Алекса Ву – Эй, недотрога, обернись! (страница 5)

– Ох, мне нужен решительный и твердый человек, чтобы я была как за каменной стеной, понимаешь?

– Вроде он и производит такое впечатление.

– Он робеет, когда находится рядом со мной, – уверенно отвечает Дженни. – Даже целует меня аккуратно и без особой страсти.

– А может, так и надо? Ты встречаешься только с наглыми, похотливыми хамами, а он отлично выполняет роль «обходительного парня». Просто ответь ему на звонок, – я бросаю мимолетный взгляд на девушку и зарываюсь носом обратно в свой конспект, который совсем не вижу.

Мысли не позволяют отдаться учебе, поэтому строчки расплываются, смешиваясь в кучу.

18:30. Глаза бегают то вправо, то влево. После долгих раздумий я поднимаюсь с кровати и нерешительно направляюсь к выходу.

– Ты куда?

– Скоро приду, Дженни.

Если этот псих меня не убьет.

Передо мной двухэтажный особняк, огражденный коваными воротами. Эта картина заставляет меня ахнуть, но чему здесь удивляться, ведь у него свой собственный клуб. Не особо я восхищаюсь этой показушной красотой, мне это неинтересно.

– Открывай же, – ворчу я, неуверенно жму на звонок и жду, когда ворота откроются и меня пропустят на территорию дома.

Вскоре я уже неторопливо иду по двору, а затем дергаю металлическую ручку стеклянной двери. Сначала я просовываю голову внутрь и пугливо осматриваю гостиную и только потом неуверенно вхожу внутрь. Я верчу головой как заведенная, пытаясь найти хозяина дома.

Он сидит на черном диване и смотрит на меня.

Я подхожу к парню и присаживаюсь на кожаный подлокотник, не зная, с чего начать.

– Опоздала.

– Я…я. – Я пытаюсь выдавить из себя ненужные оправдания.

– Замолчи, – затыкает меня парень с усталостью в голосе и поднимается на ноги, останавливаясь напротив меня. – Ненавижу непунктуальность. Даже не думай больше опаздывать, детка, – он подходит на пару шагов ближе и по привычке склоняет голову набок, внимательно следя за моей реакцией.

– Не называй меня так, – спокойно прошу я, а в душе проклинаю надменного хама.

– Деткой? – ухмыляется он, хватая меня за подбородок. – Малышка, не смелей, тебе не идет. Будь покорной, ладно?

– Просто покажи, где кухня. Я справлюсь со своим делом и пойду домой, – не выражая никаких эмоций смотрю в глаза парню я и мысленно молюсь, чтобы быстрее выбраться из его хватки.

– Хм, по коридору налево, – быстро отвечает он и отпускает мой подбородок.

Теперь можно дышать.

На кухне, отыскав все нужные продукты в холодильнике, который, на удивление, был заполнен едой, я принимаюсь за готовку ужина. Мои движения скованы, хоть сложности в готовке я никогда не видела. Мне просто в новинку готовить еду для мужчины…

Гремя посудой, я не слышу за спиной шагов хозяина дома и просто продолжаю свою «работу», мысленно матерясь на этот абсурд.

– Скоро?

Я дико пугаюсь, услышав за спиной его голос, затем поворачиваюсь и наблюдаю, как он, деловито скрестив руки на груди, присаживается за стол и забрасывает ноги на соседний стул.

– Уже почти, – внимательно проследив за его действиями, даю тихий ответ я.

– Не отравишь хоть?

– А как же, – еле слышно отзываюсь я.

– Поговори мне тут еще, – возмущается парень, все же услышав меня. – Давай бегом. – Хён Кук стучит палочками по стеклянному столу.

Такие, как он, не умеют ждать. Приходится наспех наложить все в тарелку и поставить еду прямо перед его носом, а уже потом пытаться по-тихому удалиться.

– Сидеть!

Проглатывая ком в горле, я нервно цокаю и присаживаюсь за столом напротив него. Парень не смотрит на меня, просто хватается за еду, с хорошим аппетитом уплетая все, что было на тарелке.

– Стряпня твоя ничего, а вот фигурка подкачала, – говорит он с набитым ртом, поглядывая с издевкой на меня.

Я ничего не отвечаю, лишь молча смотрю в окно на цветущий сад на заднем дворе. Единственное красивое и живое место в этом доме, и оно никак не сочетается с его бездушным хозяином.

В кармане Чона вибрирует телефон. Быстро дожевав, он, долго не копаясь, спокойно отвечает на звонок:

– Что?

Выражение его лица с каждой секундой становится все злее и мрачнее. Боюсь представить, что он слышит. Парень резко поднимается на ноги и сметает тарелку со стола.

– Стоять на месте! Никуда не уходить! Я убью Нам Джина! – Хён Кук подрывается с места и со злым лицом направляется к выходу из кухни, стукнув кулаком о дверной косяк по дороге. Я, приоткрыв рот, наблюдаю за поведением парня и осторожно иду за ним следом. Хён Кук, как я успела заметить, безумно вспыльчивый, и это действительно пугает.

– Я пойду уже, – как можно спокойнее произношу я, лишь бы не попасть под горячую руку, и уже хочу открыть входную дверь, как меня тянут за шиворот обратно в дом. – Я… я…

– «Я… я» – чего ты мямлишь?! – сквозь зубы шипит парень. – Сидишь здесь и дожидаешься меня! – невозмутимо и строго указывает он, накидывая кожаную куртку себе на плечи.

– Но мне уже пора…

– Не дай бог тебя не будет дома! – бросает напоследок Хён Кук и скрывается за входной дверью.

Глава 5

Он громко хлопает дверью и уходит, а что делать мне? Уйти?

Белые стены, черная мебель, ярко-синее полотно напротив дивана – все в этом месте сделано со вкусом. Я больше часа слоняюсь по пустому дому и не знаю, куда себя деть. За окном уже давно стемнело – наверное, уже часов одиннадцать. Как же хочется спать…

Я подхожу к дивану и сажусь на краешек, все еще осматривая обстановку дома. Проходит десять минут, двадцать, и я уже сладко дремлю, опираясь о кожаную спинку.

Сквозь сон я слышу ругань и звуки шагов. Я не открываю глаза, а лишь возмущенно тянусь к скользкой кожаной подушке. Мое сознание не сдается и хватается за остатки сна. Я ведь у себя в комнате, верно? Дженни позже получит за этот ужасный шум.

– Разлеглась, блин. Подвинься, – мужской голос бьет по ушам, и я чувствую мягкий ковер у себя под ногами. Вряд ли это голос Дженни…

– М? – сонно мычу я, не желая просыпаться.

– Эй, подъем, говорю!

На этих словах я подскакиваю с дивана, ударяясь локтем об угол столика. Шипя от боли, я осматриваюсь и понимаю, что все еще нахожусь у Хён Кука дома. Страх сковывает все тело, а все еще сонное состояние замедляет мыслительный процесс.

– Принеси аптечку, она на кухне в верхнем шкафчике, – устало просит парень, откидываясь на спинку дивана. Только сейчас я заметила, что на нем живого места нет. Хён Кук весь в ссадинах и синяках.

– Т-ты это чего? – я подхожу к нему ближе и осматриваю ранки на лице, разумеется, совершенно не волнуясь за него. Уверена, он получил по заслугам.

– Блин, неси аптечку! – громкий крик оглушает меня, и я пулей несусь на кухню и принимаюсь в спешке открывать все дверцы шкафчиков, ища необходимую коробку.

Руки трясутся, ноги подкашиваются. Я возвращаюсь обратно в гостиную и ставлю аптечку на столик у дивана, озадаченно поглядывая на Хён Кука. Он сбрасывает куртку и снимает через голову футболку. На голой спине виднеются новые ушибы и красные пятна, которые завтра определенно приобретут синий окрас.

– Боже… – шепчу я против воли.

– Помогай, – Чон откидывает футболку и хватает со стола аптечку. – На, – вручает он мне ее и садится на край дивана.

Он ждет от меня помощи. А что я? Я стою как вкопанная и испуганно на смотрю на его раны.

– Мне долго еще ждать?

– А, сейчас, – заторможено произношу я и принимаюсь за поиск необходимых средств: смачиваю ватку спиртовым раствором и легонько дотрагиваюсь до ранки на спине.

Хён Кук шипит и начинает дергаться.

– Больно? – я осторожно продолжаю, прикусывая нижнюю губу.

– Плевать, переходи на переднюю часть, – Чон поворачивается и открывает моему взгляду свою подкачанную грудь, на которой красуется не меньше ушибов, а я, сглотнув, выбрасываю старую ватку и беру в руки новую.

– Эй, – расширяю глаза я, когда парень подхватывает меня за талию и усаживает к себе на коленки.