Услышав слова Савойского, Рэйнар побледнел и схватился за голову:
— Мужики, советую не медлить… «Стриптиз» — это когда перед ними под музыку красиво раздеваются… Надеюсь, они для этого девушек пригласили? …
Все трое переглянулись и понеслись к лифту, еще одному изобретению «Великого» Мика Ральски, самого богатого молодого изобретателя и предпринимателя, которому, на пару с Анжеликой Савойской принадлежит теперь сеть конструкторских бюро по всей Империи и несколько фабрик, на которых изготавливаются все его изобретения.
Да, имя Анжелики Савойской гордо красуется на вывесках в качестве совладельца всего этого и творческого вдохновителя известного изобретателя. После того, как прежний Император на приеме в честь окончания войны, озвучил Указ о предоставлении ей права на самостоятельность, Мик заявил, что отпала необходимость скрывать компаньона и обновил все вывески…
Спустившись на первый этаж, мужчины приняли важный вид и замедлили шаг, учтиво отвечая на приветствия других постояльцев, но, стоило им оказаться подальше от них, тут же, не сговариваясь, перешли на бег.
В районе Белой скалы они оказались достаточно быстро и еще не обогнув её, услышали звуки музыки и голоса трех девушек, напевающих во весь голос:
«… Будуар Императрицы повидал немало на своем веку…
Кавалеров вереницы навевают на неё теперь … тоску…
Только сердцу не прикажешь, сердце просит продолжения любви…
И вечерний экипаж её уносит на окраину Москвы…»
Мужчины притормозили, вслушиваясь в слова песни, после чего более решительно стали огибать скалу, желая быстрее увидеть, что же там происходит…
А девушки продолжали напевать и заливисто смеяться:
« … Гуляй, шальная Императрица
И вся страна, которой правишь ты,
Берет с тебя пример,
Легко влюбиться, Императрица,
Когда так страстно бирюзовым взглядом смотрит офицер…»
Обогнув скалу, все трое остановились, завороженные открывшейся перед ними картиной. Их жены, такие разные, но такие красивые и родные, подняв юбки так, что было видно их стройные ножки, выплясывали около большого костра, под залихватские мелодии другого мира, а чуть в стороне, около небольшого костра, сидел Никодимус, с улыбкой смотрящий на веселящихся подруг, не забывая при этом поворачивать над костром аппетитные куски мяса на металлических шампурах…
Мелодия сменилась на другую, а мужчины все стояли и любовались своими женами, но, спустя некоторое время заговорщицки переглянулись, сбросили обувь и рубашки и бегом кинулись ловить своих «ведьмочек», после чего взвалили их на плечи и с разбегу кинулись в океан…
Девушки кричали и отбивались, одна так вообще стала грозить своему мужу инициировать какой-то закон «О правах женщин», но мужчины с громким смехом продолжали свои варварские действия…
К Никодимусу подошла Хель, сменившая по случаю праздника свой черный балахон на цветастый сарафан и, положа ему на плечо свою костлявую руку, другой протянула ему белую флягу. Потом с неодобрением бросила взгляд на резвящиеся в воде парочки, сказала:
— Эх, мужики, мужики… Опять не дали нашим девочкам расслабиться… Говорила им, сваливать надо было подальше…
Никодимус согласно кивнул головой, откупорил флягу и сделал большой глоток, вспоминая свою Дульсинею…
КОНЕЦ
Послесловие
Что касается Лики… Она нашла свое счастье, в другом мире, прошла сложный для себя период, во время которого совершала опрометчивые, а то и глупые поступки, но они с Даней смогли сделать правильные выводы, сохранить и приумножить то чистое и светлое чувство, которое переросло в настоящую любовь…
Они прожили вместе долгую и счастливую жизнь, дав жизнь трем очаровательным детям, которыми они гордились… И никогда больше между ними не было никаких тайн и недомолвок…
Ссоры, конечно же, иногда случались, как у каждой нормальной семьи, ведь без этого невозможно, верно? … Но всегда они заканчивались быстрым и бурным примирением…
Вдовствующая герцогиня-мать утратила такое звание, став графиней Осерской и по-настоящему расцвела рядом с мужчиной, который ею восторгался и которому и нужна была такая решительная и деятельная жена. С его детими-погодками она тоже быстро нашла общий язык, приняв их как родных и даря им свою любовь. В гости к Даниэлю и Есении они, конечно, наведываются, но это происходит достаточно редко...
Евгения помогла Дане... Его хромота была вызвана тем, что один осколок кости не поставили на место и он травмировал ногу при ходьбе. Женька решила эту проблему и теперь Даниэль вновь мог кружить свою (не)нужную жену в танце или догонять своих расшалившихся малышей...
И, заглядывая в будещее, могу сказать, что сыну Кайдена Орлеанского, выросшему смелым и благородным парнем, удалось сделать то, что не удалось в свое время сделать его отцу... Еге женой стала наша Мария, дочка Дани и Лики...
Есения дождалась своего любимого и Эванжелине Савойской пришлось уступить, тем более, что и Даниэль, под командованием которого и служил, как оказалось, избранник Есении, узнав, кого любит его сестра, полностью одобрил этот брак, а он-то и являлся Главой рода, так что его слово было основным. Да и Эванжелина в последствии, узнав получше зятя, прониклась к нему уважением и приняла сердцем в семью.
Эрик Льерский прошел всю войну и выслужился, получив воинский чин. В день чествования героев войны, Император вручил награду и ему, а также озвучил Указ, по которому графство Льерских переставало существовать, зато появилось графство Льер и Эрик стал его родоначальником... Территория графства была разорена, потребовалось много сил и денег, чтобы его восстановить, но Эрик и Анжелика, которая активно помогала "брату", справились и теперь графство Льер процветает. Жители графства любят своего графа и уважают.
Лика, со своими новыми подругами, сделают много для Альгорской Империи и о них еще долго потом будут вспоминать, восторгаясь их заслугами… Но это уже другая история…
