Махару одобрительно кивнул. – Я очень расстроился, когда узнал, что для тебя настали трудные времена. Вполне естественно, что такой чемпион очищает организм подобным образом.
– Да, – нетерпеливо сказал Мюррей, желая как можно скорее покончить с формальностями.
– Скажи мне, рыцарь Пирсон. – Даймё посмотрел на него черными бездонными глазами. – Многие говорили, что ты по-прежнему придерживаешься Кодекса. Что ты непоколебим в своем отношении к нему и никогда не возьмешься за работу, которую полагаешь унизительной для себя, – например, не станешь мерком. Тем не менее ты здесь, передо мной, и говоришь, что хотел бы служить. Что изменилось?
Мюррей ждал этого вопроса:
– Как вы сами сказали, у меня были трудные времена. Я увлекся выпивкой и потерял контроль над собой. Я все потратил, все потерял. Мне нужно встать на ноги.
– Что ж, логично. Но почему бы тебе не вернуться в Цитадель? Ты служил рыцарем, ты был скаутом – наверняка там предложили бы тебе какую-нибудь должность.
– Они и предложили, – ответил Мюррей. – Но я с ними порвал.
Он не стал вдаваться в детали, чтобы не выпячивать некоторые обстоятельства. Иногда нужно сделать так, чтобы противник сам проделал за тебя нужную работу.
– Да, до меня доходили слухи о твоей ссоре с командором Мемноном. Позволь спросить, что случилось?
Мюррей вздохнул:
– Все из-за Кодекса. Да, я следую ему. А вот Цитадель слишком часто его нарушала. Они там позволяли себе кое-что запретное, чтобы сделать свою команду сильнее. Это было уже слишком. – Мюррей пристально посмотрел в чернильные глаза, но лорд Махару не отвел взгляд.
– Кое о чем я слышал. Я хоть и даймё, но в Кодекс верю. – Он встал и поднял руки в широком жесте. – Большинство считает, что Кодекс есть предписание, определяющее образ жизни гриваров, но это не так. Положения Кодекса – образец для всех, от простого гранта до верховного лорда. Я верю в то, что мы, даймё, созданы править, но я также верю, что гривары должны служить естественным для них образом. Я не заставляю моих охранников применять оружие или иные технические средства, нарушать свои клятвы. В противном случае сюда приходили бы люди менее квалифицированные, не те, кого я желаю видеть у себя на службе. Мне нужны такие, как ты, бойцы, у которых есть нравственные стандарты. Бойцы, которые следуют Кодексу.
Мюррей кивнул:
– Вот почему я пришел сюда: чтобы быть полезным вам.
– Похоже, так распорядилась судьба. – Даймё жестом попросил Мюррея встать. – Но, по правде говоря, не в моих правилах нанимать человека, который появляется у моей двери посреди ночной смены, даже если это сам Могучий Мюррей Пирсон.
– Я бы не смог попасть на Пещерную Сторону в дневную смену, – сказал Пирсон.
– Не важно. – Махару махнул рукой. – К счастью, у тебя безупречные рекомендации. Фармер, можешь показаться.
Из-за ширмы вышел старый мастер.
Фармер выглядел точно так, как в тот раз, когда Пирсон видел его в баре Тлика, – высохшее тело в просторном одеянии.
Коуч низко поклонился Махару и, повернувшись, встретился взглядом с Мюрреем:
– Привет, Мюррей.
Мюррей понял, что его план рассыпается. Почему Фармер здесь? Тот факт, что Коуч оказался на службе у лорда, приобретшего детей из «Колыбели», не мог быть случайным совпадением.
– Фармер Огрейн – начальник моей службы безопасности, – сказал Махару. – Мне известно, что вы знакомы. Учитель и ученик – тема старая. Для меня большая честь быть свидетелем такого воссоединения.
Похоже, старик еще не сказал своему господину, что видел Мюррея в баре.
Мюррей попридержал язык и только молча кивнул Фармеру. Нужно играть роль. Разузнать побольше, прежде чем принять решение.
– Спасибо за рекомендацию, – сказал он. – Было бы здорово снова поработать вместе, обеспечивая безопасность лорда Махару.
– Буду рад показать, как здесь все устроено, – ответил Фармер.
Мюррей затаил дыхание, едва веря ушам. Неужели получится? Неужели его все-таки примут?
– Но, – бросил даймё, – есть еще кое-что. Сделаешь – получишь работу.
Мюррей застыл.
– Хотя твои подвиги хорошо известны, ты должен понимать мои опасения. Я должен убедиться, что Мюррей Пирсон не растерял прежних навыков. Не возражаешь, если я предложу небольшую проверку?
– Конечно нет, – сказал Мюррей.
Махару кивнул одному из охранников:
– Яхало.
Долговязый гривар шагнул вперед.
– Да, господин, – сказал Яхало, нервно переводя взгляд с Махару на Мюррея.
Мюррей узнал парня, уважительно и даже с благоговением произнесшего его имя при входе. Обычный мальчишка, вероятно только что закончивший учебный лагерь в империи и поступивший на работу в Глуби, потому что не прошел отбор в рыцари.
Обижать парня не хотелось, но Мюррей знал: нужно устроить шоу, чтобы получить работу. Он покрутил шеей и сбросил на пол плащ.
Яхало осторожно двинулся вперед и, сблизившись, нанес несколько пробных джебов. Мюррей уклонился, даже не подняв рук, и пропустил один в лицо.
Робко поглядывая на противника, охранник провел еще два джеба и кросс. Мюррей вытер кровь с разбитых губ.
– Неплохо, малыш.
Быстро подсев, он захватил изнутри бедро, взвалил Яхало на плечо и бросил спиной на пол.
Ката гарума. Мельница.
Яхало не успел собраться, а Мюррей уже был на нем: обхватил ногами голову и вытянул руку. Наемник попытался вывернуться, чтобы избежать перелома руки, но попал в треугольник. Мюррей сжал ноги, и Яхало захрипел и отключился.
Глядя на своего охранника, распростертого на полу железного дерева, даймё похлопал в ладоши:
– Ценю твою осторожность – ты не покалечил моего человека.
– Не хотелось так поступать с будущим сотрудником, – ответил Мюррей.
– Ты прав. Добро пожаловать в команду, Мюррей Пирсон.
– Жарче, чем сейчас, уже и быть не может, – заявил Дозер.
Раздевшись по пояс и обернув голову пропотевшей формой, он вместе с остальными драконышами шагал по выложенной песчаником вентурианской улице.
– Это еще что, – сказал Коленки. – Вот попадешь в «Бочку», тогда и послушаем, как запоешь.
