Алекса Вулф – Лёд твоих глаз (страница 5)

Снова глухой звук ударившегося о стекло тела, только на этот раз я смогла разглядеть мохнатую мордочку и остроконечные ушки.

Неужели?..

Да. Это был катулус-кайки, или как говорят в просторечье — кучин. Существо с острыми мохнатыми ушками, которые традиционно заканчиваются длинными кисточками; с вытянутой мордочкой и маленьким влажным носиком. Эти с виду милые существа встречались в обычной жизни очень нечасто, а уж в городе и подавно!

И сейчас это действительно редкое создание сидело по ту сторону окна и жалобно округляло большие голубые глаза.

— Впустить? — спросила еле слышно, не ожидая, впрочем, ответа. Всем известно, что кучины не способны общаться с людьми и прочими разумными существами.

— Муау! — раздалось требовательное по ту сторону стекла. Я замешкалась всего на мгновение: насколько мне известно, кучин не способен серьезно навредить человеку. А уж магу так и подавно.

— Хорошо, открою. Только смотри мне, никакой самодеятельности!

Пригрозив магическому существу пальцем, я открыла окно и отошла на шаг, позволив черному мохнатику ступить на подоконник.

В следующий миг случилось сразу две вещи. Открылась дверь в нашу комнату, впуская внутрь девушку с зелеными волосами. Увидев на подоконнике кучина, она истошно завопила, подражая морской химере. От испуга кучин подпрыгнул на четырех лапах до потолка, выгнув спину дугой.

— Рмуау!

И вся эта какофония звуков обрушилась на мой неподготовленный к подобным испытаниям слух. Зажав уши руками, я повернулась к зашедшей девушке и шикнула. Удивительно, но это сработало. Зеленоволосая перестала визжать и закрыла рот ладошкой. Для верности.

— Светлых дней, я твоя новая соседка, Кэссария. Но можешь звать меня Кэсс.

— Эт-то т-твоё?.. — указав дрожащим пальцем на кучина, спросила девушка. Я мотнула головой.

— Нет, первый раз вижу. Думала, твой. Он очень настойчиво стремился попасть внутрь, словно уже бывал тут.

Я прищурила глаза, пытаясь выглядеть угрожающе-подозрительной.

— Я даже не знаю, что это такое! — возмутилась моя соседка.

— Это кучин, катулус-кайки по-научному. Неужели не знаешь? Мы проходили этих существ в прошлом году.

— Не-а, — протянула девушка. — У нас преподаватель, который вел Историю и Уход за магическими существами, уволился год назад. Нового пока не назначили.

Я закатила глаза. Здешний уровень обучения уже с порога оставлял желать лучшего. С тоской подумала о Королевской Академии.

— А ты откуда к нам? — уже расслабилась соседка, очевидно, решив что кучин не представляет для нее угрозы. Сам же пушистик облюбовал мою кровать, наглым образом оккупировав подушку.

— Кажется, ты забыла представиться, — усмехнулась я, усаживаясь на край своей кровати.

— Ой, прости! — хлопнула себя по лбу соседка. — Я Элиджи. Можешь звать меня Элли.

— Очень приятно, — кивнула, подводя черту под обменом приветствиями. — А перевелась я из Королевской Академии.

Элиджи присвистнула. Значит, наслышана…

Глава 5. И вихрь ледяной сбивает резко с ног

Я старалась не выдавать о себе всю подноготную сразу, отвечая на вопросы новой соседки сдержанно и осторожно. Элиджи оказалась очень любопытной девушкой, от нее так и веяло легкостью и какой-то наивностью.

Когда наиболее важные по ее мнению моменты были худо-бедно разрешены, вниманием зеленоволосой снова завладел кучин, задремавший под наши разговоры.

— Расскажи про этого… как ты там его назвала?

— Кучин, — я посмотрела на спящее животное и улыбнулась. — Очень редкое существо, надо сказать. До сих пор не понимаю, что он забыл в Академии.

— Может, кто-то из старшаков притащил. У нас тут всякое случается, — усмехнулась Элиджи.

— Не одобряю дурное обращение с магическими существами.

Я поджала губы, показывая свое осуждение подобных развлечений.

В нашей, то есть, в Королевской Академии, за этим следили очень строго. Можно было напортачить с зельями, разнести часть академического городка — на первый раз провинившегося прощали, ограничиваясь материальным возмещением ущерба и профильной отработкой. Но если кто-то был замечен в неподобающем обращении с магической живностью — исключение без права восстановления. С этим было очень строго. Возможно потому, что Ректор очень любил животных, кто знает?

— Так что, расскажешь про них?

— Ну, что я могу тебе сказать? Вот смотри, конкретно у этой особи темная шерсть, почти черная. Это один из распространенных окрасов. Самые редкие — белые кучины. Но такого встретить редкая удача.

— А черненький, стало быть, обычный?

Стоило Элиджи произнести эти слова, как левый глаз спящего животного приоткрылся.

— Обычных кучинов не бывает, — я аккуратно отсела от затаившегося хищника подальше. — И на твоем месте, я бы не оскорбляла его. Одним богам известно, насколько кучины способны понимать нашу речь.

— Прости меня, миленький пушистик, — улыбнулась соседка, глядя прямо на черную мордочку. — Я не хотела тебя обидеть.

Голубой глаз как-то недобро сверкнул и закрылся. Я же решила продолжить свою импровизированную лекцию.

— Так вот, как ты заметила, у нашего друга цвет глаз небесно-голубой. Вообще у катулуса-кайки чаще всего либо янтарно-желтые, либо льдисто-голубые глаза, реже — зеленые или фиолетовые. Сам кучин обычно среднего размера, но особо крупные экземпляры достигают метра от носа до кончика пушистого хвоста. Высота в холке — примерно по колено.

Я наклонилась и показала озвученную высоту чуть ниже своей коленки.

— Откуда ты так много знаешь об этих животных, если сама говоришь, что они очень редкие?

Соседка с интересом окинула мою фигуру, останавливаясь на лице.

— Тут нет никакой тайны, — я развела руками. — Просто год назад довелось о них писать курсовую.

— А-а-а! — понимающе протянула Элиджи. — Интересно! Я бы хотела поучиться в твоей Академии. Судя по всему, там интереснее, чем у нас.

Девушка грустно вздохнула, задумчиво накрутила зеленый локон на палец и пробормотала:

— Но я рада, что ты теперь будешь жить со мной. Уверена, нам не будет скучно!

Хотела бы я заверить соседку, что так и будет. Но я все еще помнила суровый взгляд нового Ректора и его слова о том, что при малейшей выходке мне укажут на дверь.

— Посмотрим, — многозначительно отозвалась я и снова посмотрела на свернувшегося клубочком кучина. — Чтобы избежать нарушения по незнанию, должна спросить: у вас разрешены личные питомцы?

— Насколько я знаю, прямого запрета нет, — пожала плечами Элиджи. — Но обладателей личных животных можно пересчитать по пальцам руки. И в основном это кто-то из знати.

— Как я и думала, — тихо пробурчала, косясь на спящее животное. Значит, оставив его у себя, я рисковала прослыть как минимум, выскочкой. А как максимум… даже думать не хотелось. А раз так, с кутулусом-кайки придется распрощаться. Как бы мне не хотелось оставить его и изучить получше.

— Ну что, пушистик, отдохнул? Пора бы тебе к своим собратьям отправляться, — сказала, осторожно ткнув в мохнатое черное тело пальцем.

— Рмау! — недовольно отозвался кучин, показал язык и нервно дернул хвостом.

— Какой злюка, — со смешком заметила Элиджи. — Прямо как Фар!

Я отвлеклась от попыток прожечь взглядом дыру в кучине и с интересом посмотрела на соседку.

— А кто это — Фар?

— Местная звезда и заноза в заднице, Фартэрион Аригурийский, дракон. Пятый курс.

— Красивый, наверное? — со знанием дела спросила, вспомнив свою личную занозу, тоже дракона. Удивительное совпадение!

— Очень! — с мечтательным придыханием сообщила соседка. Мне оставалось лишь закатить глаза.

Надеюсь, наши пути с этим Фар… как-его-там никогда не пересекутся!

К сожалению, долго наслаждаться неспешными беседами не вышло: в комнату влетел вестник от Ректора с указанием отправиться к секретарю за расписанием, какими-то бумагами и направлением в библиотеку — за книгами.

— Эх, мне пора, — грустно встала с кровати и посмотрела на соседку с искренним сожалением. — Было приятно поболтать.

— Когда вернешься, можем вместе сходить в столовую. Покажу что здесь и как, — улыбнулась Элиджи, показав ряд ровных белых зубов.

— С радостью, — кивнула, чувствуя облегчение. Я и сама собиралась попросить соседку об этой небольшой услуге. Взгляд невольно перескочил на кучина.