Алекса Корр – Анжелика (страница 47)
Прокричал имя любимой женщины, но не услышал ответа и стал освобождать одну из заблокированных дверей, молясь Многоликому, чтобы это была именно та дверь, которая мне нужна.
Но, помимо заблокированной ручки, она была еще закрыта и на замок и пришлось потратить время на то, чтобы эту чертову дверь выбить…
А когда я ворвался в задымленное помещение, то увидел фигуру в длинной белой сорочке, лежащую на полу около двери. По разметавшимся во все стороны темным волосам я понял, что ворвался в спальню герцогини-матери.
Первое желание — выскочить и ломиться во вторую дверь, но… сделал несколько шагов в сторону стола, подхватил стоящий там кувшин с водой, благо он был полный и вылил на женщину, после чего отхлестал её по щекам. Церемонитьс с ней мне было некогда, да и не хотелось.
Она вскрикнула и открыла глаза. Больше я мог тут не задерживаться.
Грубо приказав ей выметаться на улицу, пока она не поджарила себе пятую точку, кинулся ко второй запертой двери, мысленно обещая, что найду того гада, который помогал изнутри все это провернуть…
Вспомнился шпион Катрин, которого она приставила к Анжелике… И дал себе зарок найти эту гниду и выпотрошить его внутренности…
За спиной охнула герцогиня, остановившись рядом, но, поймав мой безумный взгляд и услышав от меня портовую ругань в свой адрес, опрометью бросилась вниз.
Слава Многоликому… Ну почему бабы такие дуры и понимают только брань и приказы?
Наконец, дверь поддалась, и я влетел в задымленную спальню… Моя женщина сидела, прижав к себе Марию на полу, около двери на балкон, которую, судя по всему, так и не смогла открыть…
Огонь бушевал на балконе, подбираясь к деревянным рамам. Рядом с ней стоял пустой графин с водой, а по одежде малышки стекали капли воды… Анжелика держала у носа ребенка платок, смоченный водой, не давая малышке надышаться гарью.
Увидев в проеме двери мой силуэт, она вскрикнула и попятилась, но когда я позвал её и постарался успокоить, в её глазах мелькнула надежда и радость…
Радость… радость, черт подери, от того, что она видит меня!!!
Быстро подскочил и помог ей подняться…
Скинул свою мокрую рубашку и накинул на Анжелику, закрыв ей голову, плечи и Машу, которую она прижимала к себе.
Я не мог допустить, чтобы они пострадали…
Обнял и потащил в сторону выхода…
Только бы успеть… только бы успеть выйти из дома, пока деревянные перекрытия не рухнули…
Лестница уже тоже дымилась и не внушала доверия…
Подхватил Анжелику на руки и кинулся вниз, перепрыгивая через ступеньки и придерживая края рубашки, чтобы на них не попала смола, которая уже капала с потолка и приземлялась на мои оголенные плечи…
Но боли я не чувствовал… В моих руках сжалась женщина, спасти которую было первоочередной задачей…
Наклонился к ней и стал успокаивать, обещая, что все будет хорошо… Мария ворочалась в руках Анжелики и плакала, но это я посчитал хорошим знаком.
Около входной двери только чудом удалось увернуться от падающей горящей балки, но я вынес свою драгоценную ношу на улицу…
Там к нам сразу кинулись Арон и муж кухарки, которых мои ребята уже освободили из флигеля… Не хватала только Леопольда, которого Анжелика взяла к себе кучером… Смылся, гнида…
Подскочила и герцогиня, охая и причитая, и подхватывая на руки Машу, осматривая её со всех сторон.
А я стоял и смотрел в глаза Анжелики… Она плакала, а потом кинулась мне на грудь и крепко обняла, благодаря за их спасение.
Обнял в ответ и крепко прижал к себе, благодаря Многоликого, что успел… А когда поднял голову и бросил взгляд в сторону, увидел летящую в спину Анжелики арбалетную стрелу…
НЕТ!!!
Мои руки еще обнимали её и это позволило крутануться…
Следующее, что я почувствовал, это сильная боль в спине в районе сердца… Разжал руки и стал медленно оседать на землю…
Но упасть мне не дали… Анжелика подхватила меня за плечи и придержала, сама упав на колени…
Да… если бы моя спина коснулась земли, стрела вошла бы глубже и у меня не было бы возможности попрощаться с той, которая стала самым дорогим для меня…
Она плакала, звала меня по имени, вспоминала какую-то Хель… просила позвать лекаря…
А я смотрел в эти глаза и понимал, что это последние мгновения, когда я могу наслаждаться её видом и её близостью…
Жизнь утекала из меня вместе с кровью, которая уже окрасила сорочку Анжелики в красный цвет…
Боялся ли я смерти??? Да ни хрена! Я всегда знал, что закончу свои дни не в чистой постельке и не от старости…
Жалел ли, что так поступил??? … Тоже нет…
Может это единственный нормальный поступок в моей жизни…
Но мне же никто не мешает, раз уж стал сегодня творить добро, сделать еще один? ...
Пропадет же, дуреха и меня не будет рядом, чтобы защитить…
С трудом поднял руку и коснулся мокрой щеки, по которой бежали стекали слезы…
Да, вот и сбылась мечта идиота, попробовал, какая у неё бархатистая кожа на ощупь.
Не убирая руки, с трудом выталкивая из себя слова, боясь не успеть, проговорил:
— Не плачь, дуреха. Я люблю тебя… Но после того, как я договорю, ты меня возненавидишь… Зато будешь предупреждена…
Закашлялся, брызгая кровью вокруг…
— Все было подстроено… Твой Савойский не спал тогда с Катрин… Хитрый план и наркотик в вино… И запись была сделана давно… Я знаю… помогал ей потом, так как ненавижу твоего мужа, который в Академии увел мою Нинель… Статья и слухи — тоже ложь… Катрин не успокоится, это её люди, а меня уже не будет рядом… Он скотина, но сможет защитить… Выживи… за нас двоих и … прос …ти …
Рука упала безвольной плетью и последнее, что я увидел, перед тем, как окончательно уплыть в темноту, черную воронку за спиной Анжелики, из которой шагнула женщина в черном балахоне…
Ну, … принимай, чистилище, я иду…
Глава 53
Лика
Шок… Наверное, это самое правильное описание моего состояния, когда я почувствовала, что в доме началось задымление и увидела, как горит лоза вьюнка, которая оплетала балкон.
Переговорив с вдовствующей герцогиней-матерью, выплеснув на неё все, что копилось в душе, я поднялась к моей малышке, которую покормила и легла с ней на своей кровати, прижимая её к себе…
Иногда я так и засыпала, хотя люлька Машеньки стояла около моей кровати, и она и так всегда была со мной рядом.
Но, иногда хотелось заснуть, обняв её… Это давало мне ощущение, что я не одна, что мне есть, ради кого строить новую жизнь и зарабатывать деньги… Хотя, сейчас я их только тратила…
А после разговора с герцогиней мне вновь захотелось почувствовать тепло моей малышки рядом… Так мы и уснули, но сон был недолог. Среди ночи я проснулась от запаха дыма и от того, что Машенька под моей рукой недовольно ворочается.
Ванная комната в этом доме была одна на весь второй этаж и дверь в неё располагалась в коридоре. Вскочив и схватив мою малышку, я кинулась к двери, но не смогла её открыть, как не пыталась.
Создавалось ощущение, что её закрыли чем-то снаружи. Стала молотить по двери, но это ни к чему не привело.
Благо в моей комнате всегда стоял полный графин с водой, что позволило мне намочить одежду Маши и платок, который я приложила к её мордашке, чтобы она не надышалась гарью.
Упала на пол и стала соображать, что я могу сделать. Но подходящих мыслей не было и только я стала паниковать, как услышала грохот в коридоре, потом чей-то грозный окрик, а затем дверь моей спальни выбили.
Не понимая, кто это: друг или враг, я интуитивно отползла в сторону и тут поняла, что в мою спальню ворвался Кайден Орлеанский.
В его глазах, когда он кинулся к нам и стал помогать мне подняться, я увидела все: начиная от страха за нас, облегчение, радость, что мы не пострадали…
Ну а я, … я была безумно рада его видеть в тот момент…
И у меня даже не закралась мысль спросить, что он тут делает и как узнал о случившимся. Я просто устала быть сильной и доверилась человеку, который хотел, а, главное, мог, нам с Машей, помочь.
Безропотно дала замотать нас в его мокрую рубашку, безропотно побежала за ним следом, а потом покорно молчала, когда он подхватил нас на руки и побежал по лестнице, успокаивая и даже, если я не ошибаюсь, то и поцеловав меня в макушку…
Все эти условности и правила этикета не имели на тот момент никакого значения. Важным было только одно — выбраться из горящего дома…