Алекса Корр – Княжна Анастасия (страница 33)
Как только Маркус думал об этом, его сердце сжималось от ужаса и переживаний. Он уже не раз проклял себя за то, что отселил Машу в другое место, за то, что наговорил ей. Если бы он мог, он бы многое отдал, чтобы отмотать время вспять и тогда бы он не выпустил ее из своих покоев. По ночам охранял бы сам, а днем оставлял на дверях самых преданных дэймонов, с которых бы взял клятву на крови. Он не мог представить, что больше не увидит ее, не прикоснется к ней.
Но он гнал от себя плохие мысли. Он найдет ее!!! По-другому не может быть!!! И она подчинится ему, станет покорной и примет их обычаи! Да, он сделает ей уступку, чтобы никто не посмел ей вредить, сделает ее своей Повелительницей, а наследник… тут Маркус вспомнил, чем напоили Марию и пожалел, что не может убить Найлу повторно … наследника сможет родить какая-нибудь наложница из гарема и он его примет. И Маша будет его любить и растить с уважением.
Рассредоточенные в разных направлениях стражники уже давно прочесывали местность, ища хоть какие-то следы, а Маркус, оседлав мула, специально выведенной породы, чтобы передвигаться по пескам, вместе с Дэйвом, двинулся в сторону плодородных земель. Он понимал, что Маша постарается быстрее добраться до границы с людскими королевствами и будет двигаться, скорее всего, именно в этом направлении.
Осложняло все еще и то, что не было точно известно, когда Мария сбежала. Но Маркус все равно надеялся и постоянно проверял вязь истинной пары.
Днем следующего дня Маркусу передали сообщение, что в пустыне нашли пустую фляжку для воды и кусок ткани, напоминающей шторы.
Сердце Маркуса пропустило удар… Как? Почему пустыня??? Как она могла сунуться в пустыню???
Он во весь опор поскакал туда, где были найдены эти вещи и убедился, что действительно, найденная ткань соответствует той, из которой были сделаны шторы в комнате Маши и бросился дальше в пустыню. Но сколько бы он не скакал вперед, сколько бы не вглядывался в даль, нигде не видел фигурку Маши. А вечером, … вечером, вязь на его руке пропала… И на всю пустыню раздался рык Повелителя, полный боли и отчаяния…
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ГЛАВА 1
Длинные коридоры со всех сторон и множество запертых дверей. И где та, которая тебе нужна? Которая приведет тебя в нужную точку, туда, где тебя ждут, тебя любят … и где ты сможешь забыть… Забыть боль от предательства любимого человека, боль от потери близких тебе людей, где ты, наконец-то сможешь стать сильной и построить, наконец, свою жизнь так, как тебе этого хочется???
Как не ошибиться дверью, если у тебя всего одна попытка и один ключ в руках? Двери и зеркала… десятки, … сотни, … тысячи маленьких зеркал, в которых отражается твой прозрачный силуэт… И ни одной подсказки…
И когда тебе уже надоест метаться от двери к двери, боясь ошибиться, что это именно та … стоит остановиться и успокоиться. Стоит сесть, закрыть глаза и подумать, а куда хочешь попасть именно ты?
И когда ты ответишь на этот вопрос честно самой себе, вставай, бери ключ и открывай … да хоть первую попавшуюся дверь, потому что она будет именно той, что тебе нужна … Твоя уверенность в том, что ты хочешь и что ты на правильном пути, сделают именно эту дверь той, которую ты ищешь.
***
Старый разрушенный Храм посреди пустыни. От былого величия не осталось и следа. Песчаные бури и время сделали свое дело и теперь над песком можно увидеть только часть защитной стены, которая раньше защищала здание Храма от песка.
Внутренний двор, в котором могли останавливаться паломники и в котором ранее были оборудованы гостевые домики, сейчас тоже усыпан песком и колючками, а от самого здания Храма остались только два помещения, над которыми непогода и время оказались не властны.
И тем удивительней было обнаружить именно в этом месте следы пребывания человека, ведь на много километров вокруг не было ни единого поселения, да и самого этого Храма уже не сможешь найти ни на одной карте…
Седой, сморщенный старик в цветастой хламиде и с платком на лысой голове склонился над лежанкой, на которой лежала изможденная молодая девушка. Ее лицо, руки, ноги были в волдырях, которые доставляли ей боль. Девушка периодически стонала, а загадочный старик только довольно улыбался и перебирал четки в своих сморщенных руках.
Периодически он макал небольшую тряпицу в плошку с водой, а потом аккуратно отжимал влагу на потрескавшиеся губы девушки.
- Скоро… теперь уже скоро… - только и можно было разобрать из его бормотаний.
Но шли дни, девушка металась в лихорадке, потом впадала в оцепенение и только слабое дыхание говорило о том, что она жива…
А старец продолжал перебирать свои четки и что-то проговаривать себе под нос еле слышно…
За спиной старца на обломке колонны сидел крупный орел, лишь изредка открывая глаз и кидая взгляды на старца, когда в его бормотании проскальзывали более громкие ноты.
Но раз в несколько дней орел все-же покидал свое насиженное место и через разбитое окно в верхней части зала, вылетал наружу. Каждый раз он отсутствовал разное время, но возвращался, неизменно, держа в клюве веточку с несколькими ярко красными ягодами.
Он бросал свою добычу к ногам старца и вновь застывал на своем месте, этаким памятником самому себе.
В эти моменты старец прерывал свое бормотание, отрывал одну ягоду и выдавливал ее сок девушке в рот.
Так продолжалось две недели, а потом девушка закашлялась и открыла большие серые глаза.
- Где я? – первое, что она спросила, увидев старца и отшатнувшись от него.
- Ты в безопасности, дитя – старец довольно улыбнулся и протянул девушке плошку с прохладной водой, которую она жадно выпила.
Орел встрепенулся и захлопал крыльями.
- Зоркий привел меня к тебе и теперь все хорошо, - продолжал пояснять старец и по нему было видно, что он подбирает слова, прежде чем что-то сказать, как будто этот язык не был ему родным.
Девушка внимательно посмотрела на старца и кивнула ему.
- Спасибо Вам!
Потом попыталась подняться, но почувствовала головокружение и руку старца на своем плече.
- Не стоит пока резко подниматься. Две седьмицы металась между мирами. Миром живых и миром духов. Да и ослабла сильно. Хоть Зоркий и таскал для тебя «живицу», но одной ее мало. Сейчас бульон сварю. – старец поднялся и прошел к сложенным поленьям. Щёлкнул пальцами и под поленьями заплясали веселые язычки пламени.
Старец достал котелок и поставил его на огонь. Налил в него воды из небольшого деревянного ведра и бросил туда же выпотрошенную тушку какого-то мелкого грызуна.
Девушка внимательно смотрела за действиями старца, повернувшись набок на лежанке.
- Ты, ежели хочешь, там за углом емкость. Потом вынесу. Только осторожней, лучше за стену держись.
- Спасибо, я поняла. – девушка осторожно поднялась, покачнулась и оперлась о стену. Потом маленькими шажочками, останавливаясь, чтобы передохнуть, пошла в указанном старцем направлении.
Через час они сидели около лежанки и пили горячий бульон из грубых глиняных пиал.
- Расскажите, как Вас зовут и где мы? Как Вы меня нашли и что случилось за это время? Знает ли кто о том, что я тут?
- Как много вопросов… Мы в забытом Храме забытой богини. Раньше сюда много ходили, многие воздавали ей почести, … а сейчас … никого… Пристанище теперь это мое и Зоркого… Имя … да кто ж его помнит? Да и много имен было… Зови дедом Стефаном. А как нашел? Так и не я это был! Зоркий полетел на охоту, да вернулся сразу. Нервничал, крыльями бил, звал с собой. Вот так и привел к тебе. Взял тряпицу твою, в которую куталась и на ней притащил тебя сюда. Рано тебе еще, путь свой до конца не прошла… Не ходят сюда, а значит и о тебе не знает никто… Но хватит на сегодня разговоров, отдыхать тебе надо, да и я устал… Старый уже…
Девушка вернулась на свою лежанку, заметив неподалеку еще одну. Ее разморило и не успела она коснуться головой земли, как провалилась в сон, только уже не болезненный, а лечебный.
И приснилась ей … Москва. Она шла по каменной брусчатке Красной площади и держала за руку Алешку… исхудавшего, но живого и здорового. Братишка был весел и держал в руке свое любимое мороженое на палочке.
Об аварии напоминал только небольшой шрам в районе левого виска, который Алешка изредка потирал ладошкой. Новые джинсы, легкая курточка и рюкзачок за плечами. Его глазки радостно блестели что и неудивительно, ведь о поездке в Москву и о посещении знаковых мест в ней он ни раз просил родителей, но все никак не получалось … И вот теперь он шагает по Москве и держит за руку … не родителей, нет, а ее, свою сестру, которая исполнила его заветное желание.
А она, она шла и смотрела вперед, на мужчину, который шел им на встречу. Черные брюки, кожаная куртка нараспашку, помешали сразу узнать в этом мужчине врача, которого девушка раньше видела разговаривающим с медсестрой у постели Алешки в реанимации.
В руках он держал букет роз и поравнявшись с ними, отдал ей цветы, нежно поцеловал в щеку и присев перед радостным Алешкой, подхватил его на руки и усадил себе на плечи.
Было видно, что Алешка рад его видеть, да и такой способ передвижения, был для него не в новинку…
Придерживая одной рукой ножки брата, второй рукой мужчина обнял девушку за плечи, чему она совсем не возражала и они пошли дальше, о чем-то переговариваясь и смеясь…