Алекса Райли – В снежном плену со Скруджем (страница 5)
— Я больше не практикую.
Он возвращается к чистке оружия, а я потягиваю горячий шоколад и устраиваюсь поудобнее на диване. В какой-то момент Фрейзер хватает со спинки дивана плед и накрывает им мои колени. В тепле и уюте я расслабляюсь, и вокруг нас воцаряется спокойствие. Долгое время никто из нас ничего не говорит, и довольно скоро мои веки становятся слишком тяжелыми, чтобы держать их открытыми. Когда чувствую, что Фрейзер пошевелился, я снова открываю глаза и вижу, как он склоняется надо мной. Наверное, это должно меня напугать, но что-то во Фрейзере такое спокойное и контролируемое.
— Я собираюсь отнести тебя в кровать, — его низкий голос звучит успокаивающе.
— Твою кровать? — спрашиваю я и тут же исправляюсь. — Я имею в виду, ты позволяешь мне спать в твоей постели. Не в ту кровать, в которой ты сейчас спишь.
— Я уложу тебя в любую кровать в этом доме. — Он забирает из моих рук пустую кружку. — Просто скажи мне, в какую ты хочешь отправиться.
— Ты дразнишь меня, — говорю я прямо перед тем, как он подхватывает меня на руки.
Его большое тело теплое и сильное, и я не могу удержаться, чтобы не обнять его, прежде чем опустить голову ему на плечо. Я достаточно сонная, чтобы не думать о том, что делаю, когда прижимаюсь носом к его шее, чтобы вдохнуть его запах.
— Если тебе становится легче от того, что ты в это веришь, тогда ладно. — Он прижимает меня к себе, пока несет по коридору.
— Ты отдал нам свою комнату, — молвлю я, и он пожимает плечами. Фрейзер, возможно, не считает это важным, но я считаю. Я не привыкла, чтобы кто-то беспокоился о моих потребностях больше, чем о своих собственных. — Мы можем перебраться в комнату для гостей завтра. Я не…
— Нет, — он снова обрывает меня тем грубым тоном. Только на этот раз это заставляет меня улыбнуться.
Глава 6
Фрейзер
Мне удалось поспать несколько часов, но незадолго до рассвета я встал и направился туда, где застряла машина Найи. Когда я добрался до участка дороги, где должна была быть ее машина, я вышел и обошел вокруг, прежде чем позвонить шерифу.
— Привет, Фрейзер, что я могу для тебя сделать? — спрашивает Анджела, отвечая.
— Та машина, о которой я тебе писал, случайно не была отбуксирована, да? — я смотрю на пустое снежное пространство и снова ничего не вижу.
— Нет, тебе нужно, чтобы я это сделала? Когда ты написал, ты сказал, что позаботишься об этом, так что я оставила ее в покое. Шторм был довольно сильным вплоть до вчерашнего дня, и я не совершала никаких дополнительных поездок, если ты понимаешь, о чем я.
— Да, я тебя услышал. — Что-то покалывает у меня в затылке, и я нутром чую, что это не к добру. — Эвакуатор, должно быть, забрал ее.
— Хм, — похоже она обдумывает это. — Рой иногда привозит их в свою мастерскую в плохую погоду, чтобы быстро заработать. Да, я бы позвонила ему, если ты не можешь найти ее.
— Так и сделаю. Спасибо за твою помощь.
— О, пока не забыла, скажи своей маме, что я могу заскочить и забрать тех деревянных оленей для городской площади позже. Сегодня утром я поднимаюсь на гору, и ты знаешь, что прием паршивый. — Анжела обращается к кому-то еще, кто, должно быть, помогает с праздничными украшениями. — Извини, у меня список дел длиной в милю, и у меня нет времени, чтобы его делать.
— Почему бы мне не завести их тебе. Я заеду и заберу их по дороге к Рою.
— Ты спаситель. — Она на секунду замолкает, а затем ее голос понижается. — Ты же знаешь, ей бы понравилось, если бы ты пришел на церемонию зажжения свечей.
— Я обязательно завезу их перед обедом, — говорю я ей, прежде чем забраться в свой грузовик.
— Ценю это, Фрейзер. Скоро поговорим.
Я вешаю трубку, ничего больше не сказав, потому что что еще можно сказать? Все в этом городе знают, как я отношусь к Рождеству, а Анджела и моя мама хорошие подруги. Конечно, она хочет, чтобы я пошел на церемонию зажжения свечей. Это то, что город делает в канун каждого Рождества, но я не хочу в этом участвовать. На мой взгляд, лучше забыть о существовании этого праздника, но потом я думаю о Найе и Мине.
Они вдвоем проводят Рождество вдали от дома и в полном одиночестве. Что бы они не оставили, это было достаточно плохо, чтобы заставить Найю сбежать посреди ночи. В итоге они оказались с худшим человеком для того, чтобы сделать это время года волшебным, потому что я даже не знаю, с чего бы мне начать.
Так что на самом деле елка избавила бы меня от необходимости покупать батарейки. Достаточно только елки и несколько гирлянд. Я могу это сделать, и, возможно, к тому времени, когда наступит Рождество, Найе и Мине будет куда отправиться.
На этот раз голос звучит немного требовательнее, но я предпочитаю не обращать на это внимания. Конечно, Найя такая милая, насколько это возможно, и когда она улыбается, в моей груди происходит что-то забавное, но это ничего не значит. Все, что я делаю, — это оберегаю ее до тех пор, пока она не сможет сделать свой следующий шаг. Вот и все.
Поворачивая к дому моих родителей, я решаю забрать оленей и отправиться в мастерскую. Один короткий разговор с Роем, и я смогу во всем разобраться. Затем я завезу оленей в центр города и посещу елочную ферму. Лучше сделать это сегодня, чтобы они могли насладиться ей, прежде чем им придется уехать.
В ложь, которую я говорю себе, кажется, очень легко поверить.
Придя к родителям, папа странно смотрит на меня, когда я прошу оленей, но я объясняю, что это одолжение шерифу. После того, как целую маму в щеку, я иду с папой в гараж и загружаю их в свой грузовик.
— Спасибо, что забрал их. Они будут хорошо смотреться на городской площади, — говорит он.
— Это тоже? — я киваю на коробки с украшениями, и он качает головой.
— Нет, это дополнительные гирлянды и прочее, что твоя мама достала с чердака. Она собиралась пожертвовать.
— Хочешь я и их отвезу в город? — предлагаю я, и он широко улыбается.
— Ты бы избавил меня от необходимости ехать самому.
Эй-Джей все еще спит, когда я прощаюсь с родителями, так что это избавляет меня от неловких вопросов о Рождестве и о том, когда я приеду. Я вообще стараюсь не приезжать домой в это время года, потому что это слишком болезненно.
Уехав, я поворачиваю к окраине города к «Буксировка от Роя». Там длинный забор из сетки-рабицы, и как только подъезжаю, я вижу внедорожник, припаркованный по другую сторону забора.
— Черт. — Взглянув на здание, я вижу, что свет еще выключен, но, скорее всего, он все равно внутри. Я стучу в дверь несколько раз, и в конце концов он открывает. — Эй, мне нужен этот «Мерседес».
— И тебе доброе утро, Фрейзер, — бормочет он, и все, что я чувствую, — запах виски.
— И мне нужно, чтобы ты переставил его в дальний конец стоянки, подальше от улицы. — Оставлять машину здесь под замком не такая уж и плохая идея, просто я не хочу, чтобы Рой хвастался, что она у него.
— А тебе-то какое дело? — его налитые кровью глаза сужаются, когда он достает ключи и открывает ворота.
— Как насчет того, чтобы ты сделал это до того, как я расскажу твоему надзирателю о вечеринке, которую ты устроил здесь прошлой ночью.
Рой чертыхается себе под нос, впуская меня, и, к счастью, машина не заперта. Я осматриваюсь, но не вижу ничего, кроме двух сумок. Я не вижу сумочки или чего-либо еще, когда еще раз осматриваю машину перед отъездом.
— Не за что, — саркастично кричит Рой, и я машу ему, выезжая с парковки.
Мне нужно будет позже еще раз заехать и убедиться, что он действительно убрал машину. В противном случае, кто угодно может проехать по городу и заметить внедорожник Найи. Это самая дорогая вещь на его свалке, и она выделяется в таком маленьком городке, как наш.
Возможно, я почти ничего не знаю о Найе и о том, как она оказалась в Брайтберри, но я знаю, что сохранение ее в секрете обеспечит ее безопасность.
Глава 7
Найя
Я улыбаюсь, когда чувствую, как Мина играет с моими волосами, а кровать такая удобная, что мне не хочется двигаться.
— Доброе утро, любимая букашка, — говорю я ей, переворачиваясь и обнимая ее маленькое тельце. Я не готова открывать глаза, поэтому прижимаю ее к себе.
— Доброе утро, — произносит она, слегка зевая. — Где Ральф?
В тот момент, когда она напоминает мне, где мы находимся, мои глаза распахиваются. Как я могла забыть, что мы в доме Фрейзера? Думаю, я могу винить в этом свой глубокий сон, потому что не могу вспомнить, когда в последний раз спала так хорошо. Еще реже Мина просыпалась раньше меня. Кроме моментов, когда я болела, я стала очень чутко спать с тех пор, как в мою жизнь вошла Мина. Все, что ей нужно сделать, это перевернуться, и я бы проснулась.
— Возможно, он все еще спит. — Я провожу пальцами по ее растрепанным кудрям, чтобы поправить их.
— Нет, не спит. — Она драматично качает головой, прежде чем попытаться высвободиться из моих объятий. Я целую ее в пухлую щечку, перед тем, как отпустить, а затем задаюсь вопросом, вставала ли она уже. Черт, я, должно быть, действительно отключилась. Есть что-то в этом месте и во Фрейзере, что дает мне чувство безопасности.